Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Рассказы на сайте «Русские традиции»

Булавинский синдром

вкл. . Опубликовано в Рассказы Просмотров: 2315

Как-то в один из июльских дней мне позвонили с хутора и сообщили, что у моего старого знакомого Николая Перфильева паралич. Вот и решил я навестить его, а заодно узнать может быть чем-то ему нужно помочь. Добравшись попуткой на хутор и подойдя к его куреню, я увидел, что ворота на баз приотворены. Это был верный признак того, что жонки его дома нет. Я сразу направился под навес, откуда слышны были разговоры, и пахло самогонкой. Возле самогонного аппарата за круглым столом кружком сидели хорошо известные мне казаки: сам знакомец, его двоюродный брат, кум и брат жены. Не хватало из нашей компании только Петра, соседа Николая. – Здорово живёте! - приветствовал я честную компанию. - Слава Богу, Слава Богу – послышалось со всех сторон. С Николаем и остальными казаками я обнялся и расцеловался. Заняв своё место за столом, я спросил Николая о его здоровье и какая от меня требуется помощь.

– Слышь, Сергеевич! Угомонись. Я как видишь, отошёл и уже сам ковыляю, только вот левая рука слабовата – улыбаясь, ответил Николай и ставя передо мной малинковский стакан.

– Ты никак первач гонишь? - спросил я принюхиваясь.

– Ты же знаешь, я другой не гоню - ответил Николай и налил мне полный стакан. – Я скосил глаза и увидел, как из змеевика тоненькой прозрачной горячей струйкой течёт в трёхлитровую банку первач. Возле аппарата стояло уже пять трёхлитровых банок первача, закрытых пластмассовыми крышками.

– Чего косишься? На всех хватит - обняв меня и обдав перегаром, проговорил Николай. – Ты говоришь о лекарстве. Вот оно, самое лучшее из всех! – обвёл он рукой банки с самогоном. – А если этого не хватит, так у меня ещё четыре бака затёртые стоят. Али я не православный казак? Гулять, так гулять! Не то, что энти крохоборы молоканские да новоизраильтянские. Понапринимали сектантов в казаки, а теперь от них прохода нет. Особливо у реестровиков. Куда не плюнь, везде либо коммунист, либо сектант. Одного поля ягоды они, вот и прибились к Водолацкому. Слыхал я от казаков, что он сам либо из молокан, либо из субботников. Одним словом еретик, прости господи!- Сказав это, Николай сплюнул и трижды перекрестился.

– А что-то я не вижу твоего соседа – спросил я Николая.

– В реестре он теперь, так что нету ему тапереча места среди нас православных общественных казаков – сердито сказал Николай. - Пущай таперича «рыбкой» здоровается со своими новыми друзьями новоизраильтянами. Давай Сергеевич выпьем за моё здоровье - предложил Николай.

– Я, конечно не супротив, да только вот – я показал на налитый стакан - не многовато ли будет здоровья? Николай внимательно посмотрел на стакан, затем на меня и расплылся в улыбке.

– Извини Сергеевич, запамятовал я, что ты только горяченький первач пьёшь. Зараз исправим. - Николай достал чистый стакан и подставил его под струйку самогона. Когда стакан наполнился на половину, я взял его из его руки в свою руку. – Слышь, Николай! Для начала я думаю что довольно.- обратился я к нему. Он не возражал и мы все дружно выпили, пожелай хозяину здоровья и счастья. Судя по запасу самогонки, я пришёл к выводу, что казаки неспроста собрались. Видать не давала жить какая – очень важная, почти неразрешимой для них проблема. Так оно и оказалось. Оказалась, что они уже давно и не впервой обсуждают следующий вопрос: «Надо ли отделяться от России и чем это может кончиться». Другими словами речь шла о самостийности казачества. Вот подумал я, хуторские казаки, а мысли у них вон какие важные, впрямь атаманские. Энто ж надо как замахнулись. Быть или не быть опять войне с москалями, и чем эта война для казачества может закончиться! Николай меня и спрашивает. – Ты то, что об этом думаешь? Мы тут разделились. Одни из нас говорят, что пришло сейчас время указать москалям на дверь. Пора жить по старой пословице: «Мы казаки на тихом Дону, а вы москали в Кременной Москве». Другие говорят, что наоборот нам с русскими надо быть вместе, друг дружки держаться и друг другу помогать. Ты - то што об том думаешь? - Однако в этот момент я его не очень понимал. После первача тепло разлилось по всем моим жилкам и мне стало так хорошо, что я не сдержался и вместо ответа заиграл песню «…Пчёлочка златая. Что же ты журжишь. Всё вокруг лятаешь, а прочь не лятишь, лятишь….»

-Слышь, Сергеевич, хватит дурковать. Я тебя сурьёзно спрашиваю.- Обиделся Николай. Я понял, что песня не к месту и чтобы загладить свою вину предложил выпить. Все дружно чокнулись и выпили.

- Вот что братцы – сказал я. – Очень мне хотелось послушать бы обе стороны, прежде чем я встряну в ваш разговор. Поэтому я буду задавать вопросы, а по ответам я пойму, какая аргументация за и против-.

-Добре - сказал Николай. – Давай спрашивай.

- Так вот братцы, как вы думаете, кто первый стал встревать в дела друг друга: казаки али русские.- Спросил я.

– Конечно русские - вскочив, выкрикнул кум. Они завсегда свой нос в наши дела совали.

- А вот и нет. Казаки со своими атаманами (князья-гетманы со своими дружинами) ещё до Батыева нашествия и даже ещё задолго до хазарского каганата были полномочными представителями арийской империи. Охраняли границы империи от славянских племён. При этом они являли реальную власть империи и управляли славянскими племенами так, чтобы они не были врагами империи. После развала арийской империи князья-гетманы, жившие на Дону, благодаря своим дружинам продолжали представлять власть у славян. Именно из князей-гетманов был избран первый русский царь. Таким образом, мы, казаки первыми сунули свой нос в дела славян и явились как бы повивальной бабкой первого русского государства.- закончил мысль я.

- Ты ещё от Адама и Евы вспомни - недовольно пробурчал брат жены Николая.

- Э, не скажи! Читал я братцы в одной книге, что казаки произошли от народа арийского, Ас-саков. Дюже воинственный был энтот народ и пришёл он из-за гор Кавказских - сказал двоюродный брат Николая.

– А что ты слыхал, али читал об энтом народе, Сергеевич – спросил двоюродный брат Николая меня.

– Я тоже читал об этом. - ответил я.

- Только народ этот великий, который назывался арийцами, состоял из арийцев степных и арийцев лесных. Степные арийцы жили на границе с Китаем, в степях Южной Сибири, а лесные арийцы или охотники, жили на Кольском полуострове и русском севере. В свою очередь степные арийцы разделились на 15 народов. Так вот один из этих 15 народов и назывался Ас-саками и был его передовым отрядом при движении на запад. А из лесных арийцев, которые приняли много крови от угро-финских племён, сделавших их мечтательными и более мягкими по характеру, чем арийцы произошли русские.

- Наверно всё это брехня. Мало ли чего в книжках пишут - встрял опять кум, небольшой вёрткий казак. Я поднапрягся, порылся в памяти и ответил ему.

- Учёные антропологи, то есть те учёные, которые изучают человека по его костям, показали, что русские, живущие ноне на севере, так называемые поморы, почти чистокровные северные арийцы. При этом оказалось, что черепа казаков и русских относятся к одному типу черепов, так называемому дихоцефалу, то ест длинноголовому. То есть, к арийскому типу, с небольшими примесями.

- Ну, дела! Оказывается мы с русскими не такая уж и дальняя рдня! А как же исстари говорилось, что казаки от казаков ведуться? – пристально глядя на меня, спросил Николай.

- Так оно и есть. Ведёмся мы от Ас-саков–древних казаков, одного из народов на которые разделились арийцы. Так что как ни крути, а с русским мы одной крови и с одного корня – ответил я.

- Хватит о древностях Что было, то быльём поросло - опять встрял кум. - Давай ка к нонешним временам переходить. Ноне итак видно, что мы дюже разные.

- Это ты правильно сказал. Образ жизни русских был совсем другой, отличный от казачьего, вот и стали мы не дюже похожими.

- Рабского характера они. Всё в холопах да в крепостных. Откель им быть вольными людьми – пробубнил, прожёвывая яблоко, брат жены.

- А откель все так называемые древние казачьи роды ведутся? Ермак, Ефремовы, Красновы, Платовы? Всё от русачков. От тех, кого ты холопам величаешь и у кого рабский характер – съязвил брат жены Николая.

- Во всём цари виноватые. Особливо Романовы, ядри их в корень! Сколько зла сделали казакам, и народ свой замордовали – пробасил двоюродный брат.

- А кто Романовых на престол посадил? - не сдержался я. – Уж - не донцы ли? Не атаман ли Межаков на шабле предложение подал за молодого Мишку Романова? А что кричал народ русский казакам. «Дурак он!» А что казаки отвечали: «Дурак то дурак, зато наш!». Так и звали того Романова «казацким царём».

- Ошиблись казаки! Так кто ж знал, что так выдет! Кто знал, что Романовы столько казакам горя принесут и атаманов своих насадят! - с горечью проговорил Николай.

- Вот ты говоришь, что русские завсегда свой нос в наши дела суют - проговорил брат жены Николая, обращаясь к куму.

- А вот спомни -ка, кто Лжедмитрия 1 на престол возвёл. Не донцы ли? И чем всё кончилось. Казаки, получив деньги, вернулись на Дон, а атаманы ихние получили право в кабаках бесплатно пить и спились на Москве. А кто после Лжедмитрия 1 своего царя- атамана на Москве посадить хотел? Опять же атаман Болотников с донскими казаками. А Разин Степан Тимофеевич чего искал? Опять же Москвы и власти. Так кто же совал свой нос. Казаки али московиты? Выходит, что это казаки везде на Руси свой нос совали и свою волю навязать пытались. И после всего этого удивляетесь, что царь Пётр 1 зная казачьи обычаи во всё встревать, подмял под себя Дон – закончил он.

- Потом мы, говоря об ущемлении свобод и проклиная царя Петра1, мы забываем, что в то время казаки жили Ордою, то есть государственным образованием, в котором каждый член этого общества был воин, и которое жило за счёт грабежа и разбоя - продолжил я.

- И казаки в то время небыли как любят говорить сегодня христовыми воинами. Грабили всех, кого можно было пограбить без различия в вере и национальности: турка, татарина, московита, ногайца, перса. То есть всех кого могли ограбить. Орда ведь живёт только за счёт грабежа и войны. Поэтому заключались союзы с другими Ордами, позволяющие казакам, в том числе и пограбить русские окраины.

А скажи-ка ты нам вот что Сергеевич! Вот мы тут до тебя Кондратия Булавина вспоминали. Добрый был атаман. Судя по тому, как он за вольный Дон и казачью волю стоял, не иначе как из самых, что ни на есть из природных казаков, происходил. Вот бы нам сегодня такого. Ты-то што об том думаешь? - спросил меня Николай.

- Ну что я могу сказать - ответил я ему.

- Я знаю только одно, что Булавин трагическая фигура в истории казачества. Происходил он не из природных казаков. Булавины пришли на Дон с Руси и были приняты в казаки. Папаша Кондратия был избран атаманом в Трёхизбянской станице. Были они толи старообрядцы, толи раскольники, толи сектанты. Кондратий Булавин родился предположительно в 1660 году (некоторые источники указывают на 1671 год), но точной даты рождения не сохранилось.

- Слышь, Сергеевичь, могёт всё это брешут и специально лучших наших казачьих атаманов очерняють? - спросил меня Николай.

– Нет, Николай. Это всё в царских опросных грамотах написано – ответил я.

– Но ведь сегодня и царские грамоты подделывают - возразил Николай. На это я ничего не ответил и продолжал.

- Кондратий не получил никакого образования и едва умел подписываться, но выделялся среди товарищей храбростью и честолюбием. Лидерские наклонности юного Кондратия проявились еще в детстве. В зрелые годы Булавину были присущи такие качества, как здоровое нахальство, властность, стремление далеко не всегда прислушиваться к советам своих товарищей. Кондратий Афанасьевич Булавин, как и его отец, был поборник старого казачьего права, и характер имел твёрдый, так что в частых походах против крымцев и ногайцев постоянно выбирался станичниками походным атаманом. В одном из подобных походов на Крым, предпринятом днепровскими казаками вместе с донскими казаками, Мазепа, предводительствовавший соединенными силами, обратил внимание на Булавина. Дюже характер Кондратия ему приглянулся. Сделал он его походным атаманом донских казаков при совместном набеге запорожцев на крымчаков. Возгордился этим Кондратий. Мазепа же в то время лелеял надежду на отделение Украины от Московии и ему был нужен верный человек на Дону. Вот и пообещал он Кондратию помощь в борьбе за атаманский пернач. От такой перспективы пошла у Кондратия голова кругом, или как сейчас говорят крыша поехала, и стал он у Мазепы верным помощником в его делах, а тот приблизил его к себе и сделал орудием своих замыслов.

- Мазепа известный нам вельможный пан, навроде атамана Водолацкого. Как не крути, а оба видать павлины и тупые индюки. Правильно азовцы его из казков погнали. Пущай тапереча казакует в мировом масштабе – съязвил кум, и все засмеялись.

- Сам же Мазепа тайно со шведским царём снюхался и тот ему обещал самостийность Украины - подождав пока все кончили смеяться, продолжил я.

- Вот и задумал Мазепа поднять донских казаков супротив русского царя под лозунгом вольной жизни, "как деды и отцы положили", за независимость Дона от России. Мысль же тайную он имел, что царь не справится сразу с шведским войском Карла XII, запорожцами и донцами. Зная желание Булавина быть войсковым донским атаманом, его властность и его враждебность к православию, Мазепа не сомневался в том, что тот пойдёт до конца. Вот почему в качестве заводчика бунта Мазепой был и выбран Кондратий Булавин. Таким образом, и попал Булавин в сети Мазепы, а попав, стал послушным орудием в его руках. А Кондратию видать было не важно, сколько казачьей кровушки при этом прольётся. Главное, это достигнуть высшей власти на Дону - атаманского пернача, а для этого надо было задурить головы донским казакам и суметь втянуть в энто дело волжских раскольников, разбойничков, голутвенных казаков, старообрядцев и раскольников с Хопра и Медведицы, а так же всех желающих погулять и пограбить.

- Вот сука! - невыдержал кум Николая. - Запродал, значит наших казачков Мазепе! Везде всё распинался, за казачество, о независимость от Москвы гуторил. А сам гад атаманский пернач искал.

Я переждал, пока уляжется шум, и продолжал.

- Вообще, угрозу, надвигавшуюся со стороны Москвы на вольности казаков, казаки видели уже давно. Особенно ясно это стало видно в первую гражданскую войну на Дону. Конечно, казаки старались избежать подчинения их Москве, но веры в успешность вооруженного сопротивления Москве у казаков не было. Кроме того казаки на Дону были расколоты на две партии. Одна партия, так называемым Верховых Казаков и "новоприходцев" готова была биться и оказывать отчаянное сопротивление Москве, а другая партия Низовых - стояла за соглашения и уступки и имела своих сторонников больше всего на юге.

- Вот чёртова черкасня! Вон когда она ещё запродалась московитам – выкрикнул кум и грохнул кулаком по столу.

- Население Нижнего Дона к этому времени уже изживало исключительно боевые черты. В нормальных процессах социально - экономической эволюции воины обращались в домовитых хозяев. Они теперь строили свое благосостояние не на сомнительных прибылях военной добычи (дуване), а на деловых расчетах на непрерывном труде хозяина-скотовода. Таким становилось все первоначальное население края. Казаки-старожилы основали свою жизнь в условиях непрерывной борьбы с Турками и почти непрерывного союза с Московией. Они проживали далеко от ее границ, никогда не имели с ней близких связей и о печальней судьбе ее рядового населения знали только понаслышке. Они заключали договоры с московскими государями и хотели верить, что слово представителей христианской династии не пустой звук, что отношения с царями, в худшем случае, могут вылиться в формы своеобразного союза, этакой конфедерации. В Москве православный царь, общий для русских и казаков, а на Дону вольная воля, жизнь по древнему обыкновению, "как деды и отцы положили". Низовые казаки хотели мира без постоянных тревог и видели в "новоприходцах" только лишние хлопоты и осложнения. Они относились к Верховым Казакам свысока, потому что многие из них не спешили в свое время возвратиться на родной Дон и помочь очистить казачьи земли от татар, а приходили на его берега, только потерявши службу на московских "украйнах". Низовые казаки считали себя выше их не потому, что были богаче их - "голутвенных", а потому, что они одни без них освоили после Татар казачьи земли кровью своих отцов, их вековыми боевыми трудами. Вместе с тем, Низовые казаки видели в них братьев по крови, то есть своих братьев Казаков,

- Вот когда пролегла энта трещина расколовшая казачество в гражданскую войну на белых и красных казаков – горестно сказал Николай. – Сколько горя это принесло казачеству, сколько казачьей крови из-за этого пролилось.

- Войсковые Круги не препятствовали "новоприходцам" основывать поселения и выделяли под их юрты свободные земли. Как низовым, так и верховым казакам в равной степени, не нравились попытки Москвы наложить руку; на донские дела, но пока что бесцеремонные действия русских воевод касались больше жителей Северского Донца, Верхнего Дона и его "запольных" притоков. При этом следует отметить, что совсем недавно еще большая часть Верховых была служилыми людьми Московского государя. Теперь же когда границы Московии отодвинулись далеко на запад и на юг, им в качестве безработных воинов пограничья, пришлось познать московское право во всех подробностях. Убегая от голода и закабаления, они стали прибывать на Дон с семьями и одиночками и целыми станичными общинами. Спасаясь от преследований царской власти, прибегли на Дон не только старообрядцы, но и много разных сектантов (жидовствующих). Озлобленные бескормицей, церковными и социальными реформами, унижениями со стороны "начальных людей" они представляли по существу бочку с порохом.

- Таперича понятно, откуда большевички своих единоверцев понасобирали на Дону в гражданскую и кто православным казакам нож в спину засадил. Всё энти старообрядцы с сектантами. Сектанты они завсегда были за свой сектанский коммунизм, а православных казаков, хоть и сами были казаками, люто ненавидели. Не зря ведь большевички говорили, что «..из недр порабощенного народа вот уже девять веков почти беспрестанно выступают [...] народные революционеры», и они идут “широкой, демократической дорогой к идеалу полного социального равенства и человеческой свободы». «Теперь же народные революционеры выступают из недр для того, чтобы слиться с революционерами профессиональными». Ить оно и правда. Контакты складывались хорошо, особливо с хлыстами, которые в каторжнике Ульянове по уголовной кличке Ленин видели, чуть ли не воскресшего Христа - неожиданно выпалил брат жены, проявив большую осведомлённость о сектантах.

- Нельзя сказать, что царь Петр 1 не ведал о состоянии дел и настроении казаков на Верхнем Дону. Однако в 1707 г., уверенный в своей военной силе, он показал, что не намерен считаться ни с казачьими правами, ни с казачьими обыкновениями, ни с договорами своих предков.

- Слышь Сергеевич! Я читал, что царь Пётр 1 и вовсе не царь. Что его во время путешествия по Европе подменили. Так это али нет? – спросил меня двоюродный брат Николая.

- А вот читал братцы, что немцы царя к наркоте приручили, то есть на иглу посадили - встрял опять кум.

– И ещё я читал, что у него была любимая сука, которую он регулярно трахал. Разве нормальный человек будет так поступать. Ясное дело извращенец и психбольной. То-то его кровь стрельцов всегда возбуждала, а когда на своих «ассамблеях напивался», то насиловал прилюдно попавших под руку девиц – опять встрял кум.

Я не знал, регулярно или нет трахал царь свою любимую суку, и насиловал ли он в пьяном виде прилюдно попавших под руку девиц, поэтому последнее замечание кума Николая я оставил без ответа и продолжал.

- Так вот. Царю в его делах не хватало работного люду. Вот и послал на Дон князя Юрия Долгорукова во главе крупного отряда, с поручением выловить всех "новоприходцев", не проживших там двадцати лет, с тем, чтобы отправить их на старые места и по новостройкам. Войсковой атаман Лукьян Максимов и другие старшины не решились открыто протестовать против такого грубого вторжения. Они позволили Долгорукову пройти по городкам для розыска подданных русского царя. Князюшка Юрий Долгоруков, уверенный в своих силах, стал наводить здесь новые московские порядки. В письме на Кубань Казаки жаловались, пребывавшим там, своим старообрядцам: "Стали, было, бороды и усы брить, так и веру христианскую переменять... И как он, князь со старшинами, для розыску и высылки русских людей поехали по Дону, и по всем рекам послали от себя начальных людей, а сам он, князь с нашим старшиною, с Ефремом Петровым с товарищи, многолюдством поехали по Северному Донцу, по городкам и они, князь со старшинами, будучи в городках и многих старожилых казаков кнутом били, губы и носы резали и младенцев по деревьям вешали, и многие станицы огнем выжгли, также женская полу и девичья брали к себе для блудного помышления на постели и часовни все со святыней выжгли".

Весть о таких действиях князя быстро облетела весь Дон и отозвалась в донских полках, бывших в русской армии сделавших их ненадёжными. Произошла то, о чём мечтал Мазепа. Донцы задумались и засомневались, стоит ли воевать за царя против шведа. Мазепа же не дремал и с ещё большим искусством и постепенностью подготавливал удар по царю на Дону. Еще с 1705 года на Дону стали попадаться «шпионы» и крамольники, метавшие в народ прелестные письма". Они не только метали в народ прелестные письма", но и возмущали население, распространяя тревожные слухи. Но донские казаки плохо верили обещаниям и слухам. Булавин, поэтому, не смел еще действовать открыто: он выжидал благоприятного случая, который вызвал бы массовое неудовольствие среди донского казачества. И такой случай представился. Между казаками и правительством возник конфликт из-за соляных варниц, которые были отобраны Изюмским полком в казну.

Правительство потребовало, чтобы казаки покупали соль у государства по высоким ценам, а не добывали ее сами. Булавин с партией своих сторонников напал на соляные промыслы, разорил все строения и заводы и разогнал всех жителей, занимавшихся вываркой соли близ р. Бахмута. Зная, что его всегда поддержат старообрядцы, и раскольники Булавин метнулся в Пристанский городок на Хопре. Он со своими сторонниками решили воспользоваться случаем и связать казаков Хопра и Медведицы не только верой, но и кровью. "То ли мы заслужили у царя-батюшки", грустно кивали седыми головами закаленные в боях казаки старики, а молодые казаки точили дедовские шашки и лили пули. Хопер и Медведица уже давно дрожали от гнева. В Пристанском городке Булавин встретился с атаманом Есауловской станицы Игнатием Некрасовыми и на общем совещании с верховцами они порешили восстать всем за свободу и честь казачью. В то же время в Придонском краю, многие из тех православных казаков, кто не захотел примкнуть к булавинцам, ими были убиты, а православные церкви разорены, и святыни нагло поруганы. С этого совещания в Пристанском городке Верховные Казаки и стали самыми преданными сторонниками Булавина. На том же совещании было так же принято решение убить князя Юрия Долгорукова. Принятое решение было приведено в исполнение ночью 9 окт. 1707 г. на р. Айдаре, притоке Северского. Донца, в Шульгинском городке.

Князь Юрий Долгорукий был зарезан, а полк, около тысячи солдат полностью порубан и вырезан. Что бы скрыть свои истинные намерения Булавин. рассылает прелестные (т.е. прельщающие) письма с призывом постоять за вольный Дон, за казачьи права, "за истинную веру христианскую, за благочестивого царя нашего", против "изменников. Затем Булавин делает следующее к казакам воззвание: "Всем старшинам и казакам за дом Пресвятыя Богородицы, за истинную христианскую веру и за все великое войско Донское, также сыну за отца, брату за брата и другу за друга стать и умереть заодно. Зло на нас умышляют, жгут и казнят напрасно, вводят в еллинскую (новую) веру и от истинной отвращают. А вы ведаете, как наши деды и отцы на сем Поле жили, и как оное тогда крепко держалось; ныне же наши супостаты старое наше Поле все перевели и ни во что вменили, и так, чтобы нам его вовсе не потерять, должно защищать единодушно и в том бы вы все мне дали твердое слово и клятву". Далее Булавин в своем воззвании уверяет казаков, что запорожцы и белгородская татарская орда идут к ним на помощь и в заключение приказывает, во имя спасения Дона, что там, где это письмо будет прочтено, одной половине людей оставаться в куренях, а другой быть готовой выступить, конно и вооружено в поход, куда укажет. При этом вольница же должна вся без изъятия двинуться. Если же кто явится ослушником и противником, тот предан будет смертной казни».


- Это ж надо ввёл смертную казнь, против всех старых казачьих обычаев, когда даже за неумышленное или случайное убийство казака полагалась смерть, в виде закапывания живым в могилу вместе с убитым. Он этими казнями Булавин всеми силами разжигает гражданскую войну на Дону промеж казаков, но никак не борется за свободу и независимость Дона – сказал дрожащим голосом Николай. – Никакой он не герой, а самый настоящий вражина и анчихрист.

Мне нечего было ему возразить, и я продолжал.

- Это воззвание подняло голутвенное, верховое и донецкое казачество. Кто-то клюнул на эту наживку, но не столько, сколько хотелось самому Кондратию. Что касается казачьей верхушки, то войсковой атаман Лукьян Максимов при первом известии о бунте и гибели Юрия Долгорукова тут же велел собирать войско для того, чтобы бить смутьяна. Уж он-то, в отличие от Булавина, прекрасно понимал, что не пройдет и короткого времени, как Петр I вместо погибшей тысячи солдат князя пришлет на Дон в 20-30 раз больше. И тогда «зачешется» уже весь Дон, а не только Булавин. Однако Булавин тоже не спит. Разделив своё войско на несколько отрядов, он захватывает Бобров, Борисоглебск, Камышин, Царицын. Здесь он набирает в своё войско разбойничков, гулящих по Волге людей, голутвенных казаков, раскольников, бродяг и колодников. Запугивая народ нелепыми слухами, Булавин, в то же время, прельщал всех разными заманчивыми обещаниями, а калмыкам и киргизам он предоставлял право грабить православные храмы и монастыри.

- Вот раскольничья сука! Это ж надо, прям такой же по отношению к православию, как Степка Разин – не выдержал двоюродный брат жены Николая.

- Атаман Максимов тщетно в своих грамотах старался уверить восставших в пагубности затеянного Булавиным дела, но ничто не помогало. У Булавина к тому времени было уже до 20 тыс. преданных ему людей и он намеревался уже идти на Москву. Видя такое дело, войсковой атаман Лукьян Максимов пошел на булавинцев и, разбив его войско, заставил Булавина скрыться в Запорожье у Мазепы. Планы Мазепы на Дону начинали рушиться. Тогда Мазепа даёт в помощь Булавину запорожских казаков, с которыми Булавин в марте 1708г возвращается на Дон. Он возвращается как раз в то время когда на Дону проходит избрание войскового атамана. Булавин неожиданно нападает на Максимова в тот момент, когда тот собрал войсковой круг. Атаман Максимов наивно полагал, что Булавин как казак чтит казачьи законы (в это время запрещалось ведение каких-либо боевых действий). Это заблуждение Максимова стоило жизни многим домовитым казакам. В результате нападения Булавина атаман Максимов был бит и бежал в Черкасск. А следом на его плечах в столицу войска донского ворвались и булавинцы. Они быстро заняли город и учинили над противниками самую жестокую расправу: отрубив головы атаману Лукьяну Максимову с четырьмя старшинами, удушив пятого старшину Ефрема Петрова, разграбив и умертвив жителей, оставшихся верными своему долгу. Возглавлял всё эти убийства есаул Ананьин.

- Вот тебе бабушка и Юрьев день. Поверил, значит, Максимов, а зря? Выходит и впрямь с такими самостийными волками жить, по - волчьи выть. А Булавин видать чистый бирюк, прости господи – вздохнул Николай.

В это же время отряд под начальством полковников Кропотова и Гулица разбил наголову булавинского атамана Драного. Несмотря на поражения, 5000 изменивших казаков появились под сильно укрепленным Азовом, откуда, впрочем, бежали, разбитые наголову. Неудачное нападение булавинцев на Азов решило исход борьбы и судьбу атамана. Князь В.В.Долгоруков (брат убитого Долгорукого) приближался к Черкасску, и в лагере Булавина наступило уныние. Малодушные готовы были примкнуть к небольшой группе заговорщиков, во главе которой тайно стоял Илья Зерщиков, один из булавинских старшин. Когда вести о поражениях булавинцев достигли Черкасска, верные Царю, казаки вышли из скрытых мест, ворвались в Черкасск и окружили атаманский дом. 7-го июля они попробовали взять Булавина живым; но тот укрылся в крепких стенах каменного куреня. С ним осталось около 50-ти преданных делу людей. Они защищались отчайно, пока хватало сил и пока не увидели, что курень стали обкладывать камышом, чтобы сжечь всех заживо. Когда же противники готовы были уже ворваться в их убежище, Булавин якобы застрелился из пистолета. В действительности он был убит изменником есаулом С. Ананьиным 7 июля 1708. Предание так же говорит, что вместе с ним покончила жизнь его дочь Галина, заколовшая себя кинжалом. Тело Булавина было отправлено в Азов, и губернатор его И.А.Толстой подтвердил: "А по осмотру у того вора голова прострелена, знатно, из пистолета в левый висок". Тело Булавина, для удостоверения жителей в его смерти, отвезено в Азов и там, по отсечении головы, повешено за ногу.

- Вот и выходит, что по Сеньке и шапка – подвёл черту двоюродный брат жены Николая

5-го августа в Москву выехала "лехкая станица", которая везла покаянную отписку Донских Казаков и их нового атамана Ильи Зерщикова: "В нынешнем, великий государь, 1708 г., июля в 7-й день, воспомянув мы, холопи твои, страх Божий и крестное целование и должное тебе, великому государю, обещание, пересоветовав мы, холопи твои. Войском на острову в Черкасском и тайно согласясь с рыковскими, и с верховыми донскими, и с донецкими, и с хоперскими, бузулуцкими и медведицкими нарочитыми Казаками собравшись с пришедшими в тот день к куреню... Булавина поймать. И он, видя свою погибель, в курене с единомышленники своими, в осаде запершись, сели. И мы, холопи твои, войском к куреню многое число приступали, двери и окна ломали и из ружья стреляли и всякими мерами доставали. А он... из куреня трех наших Казаков из ружья убил до смерти и многих ранил. И видя свою погибель, что ему в осаде не отбыть из пистолета сам себя убил до смерти. А единомышленников его ближних 26 человек переловили и, перековав в железы, за крепким караулом до твоего, великого государя, указу... держали".

- Вот и выходит, что такой у нас казаков обычай. Пока атаман удачный, то все с ним. А как удача отворачивается от атамана, то его головой свои головы спасаем – задумчиво произнёс Николай.

После того, как атаман Кондратий Булавин был убит, во главе восстания становится есауловец Игнат Фёдорович Некрасов. Князь В.В. Долгорукий, родной брат убитого Юрия Долгорукова, следуя Доном, достиг станицы Есауловской, где в осаде заперлись, вооружившись городком своим, изменники-атаманы Голой, Гаврюша-чернец и Ванюшка Драной, с сообщниками своими ни по увещеванию, ни по угрозам не сдавались, но жестоко отбивались целую неделю. Князь городок взял, множество жителей побил, а их жилища огню предал. Пойманных всех казнил и повешенных на плотах по Дону пускал.

- Сколько годов с тех пор минуло, а казаки до сих пор это помнят и иначе царя Петра 1 как антихристом и не называют - сказал брат жены, дожёвывая пирожок.

- Атаман Голой ушедший в степь был пойман и повешен. Гаврюша-чернец и Ванюшка Драной переплыв ночью, Дон убежали, а Кубань. Был так же четвертован походный атаман и двое казаков старообрядцев. Игнат Некрасов увёл с собой 2тысячи казаков на Кубань. Спустя некоторое время некрасовец Семён Селиванов увёл ещё около 1 тысячи семей из станиц Вёшенской, Казанской, Голубинской, Нижне-Чирской и Есауловской на Кубань. Таким образом, есауловцы в 1740 году в числе «игнат-казаков» ушли на Дунай.

Вот так окончилась авантюра Кондратия Булавина в борьбе за пернач войскового атамана под лозунгом свободы Тихому Дону и борьбы против москалей и под опекой и подстрекательством Мазепы. Много было пролито крови. Много было загублено казачьих жизней. А затем наступила очередь и его покровителя гетмана Мазепы, которого «крышевала» Турция. Вот такой братцы конец – такими словами закончил я.

- Дюже невесёлую историю рассказал ты нам – сказал Николай. – И какой вывод из всего сказанного?

- Я думаю, что можно сделать следующие выводы - сказал я.

1) Казачество это сохранённый потомками воинов степных арийцев образ воинской жизни, содержащий в себе как тысячелетние традиции степных арийцев, так и воинские искусства, в том числе и изотерические (казачий спас), а так же ведическую веру.

2) Уже в то время Низовым Казакам было ясно, что самостийность казачества чистая химера. Рано или поздно казаки попали бы под влияние крупного государства. Лозунг самостийности уже тогда использовался не столько для осуществления независимости Дона от Московии, сколько как приманка для голутвенных казаков и примкнувших к ним бродяг и разбойничков желающих погулять и пограбить православные храмы и домовитых казаков. А так же для развязывания гражданской войны на Дону с целью ослабления в результате самоуничтожения казачества как военной силы опасной для соседей и в первую очередь для Турции.

3) Во главе вождей самостийности были казаки, искавшие собственные выгоды и высшей власти на Дону, опираясь на силы, для которых само казачество Дона было всего лишь разменной картой в их собственной крупной игре. Другими словами вождей донского казачества просто использовали в своих целях.

4) Борьба за самостийность создала ещё одну трещину в казачестве наряду с религиозной, социальной, экономической, и географической. Всё это привело к самым трагическим последствиям для казачества в период развала Российской Империи.

5) Цари после Петра I всё - таки прислушались к казакам и частично сохранили казачьи вольности, хотя выборность войсковых атаманов отменили и стали назначать наказных атаманов, чем спасли казачество от взаимоуничтожения.

6) Сохранили цари и войсковые земли, и общинную жизнь казаков вместе с воинским образом жизни. Цари сохранили в казачестве всё, что делало казаков воинами, а не просто подданными Российской Империи.

7) В 19 веке несколько раз Государеми Императорами неоднократно рассматривались варианты земельных и административных реформ в Войске Донском и всякий раз они откладывались из-за боязни потери боевых навыков казаков, изменения казачьего образа жизни, разложения казачьего самоуправления в станицах, боязни скупки земли не казачьим населением и ущемления станичных наделов. В отличие от нынешней власти, которая не только ни в грош не ставит казаков, но и пытается от них избавиться как от средневекового пережитка. Цари после Петра I ценили и можно даже сказать, что заботились о сохранении казачества как войскового сословия.

8) Как показал опыт последних ста лет, то есть с момента установления советской власти, казачество может сохраниться и развиваться только в том случае, если земли казаков будут входить в состав Российской Империи при условии существования православной монархии во главе с Государем Императором.

9) Ядром современного казачества должна стать строго законспирированная группа профессиональных воинов живущих по обычаям и верованиям древнего казачества, вокруг которого формируется остальное казачество, которое хотя, и стремиться к мирной жизни, но желает сохранить воинские традиции и навыки. Именно оно является той средой, которая питает и защищает как корой ядро казачества. Каждый казак должен быть уверен, что в тяжёлый момент его жизни ему на помощь придут профессиональные воины – казаки, выполняя обет братства и взаимопомощи. Каждый казак обязан стремиться к тому, чтобы душа его была душой воина, в не зависимости от его гражданской профессии, и ставить выполнение законов казачьего братства как в высшую цель жизни.

10) Необходимо освободиться от мировоззрения «дуванной жизни» и не возвращаться более к выборным войсковым атаманам, заменив их на наказных, а так же пересмотреть заслуги так называемых «героев казачества боровшихся за независимость Дона», в действительности толкавших казаков на взаимоуничтожение.

Однако идея самостийности Донского казачества не умерла вместе с Кондратием Афанасьевичем Булавиным. Еще не раз донское казачество самоуничтожалось, захлёбывалось собственной кровью, идя за новыми лживыми атаманами по пути Булавина и не делая никаких выводов. Не только вчера, но и сегодня находились и находятся отпетые негодяи, которые прикрываясь казачьим происхождением, пользуясь неустроенностью жизни и несовершенством, как императорского государственного строя, так и нынешней демократической жизнью в России, толкали и толкают донских казаков в братоубийственную войну.

Одним из таких братоубийц был войсковой старшина Голубов. Характеры Голубова и Булавина во многом были похожи. Так же как и Булавин, Голубов тоже своей главной жизненной целью ставил атаманскую булаву. Роль Мазепы исполнял Яков Свердлов, профессиональный уголовник из жидов, главарь большевистских боевых отрядов в Сибири, с которым Голубов снюхался, будучи студентом университета, после выхода в отставку. Связав себя с большевизмом и получив обещания помощи от партии террористов и жидомассонов он, верно, служил этой власти. Как и Булавин он опирался на дуванных казаков из разложенных полков и отбросов казачества. Так же как и Булавин, он, захватив Новочеркасск, убив войскового атамана Назарова, стал «красным» атаманом. Жизнь он свою окончил почти, так же как и Булавин. Он был оставлен своими сторонниками и убит выстрелом в голову студентом (юнкером, прапорщиком) из своих (большевичков) в станице Заплавская.

Другим ярким представителем самостийного самоубийства является атаман Краснов, умело маскировавшего свою самостийность. Он с младых ногтей питал глубокую и устойчивую ненависть к русскому народу, которую впоследствии выразил в своих высказываниях словами близкими по форме и смыслу к высказываниям идеолога Восточных территорий Розенберга. Он делал всё от него зависящее для отделения Дона от России. Характер Краснова так же во многом совпадал с характером Булавина. Со слов генерала Бонч-Бруевича он был заносчивым и самодовольным. Краснов был не прямо, а косвенно причастен к убийству атамана Каледина, через одного из дежурных офицеров, Карповым, бывшим у него свидетелем на его свадьбе. Интересным является так же то, что в станице Константиновской, где он якобы скрывался, были красные, но Краснова они не арестовали, хотя в станице и проводились многочисленные аресты. Видимо сыграли не последнюю роль встречи как со своим непосредственным начальником генералом Бонч-Бруевичем , перешедшим на сторону большевиков, так с Крыленко и Лейбой Бронштейном по уголовной кличке Троцкий в Смольном во время его похода на Петроград с Керенским.

Таким образом, не только немцы, но и большевики с английскими масонами выступают здесь в роли Мазепы. Став атаманом, Краснов своим приказом ввёл расстрел казаков казаками. Таким образом, он узаконил взаимное истребление казаков и тем самым определил судьбу гражданской войны не только на Дону. Таким образом, Краснов стал на одну доску с Булавиным. Но самый страшный и последний удар донскому казачеству нанёс Краснов, когда он снюхался с Гитлером. Со своим проектом государства Казакия, и публикацией своего обращение к казакам, вызвавший массовый исход казачества, затем территориальную изоляцию казаков с семьями в чужих землях (Югославии, Италии и Австрии) и наконец, депортацию и уничтожение поверившего ему и боровшегося за самостийность казачества. Закончил Краснов, если верить официальной версии, так же как и Булавин и Голубов, пулей в голову (затылок).

И сегодня новые Булавины, Голубовы и Красновы вновь толкают казачество к самоистреблению. Когда-то, после булавинского восстания царь Пётр I, чтобы унизить донских казаков приказал изобразить на их войсковой печати пьяного и голого казака, сидящего не на коне, а на бочке. Сегодня бы следовало изобразить на печати реестровых казаков пьяного казака целующего в засос жопу медведя, на одной половинке которого написано Авраам Линкольн, а на другой Давид Авраамович. Сегодня из болота реестрового казачества поднимается чёрная вонючая зловонная болотная реестровая жижа называемая новым демократическим казачеством, о котором так пёкся генерал Трошев, без средневековых традиций, без казачьей совести и чести, состоящая из отбросов казачьего общества и нанятая властью для выполнения самой грязной «работы» с целью дискредитации донского казачества.

И сколько ещё таких крысятников от казачества как Водолацкий в современном общественном и реестровом казачестве, прикрываясь новомодными казачьими мундирами и новосоченёнными преданиями о древности своего казачьего рода и великих заслугах перед казачеством, эти ново-иудо-казаки в офицерских и генеральских мундирах за сионисткие гроши, стравливающие казаков с русским народом, идут по пути Булавина, Голубова, Краснова. Неудивительно, что вопрос о реабилитации Краснова был поднят вельможным паном Водолацким. Судя по всему, его с Красновым связывает духовное родство, идущее от Булавина. Именно такие как он толкают на гибельный путь самостийности не только современных городских и колхозных голутвенных казаков, но и ту малую часть казачества, то «малое православное стадо», которое чудом выжило в эпоху кровавого большевизма и чекистского террора, заплесневевшей советской эпохи, плавно переходящей в современную растленную демократию.

Та малая часть, которая не растеряла казачьей чести и сохранила заветы предков. И которая должна дать тот побег, который выведет донское казачество из советского небытия. Казаки так же не должны заблуждаться относительно планов нынешней власти. Так политтехнолог Алексей Синельников пишет, что сегодня нельзя ставить серьёзно вопрос о казачьем землепользовании, о казачьем самоуправлении, о казачьих полках и вообще о чем-нибудь, что реально входит в противоречие с интересами реальных центров власти и центрами реальных интересов. Оставьте иллюзии господа казаки! Нынешней власти вы не нужны и она с удовольствием при первой же возможности отправит вас в небытие. Поэтому она с огромным удовольствием толкает вас на путь самоуничтожения, подсовывая всё новых и новых «Булавиных». И пусть будут трижды прокляты все эти новые Булавины с их духовными и финансовыми покровителями, а так же их последователи и подпевалы. Аминь.

Сергей Гончаров

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 295 участников
Присоединиться к группе