Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Рассказы на сайте «Русские традиции»

По Божьему промыслу

вкл. . Опубликовано в Рассказы Просмотров: 2214

Они немного помолчали. Отец Ермоген встал и прошёлся по купе, затем остановился и обернулся. Лицо его было строгим, а глаза светились изнутри особым светом. И вдруг он начал говорить красивым голосом. Петру Алексеевичу сразу стало понятным, что это проповедь, и он весь обратился во внимание.

- Сегодня православным людям, особливо казакам как никогда трудно. Но несмотря ни на какие тяготы жизни, казаки должны гордиться и помнить, что Господь уготовил им самое почётное место в новой Православной России. Ведь казачество, это единственная сохранённая Богом живая частица растерзанного богоборцами могучего Православного Русского Государства. А форма, носимая ныне казаками, была дана им безвинно замученным и ритуально убиенным иудеями Государем Императором Николаем II. Именно по этому она и является живым олицетворением святомученской Православной Императорской России, в которой власть принадлежала, не как ныне, безродным космополитам и инородцам, а образованной части русского народа и казачеству. Для казаков же, императорская казачья форма является святыней, и никакие атаманы, под страхом преданию анафеме, не имеет права её изменять, вплоть до восстановления Монархии и Православного Русского Государства. Казаки должны ею гордиться и с честью носить её.

Ибо, покуда живо православное казачество, жива и Святая Русь. И хотя за прошедшие сто лет на казаков обрушились все силы ада, они так и не смогли их истребить. Ведь казаки это и есть то самое семя, из которого в определённое Богом время появится побег, из которого вырастит новая, мощная и непобедимая Православная Россия. Именно поэтому казачество тщательно сохраняется и оберегается Богом. И, несмотря на все издевательства власти, несмотря на то, что в наше лютое безбожное время осиротевший православный народ лишён своего Царя-Батюшки, а во всей Земле Русской, да и даже в церкви Православной – разорение и нестроение, Господь никогда не оставит нас.

Однако очень, очень трудно укрепиться вере, когда кругом развал и предательство. Атаманы и войсковая старшина, ещё на первом круге в Москве продали душу и совесть божкам земным, отцам лжи, и все эти годы рьяно служили им, ибо возлюбили больше окормление человеческое, чем славу Божью. Да ещё возлюбили они души своя. И забыли они, что любящий душу свою погубит её, а ненавидящий её в мире сем сохранит её в жизни вечную. И хотя на словах они и оборотились к Богу, но дела их свидетельствуют обратное. Возненавидели они Христа, мешающего им быть торгашами казачьих интересов, не принимают они слов его, а имеют судьёю самих себя. Ибо Бог им нужен не на небе, а на земле. И при этом они продолжают жить своими собственными проблемами и потребностями, чинопроизводством, растаскиванием тех жалких крох, которые выделяются Кремлём для казачества. В результате основная же масса казаков откачнулась от них, и войсковые атаманы остались только с частью атеистическо - богоборческой войсковой старшиной и с небольшой кучкой прикормленных казаков. Такое состояние дел явно не устраивает Кремль, который, видя деградацию и беспомощность нынешней казачьей власти, и не желая терять контроль над казачеством, приступил к формированию новой, так называемой демократической, казачьей старшины, душа которой пропитана масонством и уродливыми химерами либерального христианства.

При этом Кремль уже дал понять всем тем, кто олицетворяет нынешнюю казачью власть, что они являются отработанным материалом и считаться с ними он больше не намерен. Ярким примером такого отношения явился отказ президента покинуть Таганрог, в то время как все атаманы и войсковая старшина ждали его в Новочеркасске на празднике. Этим самым им всем было показано, что ни с кем из них президент больше не намерен считаться. На местах по прямому указанию Кремля местные власти всячески вредят казачеству, саботируют исполнение законов, стравливают казаков с иногородними, инородцами, и особенно с мусульманами. А казаки распылены и практически разоружены. Они и члены их семей подвергаются насилию со стороны так называемых «переселенцев». Во многих случаях милиция не только не защищает казачьи семьи от насилия пришлых, но часто принимает их сторону. Казаки уходят с хуторов и продают «переселенцам» свою землю или работают на ней батраками. Редко, кто из войсковой старшины не на словах, а на деле заботится о духовном и физическом благополучии казаков и их семей. Казачья душа измордована, истекает кровью и едва жива.

У Петра Алексеевича от слов священника нарастал в груди пламенеющий вал.

- Много беззакония творится на казачьей земле – продолжал отец Ермоген. - Стонет она матушка и вопиёт о защите. Однако, несмотря на все лихости, выпавшие на их долю, не только отдельные казаки, но всё казачество в целом, так и не вразумилось, не принесло всеобщего покаяния. Казачество сегодня всё так же продолжает надеяться на земное: на президента, правительство, на хороших или удачливых атаманов, но только не на Бога. Временная земная жизнь застила казакам глаза, стала ближе и дороже. Забыли они важность воинского подвига для христианской души. Забыли они, что Христос не уговорами, а бичом выгнал торгующих из храма, что Бог вложил им в одну руку крест, а в другую освящённое оружие. Забыли они, что Господь наш Иисус Христос накануне смертных страданий заповал ученикам быть готовым к тяжёлым временам без Него на земле и непременно вооружаться для того, чтобы вести кровавую и беспощадную борьбу против христоненавистников и богоборцев. Православие искони понимало необходимость меча разящих врагов Божьих. Именно поэтому первый из Архангелов Михаил изображён на иконах вооружённым с головы до ног. Для казачества образцом воинского подвига всегда был святой Георгий Победоносец, бесстрашно поражающих врагов Божьих копьём и мечём.

И какую бы специальность казак не приобрёл, кем бы он ни работал, и какую должность не занимал, он должен помнить, что он воин Христа. Крест и меч, милосердие и мужество – вот монолит Православной веры. Нет, и не будет у казачества другой дороги, как дороги воинского служения Богу, Христовой церкви и народу православному. В этом и состоит Божье предназначение казачества и так хочет Бог. Однако современные хитрые и льстивые враги казачества призывают казаков не прикасаться к оружию якобы ради мира на казачьей земле. Продажные и лживые псы! Только огнём и мечом поразив врагов Господа и выгнав со своей земли врагов казачества, мы водворим подлинный мир на нашей многострадальной, вопиющей от насилия и залитой казачьей кровью земле. И только после этого мы сможем стяжать истинно дух мирян, спасая тысячи наших ближних – православных братьев казаков христианской уступчивостью, непротивлением и братской любовью.

- Батюшка – не выдержал и возразил Пётр Алексеевич. - Вот вы говорите о воинском служении. А что это такое сегодня это воинское служение? Служба в армии, в реестре? Али как? В армии сегодня как таковых казачьих частей нет, и я думаю, при этой власти их не будет никогда. Кремлёвские власти боятся казачества и никогда не пойдут на создание казачьих частей.

-Эка, вы разгорячились - улыбнулся отец Ермоген. - В армии есть ещё и генералы и офицеры, которые болеют душой за Россию и никогда её не предадут. Только их очень и очень мало. Однако в офицерском корпусе много колеблющихся. Придёт время и Господь укрепит их в вере, и не станут они душителями своего народа, а будут стойко сражаться за Россию православную и не посрамят Славы Русского Воинства. А ваше дело казачье. Учитесь заново воевать так, как казаки всегда воевали. Быстрота, неожиданность, лихость, беспощадность к врагам отечества и веры православной. Сегодня многие спрашивают «Можно ли иметь отрицательное чувство по отношению к врагам казачества, русского народа и Православной церкви. Или нужно подавлять в себе это чувство, повторяя слова Божьи: «Мне отмщение, Аз воздам». Иметь отрицательное чувство к врагам Божьим, к врагам казачества и русского народа не только естественно, но и необходимо! А вот не иметь этого чувства не естественно!

- Сегодня видно, - поддержал священника Пётр Алексеевич, - что те, кто встаёт на защиту родной Донской земли, кто пытается защитить веру православную и землю свою от чужеземного нашествия, подвергаются гонениям со стороны войсковых атаманов или их отдают на расправу «демократической» власти, которая сажает их в тюрьмы. Отвратились они от Бога живого и приняли не крест, а скинию Молохову. Жестоковыйные! Люди с обрезанным сердцем и ушами!

- Можно ли сегодня сомневаться, в том, что мы живём во времена апокалипсические? – кивнул головой отец Ермоген. – Сотни, тысячи казаков и членов их семей положили души свои за Слово Божье. И теперь эти многочисленные сонмы убиенных, вопиют к престолу Божьему и взывают к правде Божьей об отмщении за содеянные сынами антихриста коммунистами и демократами. И на усердное моление наше, Господь просит их успокоится, а нам говорит, что и Россия и казачество не может быть восстановлена, доколе не будет низвергнута в ней власть тьмы и доколе не будет утверждена в ней власть законная, а не самозваная, как ныне, а по праву Божественного помазания. Однако Божье долготерпение имеет свои пределы. И недалеко уже то время, когда одна часть казачьего народа воссияет, а другая погибнет, ибо она избрала тьму, предвкусив бесовской прелести развращённых адских удовольствий. Россия ждёт казаков - своё Христолюбивое воинство, которое во главе русского народа пойдёт и прославится не для славы земной, а ради верности Пути Божьей Правды.

Аминь!

- Батюшка, как я понимаю, – помолчав, спросил Пётр Алексеевич - последние времена уже близки?

- На всё воля Божья, - ответил отец Ермоген. – Давайте спать, поздно уже.

Пётр Алексеевич заснул вдруг, а ночь в тряском поезде не заметил вовсе. Очнулся он и огляделся, когда было светло, от бившего в окно солнца. В купе не было никого.

- Проспал и не простился, - подумал. - Как не ловко.

Он вышел из купе. Навстречу шла проводница.

- Не видали ли вы священника? - спросил Пётр Алексеевич.

- Он только что сошел на остановке.

- А какая была остановка?

- Станция Каменская – ответила проводница и почему - то улыбнулась так же, как и священник, проникновенно и доброжелательно.

Вернувшись в купе, Пётр Алексеевич обратил внимание на лежащий на столе листок бумаги, на котором красивыми круглыми буквами было что-то написано. Взял его и прочитал вслух:

- Господь говорит нам, помни, что всё случившееся с тобою промыслительно, и поэтому всякие мысли и попытки с твоей стороны ускорить движение дел твоих, недостойны тебя и преступны. Верь, что всё совершается по воле Моей, и раньше своего срока ничего на свете, и тем более с тобой, не случиться. Поэтому тем мужественнее переживай все страдания, связанные с испытанием временим, неведеньем, ожиданием, зная, что всё это от Меня.

Пётр Алексеевич открыл окно. Тёплый летний ветер с запахами цветущих трав ворвался в купе, ударил ему в лицо и растрепал волосы. Он вздохнул полной грудью и почувствовал, как сильно забилось сердце и тело налилось силой. Его мысли перестали путаться, стали свежее и свободнее. И пришли ему на память слова апостола Павла из « Послания к ефесянам »: «Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских. Потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных. Для сего примите всеоружие Божие, дабы вы могли противостоять в день злый и, все преодолевши, устоять. Итак, станьте, перепоясавши чресла ваши истиною, и облекшись в броню справедливости. И обувши ноги в готовность благовествовать мир. А паче всего возьмите щит веры, которым возможете угасить все раскалённые стрелы лукавого; возьмите и меч духовный, который есть слово Божье. Всякою молитвою и прошением молитесь во всякое время духом, и старайтесь о себе самом со всяким постоянством и молением о всех святых».

И стало ясно Пётру Алексеевичу, что сегодня у казачества есть только один путь к победе в жестокой, беспощадной и бескомпромиссной борьбе с мироправителями тьмы века всего, в жестокой борьбе за волю и казачий присуд – это путь веры, воинского подвига, самоограничения и беспощадности к самому себе и к своим врагам.

Пётр Алексеевич взглянул в окно. А за окном расстилалась такая родная сердцу донская земля, уже столетие стонущая под сатанинским игом, и он уже твердо знал, чтобы освободить её, казачеству предстоит пройти ещё через многие страдания, омыть её слезами покаяния и своею кровью. «И пусть не праведный ещё делает неправду, нечестивый пусть ещё сквернится, правдивый да делает правду ещё, и святый да освящается ещё. Се, гряду скоро, и возмездие Моё со Мною, чтобы воздать каждому по делам его» - пришло ему на ум.

– А зачем я тогда еду в Новочеркасск? – неожиданно спросил он сам себя. – Там всё показное, фальшивое, мёртвое. Там нет ничего, чтобы помогало делать святое казачье дело. Его надо вершить вместе с отцом Ермогеном. Сегодня он и есть та самая правда, которая так нужна обманутому и расколотому казачеству, а так же и всему русскому народу. И мне надо быть вместе с ним, и я разделю все его тяготы, духовные и физические.

Ему стало совершенно ясно, что надо делать. Взяв свой чемоданчик, Пётр Алексеевич вышел в тамбур и отворил дверь вагона. Когда у полустанка Северский Донец поезд замедлил ход, он спрыгнул с подножки и пешком направился назад к станице Каменской. Предстояло ещё добраться к Атаманскому озеру в пока еще не открытый монастырь отца Ермогена, чтобы вместе с ним и другими верными имперскому делу и казачьей чести людьми честно и грозно служить Казачеству и России.

Сергей Гончаров

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 097 участников
Присоединиться к группе