Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Памфлеты Вячеслава Родионова

Господь послал… (кладоискательский памфлет)

вкл. . Опубликовано в Памфлеты Просмотров: 2600

IV

Первой разбудила спящих есаулов и алкашей сердобольная Порфирьевна, было половина шестого. Она успела налить каждому по 150 грамм самогона для опохмелки и дать по куску селедки на белом хлебе. Едва все очухались, как в комнату заглянул войсковой старшина Кувыркин.

- Ведите соседей ко мне, - распорядился он.

- Дорогой соседушка, Жорж Викторианович, неужели нальёте? - засуетились алкоголики.

- А как же.

- Точно?

- Точнее не бывает.

- Идем, - ринулись в дверь Серёга с Витьком.

Последним в свою комнату вошел Кувыркин и закрыл дверь на ключ. Серёга с Витьком стояли посреди комнаты, а за столом, словно трибунал, заседали начальники АСК. Сзади алкашей стояли мрачные есаулы, головы не совсем оправились, и потому настроения не было.

- Итак, голубы вы мои, - начал полковник Растеряхин. – Готовы ли сегодня достать золото, которое недавно обнаружили в подвале дома напротив?

- Какое такое золото? – спросил Серёга.

- Мы ничего не знаем, - открестился Витёк.

- Золото казачьего Войскового правительства, - раздельно подчёркивая каждое слово, угрозно промычал Растеряхин.- Вы собрались его достать из подвала. Где инвентарь?

- О чем вы?

- Господа есаулы, объясните им популярно.

Есаулы схватили алкашей и подняли над полом вниз головами. Представляете, что это за пытка едва похмелившемуся алкашу? Кишки так и норовят вывалиться через рот.

- Аб-аба-аб…, - пытались кричать Серёга с Витьком, исходя сначала слюной, а потом блевотиной.

- Всю комнату загадят, - заорал Кувыркин. – Поставьте их на ноги. И ведро тащите сюда.

В общем, описывать такую пытку, просто нет сил. Видимо иссякли они и у алкашей, потому как быстро они сознались, что инвентарь в комнате Сереги и даже согласились показать место клада и принять активное участие в его изъятии. Взамен согласия попросили только водки.

Кувыркин достал бутылку и два стакана…

Именно в это время прозвучал со двора автомобильный сигнал. Выглянув в окно, Растеряхин увидел грузовой автомобиль «Газель» с водителем, жмущим клаксон, а рядом с машиной предпринимателя Укосова, показывающего на часы. Растеряхин глянул на свои – было ровно 6 часов утра. Значит, наступал час «Х».

- Выходим!

Алкаши едва успели опорожнить бутылку на зависть есаулам, как их поволокли во двор.

- Здорово дневали, Павел Серафимович, - приветствовал Укосова полковник Растеряхин.

- Слава Богу! Вы готовы к началу операции?

- Всё продумано до мелочей. Только вы с машиной поедете во двор напротив и там, около новой выгребной ямы под коммунальный сортир, и остановитесь. Яму надо докопать, освободив решетчатое отверстие, ведущее в какой-то подвал. Алкаши говорят, что именно через яму сортира можно будет передавать найденное золото. С вами будут вот эти трое войсковых старшин. Пролетов, Недолетов и Перелетов. Они молчаливые, но исполнительные.

- Немые, что ли?

- Нет, такое распоряжение от Модест Модестовича получили всегда молчать и ничему не перечить. Вы расставьте их по своему усмотрению. А решётку придется выломать.

- Противогазы для них выделить.

- Обязательно, чёрти, чем может пахнуть из-за этой решетки. Говорили же про газы.

- Остальным тоже выдать противогазы?

- И ломы с лопатами. Но алкаши поведут нас сначала к внешней яме около кирпичной стены, есаулы вчера её видели. Алкаши говорят, что пробраться к золоту можно только через нее.

- Любо!

- Нам противогазов не надо, - встряли в разговор Серега с Витьком, - вот пару бутылок водочки нужно обязательно, иначе газ мы не переживем. А в противогазе концы отдадим сразу. Это наше условие.

Укосов обратился к своему водиле:

- Гриша, выдай им пару бутылок, - и, повернувшись к алкашам, добавил. - Пить будете только внизу. Ясно?

- Как же…, - согласились те.

- Разобрать инвентарь, - скомандовал полковник Растеряхин.

В яму пришлось прыгать с зажженными фонарями. Алкаши хотели оказаться первыми, но их замысел смыться с водкой раскусили сразу, поэтому первыми пошли в противогазах задыхающиеся в собственных бородах есаулы, за ними алкаши. Прыгнули и Растеряхин с Кувыркиным, причем последний, ударившись об пол подвала, подвернул ногу, что сразу вывело его из строя. Пришлось соорудить из подручных материалов - ящиков и бочки шаткую пирамиду, по которым есаулы и вытолкнули Кувыркина наружу. Сняв противогаз, тот поклялся до последней капли крови защищать вход в подвал и распластался на земле около дыры.

Пока Растеряхин с Крутовым и Кулаковым выталкивали наружу травмированного, Дубов содрал с себя противогаз и быстро отобрал бутылку водки у алкашей. Те завопили.

- Что ещё? - повернулся к ним Растеряхин.

Алкаши молча показывали на Дубова, из горла пившего отобранную водку.

- Дубов, мать твою, отставить! – заорал Растеряхин.

Тот быстро передал недопитую бутылку Крутову и стал по стойке смирно.

Крутов сразу же сорвал противогаз и приставил бутылку ко рту. Алкаши снова завопили.

- Что происходит? – опять заорал Растеряхин.

- Без водки мы дальше не пойдём, - заявили алкаши.

- И мы, - за всех есаулов ответил Кулаков. – Иначе в противогазах бороды нас задушат. Так что, ваше высокоблагородие, дайте команду на доставку водки. Без неё в газ не полезем.

- А я приказываю! – побагровел Растеряхин.

- Но наш автохтонный союз - дело добровольное, - поддержал товарищей Дубов.

Растеряхин растерялся. Действительно АСК не был войсковой структурой, так, что приказы, действительно, были неуместными.

- Сколько надо водки? – угнетённо спросил он.

- На каждого по две бутылки, без учета одной выпитой. На вас тоже.

- Я останусь в противогазе.

- Это ваше право, но на себя закажите тоже. Мало ли как события разворачиваться станут.

- Хорошо, - вздохнул Растеряхин и полез по бочке и ящикам к отверстию в дыре.

- Господин Кувыркин, - крикнул в отверстие Растеряхин.

- Я здесь, - раздалось в ответ. – Забыли чего?

- Да так, забастовку внизу организовали, водки требуют, иначе в газ не пойдут. Позвоните Укосову, пусть пришлёт.

- Сколько.

- Сейчас скажу.

Растеряхин на пальцах посчитал количество бутылок

- Двенадцать.

- Зачем столько? - удивился Кувыркин.

- Прости Господи, и ты автохтон нервы мотать вздумал!

- Никак нет. Сейчас позвоню.

Спустя полчаса водка в нужном количестве оказалась в подвале. Растеряхин раздал каждому по две бутылки, забыв при этом, что у бомжей есть ещё одна. Две спрятал в предусмотрительно захваченный рюкзак.

Кладоискатели приложились к бутылкам и, осоловелые, с фонарями двинулись по темному проходу, который и вел в нужный подвал дома, где когда-то жил член Войскового круга Туркин. Газ не газ, но вонь стояла непереносимая, поэтому через каждые десять шагов все прикладывались к бутылкам. Кроме Растеряхина в противогазе.

Наконец, туннель кончился, и открылось пространство подвала. Похоже, что захламлён он был ещё до революции бочками из-под селедки, всякой рваниной, гниющими книжками, и досками, битым кирпичом и стеклом. Своды подвала были влажными и сверху постоянно капала отвратительно вонявшая вода из прохудившихся водопроводных и канализационных труб. В подвале воздух был напитан сероводородом, которого не боялись лишь жирные и бесстрашные крысы да алкаши. Растеряхин при виде всего этого подумал о том, что именно так и должен выглядеть ад.

- Где спрятано золото? - надвинулся он на Серегу с Витьком.

- Так в стене справа. Там еще видны следы кладки другим кирпичом, - пояснил Серега.

- Откуда вы это знаете?

- Мы, - стал пояснять Витёк, - как-то наверху у стены пили с бомжами, а потом полезли в подвал. Рылись там, надеялись хоть что ценное для обмена на водку найти и оказались около той кладки.

- И что?

- А там дырка образовалась, раствор высыпался. Серега посветил туда фонариком, а там золото заблестело. Мы завалили эту дырку хламом и решили вытащить его. А тут вы нагрянули и сцапали нас.

- Это золото войскового казачьего правительства и по праву наследования принадлежит нам. Вам ясно.

- Куда уж, - хмыкнул Витёк. – Нам, что ни будь, дадите?

- Как вести себя будите, - угрозно сказал Растеряхин. - Есаулы, ко мне!

Пошатываясь, те подошли, но в этот момент оба алкаша, испугавшись слов Растеряхина, ринулись в боковое ответвление подвала. Но они не знали, с кем имеют дело. Полковник в два прыжка догнал их, но успел схватить за шиворот только Серёгу, Витек все-таки удрал.

Притащив, упиравшегося алкаша, Растеряхин привязал его к кирпичному столбу, поддерживающему свод подвала и, показав на кладку справа, повел к ней есаулов.

- Мы должны выпить, а то дышать нечем, - дружно заявили те.

- Только немного, - согласился Растеряхин.

Ломать стенку особого труда не составило. Будь есаулы трезвее, а Растеряхин без внутренней дрожи от возбуждения, они обратили бы внимание на непрочность раствора и самой кладки. Но не обратили. Выломав несколько кирпичей, есаулы пропустили к пролому Растеряхина с мощным фонарём.

Сдержав дыхание, полковник просунул голову и руку с фонарем внутрь провала и чуть не потерял сознание от увиденного. Вдоль сводчатой ниши, которая была закрыта отличавшимся от дореволюционного кирпича стенкой из другого, лежали аккуратно складированные золотые слитки, блестевшие в свете фонаря. Замерев от восторга, Растеряхин минут пять торчал в нише, пока его за ноги не выдернули оттуда есаулы, боясь, что с полковником случился сердечный приступ. Оказавшись на грязном полу подвала, он тут же подполз к своему рюкзаку, ноги не держали, и, вытащив из него бутылку водки, сорвал с себя противогаз. Пил из горла большими глотками, оставил в бутылке треть содержимого.

- Дубов, - едва переведя дыхание, позвал есаула Растеряхин. – Отвяжи алкаша и пусть он покажет тебе дорогу до канализационной решётки, где Укосов ждет клад. Да передай ему, пусть отпустит сюда двух войсковых старшин. Скажи, что для переноски слитков.

- Слушаюсь!

- Вы, есаул Крутов, и вы, есаул Кулаков, полностью разломайте стенку и найдите ящики для переноски слитков. Я что-то встать не могу, словно ноги отнялись.

- Допейте бутылку,- посоветовал Кулаков. – Все будет нормально.

Дубов с двумя молчаливыми войсковыми старшинами появился спустя полчаса.

- Где алкаш? – спросил Растеряхин.

- Сбежал.

- Ну и чёрт с ним, дело уже сделано.

- А не заложит он нас ментам? Или Витёк? – нагнал тревоги Дубов.

- Витёк если бы доложил, менты были бы уже здесь, а Серёга не успеет, - успокоил себя и всех Растеряхин. - Начать выемку слитков!

Работа закипела и через час все слитки, а их оказалось довольно много, были перебазированы к решетке новой выгребной ямы во дворе, где находился Укосов с «Газелью».

Пока автохтоны носили слитки, Растеряхин не переставал любоваться одним, держа его на коленях. Это был обычный слиток с тиснутым на нём Императорским орлом.

- Тяжеловат, однако, - повторял Растеряхин каждый раз, когда поднимал его рукой и покачивал, словно старался определить вес.

Наконец, последний ящик понесли к выгребной яме, и полковник со слитком в руках двинулся следом, потягивая из второй бутылки водку, дабы заглушить гнуснейший запах сероводорода. Вокруг бегали жирные, но трусливые крысы, трех он поддел сапогом и с омерзением отбросил от своих ног.

Молчаливые войсковые старшины пролезли через отверстие, освобожденное от решетки, и принимали от оставшихся внизу есаулов слитки, завёрнутые в тряпицы, которые предусмотрительный Укосов привез с собой. Так что любопытные жильцы коммуналки, удовлетворились объяснением, что грузят спецкирпич для отделки каминов, который бракуется, даже если на нём появиться хоть царапина.

В кузове «Газели» слитки укладывали под брезент и только потом снимали тряпки. Все было предельно продумано. И вот последний слиток, едва вырванный из цепких рук полковника, оказался под брезентом. Затем есаулы и молчаливые войсковые старшины помогли пролезть через выгребную яму Растеряхину, а потом по спущенной к ним веревке, выбрались сами.

И тут во двор, с воем сирены, отчего глазеющих жителей словно ветром сдуло, ворвались две ментовские машины, из которых повыскакивали «маски». Окружив «Газель», они оттеснили казаков-автохтонов к стене дома. Укосов попытался, было, заявить, что это его «Газель» и груз его, но «маски» даже слушать не стали, а потребовали ключи от машины.

Пока шло препирательство между казаками-автохтонами и «масками», во двор влетели два черных бронированных внедорожника, откуда выскочили другие «маски», покруче ментовских, и быстро их положили на грязный дворовой булыжник.

- Ключи! – прозвучал голос, от которого у всех казаков-автохтонов вздрогнула генетическая память.

Укосов без размышлений бросил важной «Маске» ключи. Через минуту во дворе уже не было ни крутых внедорожников, ни хлипкой «Газели». С камней двора торопливо поднимались ментовские «маски» и, разводя руками, загружались в свои машины. Меньше чем через минуту ментов во дворе уже не было.

Остались только, ничего не понявшие и крайне разочарованные, кладоискатели – казаки-автохтоны.

V

Модест Модестович, сидя в своем гостиничном номере, каждые полчаса получал от кладоискателей сообщения о том, как продвигается дело. Последнее сообщение полковника Растеряхина о том, что золото похищено, скорее всего, органами, не произвело на Модеста Модестовича никакого впечатления. Наоборот, он сказал Растеряхину, что сейчас же поедет к высшему начальству и потребует либо всё золото назад, либо положенные любому кладоискателю 25%.

Сняв трубку, Модест Модестович созвонился с Семеном Семеновичем.

- Машина у гостиницы, приезжай, - был короткий ответ.

Встреча старых друзей прошла в одном из особняков, который, однако, никакого отношения ни к ментам, ни к ФСБ не имел. Семен Семенович возглавлял Консалтинговую фирму, и люди, изъявшие слитки были из его охранной структуры.

- Ну вот, - сказал Семен Семенович, - дело сделано.

- Но зачем вы рисковали слитками золота? – недоуменно спросил Модест Модестович.

- Никакого золота не было и мы ничем не рисковали. Слитки были чугунные, покрытые напылением золотой краски. Кроме того, оба алкаша, служили мне и, сбежав, доложили о ходе выемки.

- А менты?

- Ментов предупредил я, - засмеялся Семен Семенович, - надо же было придать некую видимость законности происходящего.

- А вдруг они оказали бы сопротивление?

- Модест Модестович, - с укоризной посмотрел на него Семен Семенович.

- Ах, да… Я немного забылся.

Вошёл мордастый дворецкий и пригласил собеседников к столу. Там они хорошо выпили и закусили.

- Хорошо, что конгресс США принял в 1954 году закон P.L. 96-90 о создании на территории России республики Казаки, - от удовольствия потер руки Модест Модестович. – И даже обещал финансировать нас.

- Теперь, уважаемый, - согласно закивал Семён Семенович, - мы можем открыть легальный канал финансирования вашего казачье-автохтонного движения. А вы сможете развернуть пропаганду самостийности «Казаки», отделения её от России. И вот вам бумага от сегодняшнего числа, подтверждающая, что АСК причитается 25 % от общей оценочной суммы найденного. На днях в одном из банков будет открыт счет на имя вашей организации и поступит первый транш. Сегодня же ознакомьте своих сторонников с этой бумагой.

- Слава Богу, что мы казаки! – брякнул в ответ Модест Модестович.


[1] Геронтократия (от греч. geron, род. п. gerontos – старик и kratos – сила, власть), обозначение ранней формы общественного устройства, при которой власть принадлежит старейшим членам общины. (См.: Новый энциклопедический словарь, М. 2001. – С.254.).

[2] Автохтоны (аборигены) (биол.) виды (роды, семьи) организмов которые со времени своего становления обитают в данной местности. (См.: Новый энциклопедический словарь, М. 2001. – С.14.).

Вячеслав Родионов

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 097 участников
Присоединиться к группе