Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

Д

вкл. . Опубликовано в Казачий словарь-справочник Просмотров: 6356

Новый царь был избран не без давления со стороны Казаков. Какие обещания получили они от него перед этим, история не известно, но после ликвидации Смуты отношения между Доиом и Московским царем стали более регламентированными. Дела сношений между ними автоматически перешли из царской канцелярии в первый отдел новооснованного Посольского Приказа, где, по словам современника, ведутся «дела окрестных государств и чужеземных послов принимают». Влиятельный на востоке суверен подтвердил признание Донской республики де факто и де юре. Он принял на себя помощь материалами, взамен чего получил от Д. Казаков помощь живой силой. Дипломатические связи выполнялись через посредство царских посольств и донских Зимовых станиц. Москва адресовала свои грамоты «к атаманам и Казакам и ко всему Великому Войску Донскому», т. е. ко всему населению и Главному Войску.

При Михаиле Федоровиче были уничтожены все ограничения в пограничном движении и в торговле. Грамота 1615 г. сообщала Всему Войску Донскому: «И мы вас, атаманов и Казаков, за ваши к нам многие службы пожаловали: велели вам к нам в украинные города со всеми вашими товарами и без товаров к родимцам вашим ездити и с ними видеться повольно». Еще и в это время на русских окраинах было много казачьих служилых общин. Управление Донской Церковью принял на себя непосредственно Московский патриарх, изъяв его от Крутицкого митрополита; священники рукополагались только по рекомендации станичных обществ, а сношения с патриархом шли через тот же Посольский Приказ.

Скоро, однако, медовый месяц дружбы с новой династией стал омрачаться повторяющимися недоразумениями. Будучи по прежнему независимым политическим обществом. Д. К. не считались с интересами русско-турецких отношений, они продолжали стычки с Азовом и нападали на Крым. Турецкий султан просил Москву сдерживать своих союзников, но грамоты с увещеваниями и угрозами, шедшие на Дон от 1625 г , не помогали. На требование царя итти совместно с Турками против Поляков Д. К. ответили отказом. На Дон пошла нота с упреками. а вместе с ней патриарх прислал угрозу отлучить от Церкви. Не подействовало и это. Посол привезший грамоты поплатился головой. В 1652 г. Д. К. с возмущением отказались нести службу по присяге, а когда узнали, что Москва собирается «обить» их с Дона и поставить там свои крепости, то заявили твердо: «А Дону нам так без крови не покидывать». В 1637 г. Донцы осадили Азов, взяли его и перенесли в крепость свою столицу (см. АЗОВ). Через четыре года, без помощи Москвы, шеститысячный гарнизон Азова выдержал осаду огромной армии Турок и Татар (см. АЗОВСКОЕ СИДЕНИЕ). Отбив 24 кровавых приступа Казаки заставили врагов отступить от города. Ослабленные непосильными боевыми трудами и большими потерями во время боев за Азов, в предведении нового нашествия Турок, Д. К. предложили царю взять его под свою защиту, тот же, опасаясь войны с Турцией, отказался. Пришлось оставить крепость, разрушив ее до основания. Два года после этого столица Дона находилась в городке Монастырском, от нынешней станицы Старочеркасской в семи клм. ниже по Дону. Когда же он был взят и разрушен турецко-татарской армией, атаман Чесночихин 6-го мая 1644 г. перевел управление краем на остров и городок Черкасский. В его стенах собралось постепенно шесть станиц: Черкасских две, Средняя, Павловская, Прибылянская и Дурновская.

Между тем еще больше ухудшилось положение казачьего населения московских окраин. С расширением русских границ, многие служилые Казаки переходили на положение, хотя и вольных, но безработных людей. Донской Круг согласился принять часть из них в пополнение. В 1646 г. со Жданом Кондыревым на Дон прибыло 3307 человек. Они были набраны в Воронеже и в других окраинных городах и среди них вероятно, находилось не мало «гулящих русских людей». Копдырев доносил в Москву: «И приехав с теми вольными людьми с Воронежа на Дон в нижней казачей Черкасской городок, Донским атаманам и Казакам и всему Донскому войску по списку их отдали». Но это принудительное переселение пришлось по вкусу только части вольных людей. Остальные сбежали назад. Казаки Зимовой станицы. «ясаул Василий Микитин с товарищи», иронически рассказывали в Посольском Приказе: «В том де государева воля, вольным де людям от них никакой тесноты не бывало и их не побивали и запасы им давли; и те вольные люди, не хотя государю служить, запасы пропили, а пропив те запасы з Дону от них пошли бегом, а унять их было нельзе, потому что они люди вольные».

В 1654 г. Московия приобрела Гетманщину, населенную «Запорожскими Черкассами» (см. ГЕТМАНЩИНА). На Донце к этому времени вырос ряд укрепленных поселений Слободских Казаков. Южная граница Московии отошла далеко в татарские степи и роль служилые Казаков на линии Воронеж-Курск-Путивль свелась к нулю. Скоро начались и церковные реформы патриарха Никона (1655-56 г.г.). Крепкие, приверженцы старообрядчества, основательно истощенные бескормицей, Казаки хлынули на Дон, создавая там новую социальную прослойку, Казаков бесхозяйственных, «голутвенных», озлобленных на Москву эа церковные новшества, за свои обиды. Они пошли с Разиным на Каспий «зипунов добывать», а когда возвратились с добычей, многие из них вместе со Степаном Тимофеевичем решили попробовать свои силы и «тряхнуть» опостылевшей Москвой. Начатый успешно, поход Разина, повидимому, имел основной целью ослабление сильного соседа, стремившегося все упорнее наложить руку на волю независимого Дона. Однако, предприятие Разина не встретило сочувствия у «старожитных», «домовитых» Казаков, которые вместе с зажиточностью все больше теряли чувство национальной гордости, склоняли головы перед могуществом Москвы и готовы были итти на любые компромиссы с монархом, открыто простиравшим свою державную длань на обильно орошенное казачьей кровью Старое Поле. После того как Разин потерпел поражение, домовитые сами захватили его и выдали в Москву. Они же согласились принять присягу царю, в качестве гарантии верной ему службы и невмешательства во внутренние дела Московии. От присяги 1671 г. связи между царем и Казаками федератами сменились отношениями, которые обычно определяют термином «персональная уния». Д. К., суверенный народ, под давлением обстоятельств приняли главенство династии, царствовавшей на Москве. Подобные отношения существовали от 1386 г. между Польшей и В. княжеством Литовским. При персональной унии монархи, принявшие под свою державу соседний народ, не могли посылать к нему своих управителей, а должны были сообщаться с ним лично через его представителей; не могли они устанавливать в присоединившейся стране свои законы, изменять постановления законодательных учреждений. действующих там, руководить экономической и социальной жизнью, колонизировать земли, вторгаться в быт, вмешиваться в дела судебные. Многообразные в деталях, формы унии в основных чертах оставались повсюду одинаковыми. Все сводилось к совместной обороне и внешнему представительству.

До царя Петра русские государи в отношении с Д. Казаками не нарушали обычаев персональной унии. Поэтому на Дону присягу 1671 года понимали только, как логическое последствие «крамолы» Разина, как средство предупредить в будущем выступления подобного рода, чтобы Казаки «на царское жалованье были надежны, ни в какую смуту и прелесть не прельщалися». Сношения с Москвой шли по прежнему через ее Посольский Приказ и нигде в актах того времени не упоминается, что приняв присягу Д. Казаки «учинились в подданстве». Как и во времена федератов казаки разведывали и берегли Поле, чем служили на пользу и Московии, и себе самим. Спрос на иностранные наемные войска в то время существовал большой. Кроме Казаков, царю служили по присяге полки платных наемников, выходцы из орд, из Швейцарии, Германии, Польши. Все они слыли в Москве под общим именем «немцы». Д. К. посылали свои отряды с Дона туда, куда указывал царь, а по выполнении задачи эти отряды возвращались в свои станицы и городки. Жизнь на Казачьем Присуде текла по старому руслу, а когда посольство, Зимовая станица, прибывало в Москву, то казачьи представители пользовались там правами дипломатической экстерриториальности. Современник Катошихин писал, что Д. К. «также будучи на Москве или в полках, кто что сворует, царского наказания и казни не бывает, а чинят они между собою сами».

Грамоты посланные на Дон, если не заключают угроз, составлены в просительных тонах. В тех случаях, когда просьба выполнялась, царь посылал дары, а если Д. К. не спешили с выполнением царской воли, то выражалось неудовольствие: «А нам за такие ваши грубости жаловати будет не за что». Кроме пропуска русских и турецких послов «честно» через Донскую землю или военной помощи, никаких повинностей от Казаков не требовалось. Исполняли же они царские веления «по своему обещанию» и только в том случае, когда эти веления не нарушали их собственных интересов. Служили они самому Московскому царю, а не Руси в целом; выполняли только то, что исходило прямо от царя, а не от бояр, «вмешательство которых Дон категорически отвергал и всякий раз требовал непременно указа самого царя» (И. П. Буданов). Но вместе с тем, в условиях персональной унии, московские государи получили большую возможность воздействовать на население Дона своим личным авторитетом, религиозным значением «крестного целования» и исподволь, с помощью подкупов, посулов и угроз, создавая партию своих сторонников в подготавливая очередную стадию взаимоотношений. Она пришла во время царствования Петра.

Казачья независимость раздражала каждого царя, тем более не мог ее переносить новый тиранический император. Он не признавая никакой добровольности в казачьей помощи, а принимал ее как нечто должное. В 1696 т. Донцы помогли ему завоевать Азов, напрасно надеясь этим избавиться от мучившей их турецкой вековой занозы. Петр тотчас переселил туда часть «безработных» служилых Казаков. Современник события, ранний русский историк В. Н. Татищев пишет. «От Симбирска, через Шацкую и Тамбовскую провинции к Дону, находилось 15.000 Казаков, которые в 1702 г. были переведены в Азов, земли же их были розданы знатным господам для заселения». Но с повальным бегством из Россия на Донец и Дон царь не хотел примиритъся. Он считал беглецов своими поддаными и «работными людьми», в которых всегда чувствовался недостаток. К тому же, вместе с Казаками уходили многие русские старообрядцы. На Дону же видели в них стойкое пополнение в братьев если не но крови, то по старой вере. Царь требовал их возвращения, а Круги в этом случае не хотели нарушать древнее обыкновение: «С Дона выдачи нет!» Возникли разногласия, закончившиеся в 1707 г. вооруженным столкновением. Дон вначале проявил полное единодушие и сторонникам Москвы пришлось опираться только на Донских Калмыков и Татар. Верховые ин Донецкие Казаки заняли Черкасск, казнили там некоторых «доброхотов» Русского царя н начали самоотверженную борьбу, выбрав Донским атаманом Кондратия Афанасьевича Булавина (см. БУЛАВИН). Но потом. когда пришли неудачи и пропала вера в свои силы, верх взяли сторонники покорности. Окруженный заговорщиками, атаман Булавин застрелился. несколько тысяч с Игнатом Некрасовым ушли к Туркам на Кавказ, а остальные прекратили сопротивление. Началось усмирение, суд и расправа. Казаки гибли теперь не в боях, а на плахах и виселицах. Огнем и мечем уничтожено 48 городков и поселков вместе с большинством их населения. По Среднему Дону: Бабей, Траилин, Нижний Михайлов, Нижние Каргалы, Быстрый, Перелышний, Голубой, Паншин, Новый, Решетов, Дмитриев. Старый Сиротин; по Донцу и его притокам: Бахмут. Боровский, Закотнов. Донецкий, Новый Айдар, Старый Айдар, Теплынский, Краснянский, Святолуцкий, Трехизбянский, Сухаревский, Яблоновский, Каширский, Средне Калитвенский, Худояров, Обливы на Деркуле, Ново-Краснянский Юрт, Осинов Юрт, Беленький, Шульгин, Староборовский; по Бузулуку: Лукьянов, Карпов Юрт, Мартынов, Черный, Березов; по Медведице: Тетерев. Заполянский, Муравский; по Хопру: Остроухов, Тежкин, Боплемяновский, Левикин, Пристанский, Кабаний, Красный Яр.

Все русские люди и Казаки-новоприходцы отправлены назад в распоряжение господ. На Дону остались только Казаки-старожилы. Земли принадлежавшие уничтоженным поселениям, что составляло около третьей части Казачьего Присуда, отобраны в пользу России. Городки по Дону и после Петра I располагались до нынешнего Коротояка. Татищев в своем Лексиконе указывает: «Новогорье - станица донская на левом берегу Дона при устье реки Икарец, выше Колыбельки 12 верст, ниже Дивногорского монастыря; Усть-Битецкая - станица донская при речке Битюг, Воронежской губ., впадающей в Дон с левой стороны; Белогорье - станица донская на Дону выше Калитвы 30 верст, от города Павловска 5 верст; Богучар - станица донская ниже Калитвы 57 верст».

От 1709 г. наступила новая фаза отношений Дона с царями, мало изменившихся до революции. Д. К. находились на положении народа покоренного и смирившегося, но общими порядками империи не усвоенного. Земля Донских Казаков получила статус колонии с некоторыми остатками автономного самоуправления.

Древний донской герб «Елень пронзен стрелою» повелением Петра I был отменен и как бы в насмешку, введен новый - «голый Казак на бочке». Он должен был, вероятно, припоминать Казакам ободранным до нага, что царь может в любой момент приказать им взорвать под собою бочку с порохом. От этого времени жизнь Дона, помимо воли, включилась в русло истории российской. Память о былой независимости сохранялась только в преданиях.

НАИБОЛЕЕ ЗНАЧИТЕЛЬНЫЕ СОБЫТИЯ В ЭПОХУ ПОКОРНОСТИ ЦАРЯМ.

1717 г. - Казакам разрешено возвратиться на свободные земли по р. Хопру.

1721 г. - Коллегия Иностранных дел в Петербурге передала сношения с Доном в ведение Коллегии Военной, запрещено собирать Войсковые Круги. 3-го января того же года Донская Церковь подчинена Воронежскому епископу. В том же году приказано донским правителям называться Войсковыми «наказными» атаманами. От этого времени свой пост они занимали не по выборам, а по назначению императора. Первым был назначен Андрей Иванович Лопатин.

1722 г. - Казачьи полки принимают участие в Русско-персидской войне, закончившейся в 1751 г.

1723 г. - Казаков приказано именовать Военно-служилым народом.

1724 г. - По указу от 20 мая 1.000 семей с Дона принудительно переселены на Кавказ, частью на реку Аграхань, а частью в Крепость Св. Креста. Большая часть из них, уже в ближайшие годы вымерла от дурного климата или погибла в стычках с Горцами. Остатки их отведены на Терек, где они составили Терское Семейное Войско.

1729 г. июля 18-го - Донские Калмыки переданы в ведение Донского атамана и Войскового Правления.

1735 г. - 1.057 семей принудительно переселены с Дона на Волгу, где поселены в станицах новооснованной Царицинской Линии.

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 295 участников
Присоединиться к группе