Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

С

вкл. . Опубликовано в Казачий словарь-справочник Просмотров: 6793

В 1889 г. С. стал вдовцом.

Художественные критики и биографы С-ва находят истоки его творческих идей в жизнеописании «красноярского Казака Василия Сурикова», а в темах выполненных им полотен примечают отсветы его казачьего происхождения, его казачьего воспитания. Так или иначе, С-ва влекут к себе те темы, где дух торжествует над материей. Внимание художника сосредоточено на людях могучей воли, людях отважных, непокорных, глубоко верящих в свою правоту, которым не страшны ни пытки, ни смерть. Эти свойства он обнаруживает и в казачьих героях, и поэтому изображает их. Не раз писал Казаков и с натуры. «Помните, - рассказывал он, - у меня там стрелец с черной бородой, «как агнец жребию покорный», -это Степан Федорович Торгошин, брат моей матери, а бабы, это, знаете ли, у меня в родне были такие старушки-сарафанницы, хоть и Казачки». «В типе боярыни Морозовой, тут тетка одна моя Авдотья Васильевна, что была за дядей Степаном Федоровичем Торгошиным. Она к старой вере стала «склоняться» (Максимилиан Волошин). Фельдмаршала Суворова писал он с одного старого казачьего офицера. Летом 1893 г. он посетил Дон в поисках натур для «Ермака». Зарисовывая там в альбомы лица, пейзажи, бытовые предметы, С. одновременно изучал казачью историческую литературу. Он был горд, что Донцы признавали его своим человеком, подхваливали: «Иш, говорят, еще не служил, а ездит хорошо». Он показывал им свои зарисовки и был чрезвычайно доволен, что Казаки признавали в них свой тип. «Мы, Сибирские Казаки, - писал он брату, - происходим от Донских Казаков, потом Уральские и Гребенские... Душа так и радуется, что мы с тобой такого роду хорошего, казачьего роду».

Но этот казакоман в искусстве вознесся до мировой величины. Он сумел не только постигнуть сущность некоторых исторических эпох, но и воскресил их мощью своего гения при помощи линий и красок, вернул к жизни и опального вельможу, и старух из московской толпы, и рядовых бойцов из отряда Ермака Тимофеевича, и всех тех, кто живыми глазами смотрит с его полотен. В немых, казалось бы неподвижных фигурах его картин чувствуется вечная динамика, дыхание давно прошедшей жизни. Не напрасно он приобрел мировую известность и звание академика.

С. умер в Москве 8 марта 1916 г.

СУРОВЕЦКИЙ Борис Васильевич (терск.) -род. 21 февраля 1884 г., ст. Наурской; войсковой старшина. Получил военное образование во 2-м Московском кадетском корпусе и в Николаевском кавалерийском училище, из которого с чином хорунжего выпущен во 2-ой Горско-Моздокский каз. полк; после его расформирования переведен в 1-й Кизляро-Гребенский каз. полк. С1912 г. состоял воспитателем в Донском кадетском корпусе и отбыл командировку для прохождения военно-педагогических курсов в Петербурге. В начале 1918 г. участвовал в Корниловском походе, затем возвратился на прежнее место службы в Дон. кад, корпус; оставался в нем воспитателем и после эвакуации в Египет и Югославию, до его ликвидации. Войсковой старшина С. умер 4 апреля 1960 г. в Нью-Йорке (США).

СУРЧИНА - холмик земли при норе суслика.

СУСАР - имя атамана, с которым Донские Казаки в 1552 г. помогли Ивану Грозному взять г. Казань; в одной из позднейших отписок, посланных с Дона в Москву, он вспоминается, как С. Федоров.

СУСТРЕЛ - встретил, повстречался.

СУТУЛОВ Александр Михайлович (дон.) - рожд. 1880 г., ст. Распопинской; генерал-лейтенант. Окончил Донской кадетский корпус и Николаевское кавалерийское училище, из которого вышел на службу в 7-й Донской каз. полк; в 1906 году командирован в Новочеркасское училище на должность сменного офицера, а в 1909 г. переведен на ту же должность в Николаевское кавалерийское училище, где с 1914 г. стал командиром казачьей сотни; в 1917 г. отбыл на фронт помощником командира 19-го Дон. каз. полка, с которым возвратился на Дон. Здесь сразу принял участие в организации борьбы с нашествием красной гвардии и совершил Степной поход в качестве заместителя нач. штаба Походного атамана. Когда на Дону началось всеместное восстание, по поручению атамана формировал отряды в Усть-Медведицком округе, а после командовал бригадой, дивизией и Сводным корпусом. С 1920 г. проживал в Югославии, как эмигрант, а к концу Второй мировой войны оказался с семьей в гор. Триест. Умер в доме для престарелых 3 июля 1958 г. в гор. Канны (Франция).

СУХОРУКОВ Василий Дмитриевич (дон.) - родился в 1795 г.; кандидат прав и историк Дона. В 1812 г. окончил Новочеркасскую среднюю школу и поступил в Харьковский университет, диплом которого получил в 1815 г. В следующем году призванный на военную службу С. по образованию произведен в чин хорунжего и оставлен в штате Войсковой Канцелярии. В 1821 г. Комитет по выработке Положения об устройстве Войска Донского поручил ему собрать материалы для исторического и статистического описания. Дона.

Выполняя это поручение, С. лично обследовал много станичных архивов северных округов, включая и архив Новохоперской крепости. В то же время приданные ему в помощь образованные Казаки делали выборки из архивов донских крепостей, а известный русский археограф П.И. Строев по просьбе комитета выбирал для него материалы из архивов столичных.

С 1822 года С. числился в Лейб-гв. Казачьем полку, с переименованием в корнеты, проживал в столицах, сотрудничал со Строевым и, пополняя свою историю новыми данными, проработал материалы Московского Посольского Приказа.

Тогда же получил чин гвардии поручика.

В эти годы были опубликованы его первые исторические очерки: «Краткое известие о бывшем на Дону городе Черкасске» («Северный Архив», 1823 г., № 20), «О внутреннем состоянии Донских Казаков в конце XVI столетия» («Соревнователь просвещения и благотворения», 1824, ч. 26), «Общежитие Донских Казаков в XVII и XVII! столетиях» («Русская Старина», карманная книжка, изданная А. Корниловичем, СПб. 1824), «Записки о достопримечательностях Донской Области» («Северный Архив», 1825,ч. 17).

Однако после выступления декабристов у русских властей явилось подозрение о «прикосновенности» к их заговору и нашего историка. Строгое следствие достаточных улик к этому не обнаружило. Поэтому ограничились только высылкой его на Дон, а там даже не отстранили от исторических исследований.

По некоторым данным, С. действительно общался со многими лицами, причастными к заговору и они его посвящали в свои планы. Считался он и действительным членом их «Вольного Общества любителей российской словесности», но непосредственным участником их заговора он, вероятно, не был. Если бы было иначе, он попал бы под суд.

Гонения, выпавшие потом ему на долю, объясняются скорее содержанием и выводами первой части его труда по истории и статистике Дона, которая была закончена к ноябрю 1826 г. И в ранее опубликованных его очерках читатели нашли высокую оценку демократического устройства казачьих общин и могли заметить сочувствие Разину и Булавину; в их действиях историк видел «проявление гордого духа и свободолюбивый характер Казаков». А этого было вполне достаточно для того, чтобы заподозрить самого автора в «подстрекательстве к мечтательным мыслям насчет самостоятельности их отчизны».

Высланный на Дон С. продолжал работу над историей родного края. Но в феврале 1827 г. его вдруг приказано было командировать для службы в Отдельный Кавказский корпус. За месяц до этого, по приказу из Петербурга, он должен был представить властям подробную опись всем находившимся в его распоряжении актам и чистосердечно признаться, не выдал ли он кому-либо по службе или в частном порядке копий с актов, трактующих о. правах и привилегиях Войска. Перед выездом на Кавказ по этой описи у него отобрали все оригиналы и копии актов, прихватив при этом также его «полубеловые и черновые тетради и все без исключения записки». Очевидно, с точки зрения русских властей, «крамола» могла таиться даже в некоторых государственных документах; и их следовало изъять, запрятать в тайные архивы или совсем уничтожить.

Прибыв к месту службы, С. был откомандирован в штаб корпуса, где по распоряжению ген. Паскевича составлял реляции о боевых действиях и приступил к историческому описанию войны с Турцией. Тут же в Тифлисе он познакомился с А.С. Пушкиным. Этот гениальный русский поэт сумел оценить в нашем историке его живой ум, образование и скромность.

В очерке «Путешествие в Арзерум» он писал: «Вечера я проводил с умным и любезным Сухоруковым, сходство наших занятий сближало нас. Он говорил мне о своих исторических изысканиях, некогда начатых им с такою ревностию и удачей. Ограниченность его желаний и требований поистине трогательна. Жаль, если они не будут исполнены». В дальнейшем они одинаково отнеслись к Опубликованной Броневским «Истории Войска Донского» с пренебрежительным осуждением.

Службу в штабе прервало новое распоряжение из Петербурга. 13 января 1830 г. явился фельдъегерь с предписанием военного министра ген. Чернышева отобрать и опечатать все рукописи и записки историка, а самого С-ва доставить в один из полков, стоявших в Финляндии.

В следующем 1831 году Пушкин помог С-ву передать ходатайство о возвращении ему отобранных у него исторических материалов. В ответ на это он получил замечание, что военный министр «находит со стороны сотника Сухорукова не только неосновательным, но даже дерзким, обременять правительство требованием того, что ему не принадлежало и принадлежать не может», «Акты, о которых упоминает сотник Сухорукое, никогда не были его собственностью, ибо они собраны им из разных архивов Войска и из других источников по приказанию и направлению графа Чернышева». Таким образом С. был навсегда лишен возможности продолжить свою любимую и добросовестную работу.

Вскоре после этой попытки он был уволен на «льготу», а через три года в 1834 г. снова откомандирован в Закавказье, откуда через пять лет уволен в отставку по состоянию здоровья.

Среди донских офицеров и интеллигенции С. пользовался большой известностью и симпатиями, особенно после опубликования его красочного стихотворения «Ответ Дона», написанного по поводу скептического рифмованного обращения гр. Растопчиной «К Дону».

Но общие симпатии Казаков не помогли ему возвратиться к достойной его и полезной для его единоплеменников деятельности. Его капитальный труд атаман Кутейников поручил окончить бывшим сотрудникам историка. Они должны были переработать сомнительные места и придать истории Дона черты «верноподданничества». Однако и в таком виде правительственные чиновники долго не допускали ее к печатанью. Первая часть исправленного текста увидела свет только в 1867, а вторая - в 1872 году.

В 1903 г. Областной Войска Донского Статистический комитет издал наконец обе части в одном томе под названием «Историческое описание Земли Войска Донского». Во всех случаях имя автора не упоминалось, но все знали, что эта книга в своей основе — результат достижений кропотливого и добросовестного труда Василия Дмитриевича С-ва. Еще и в наше время она служит в качестве подробного сборника неопубликованных исторических актов.

СУЦКОЙ - интеллигентный, разбирающийся в делах; от слова - суд.

СХИЛИТЬСЯ - согнуться, нагнуться.

СХОД СТАНИЧНЫЙ - собрание представителей от казачьего населения станицы и ее хуторов для решения важных хозяйственных и административных вопросов; участвуют в нем выборные, в зависимости от величины поселений, «десятидворные», «двадцатидворные» или «тридцатидворные» «старики»; тоже - станичный сбор (см. Станичное Правление).

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 295 участников
Присоединиться к группе