Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

В хозяйственных заботах

вкл. . Опубликовано в Донецкий Округ Области Войска Донского Просмотров: 2635

Содержание материала

Станичный юрт. За свою воинскую службу казаки безвозмездно пользовались землей, которая являлась общинной собственностью и подразделялась на войсковую землю и станичные юрты.

Войсковые земли находились в ведении Войскового правления, станичными распоряжались станичные общества. В Положении 1835 года говорилось: «Земля станичного юрта со всеми угодьями почитается неприкосновенной собственностью общества казаков каждой станицы».

Далее указывалось, что каждой станице надлежит единожды избрать и назначить части земель: одну – для пашни, другую для сенокоса, две под пастбища (одну – для скота и рабочих лошадей, другую – для табуна) Часть юрта, назначенную для пашни разделить на столько участков, сколько признано будет удобным по свойству земли и местному ее положению.

Размеры юрта у разных станиц были разными. К примеру, у станицы Каменской в юрте насчитывалось 110 тысяч десятин, Гундоровская имела 114273 десятины… Вроде бы много. Однако в каждом юрте было немало неудобной для хлебопашества земли. У той же станицы Гундоровской пригодной для земледелия практически было 35 тыс. десятин, преимущественно на левой стороне Сев. Донца. На правой стороне были сплошь бугры, балки, каменная почва, солонцы.

Согласно проведённого в 1854 г. межевания у станицы Луганской имелось 114141 дес. удобной и 10299 десятин неудобной земли.

В других станицах Округа удобные и неудобные земли распределялись так. В Каменской – 99305 дес. и 9392 дес., у Калитвенской – 98722 дес. и 6483 дес., Усть-Белокалитвенской – 89041 дес. и 19925 дес., Митякинской – 125827 дес. и 11515 десятин.

Подлинным бичом для многих станиц были пески. Например, у гундоровцев пески отнимали 5305 десятин плодородной земли в 1844 г. А в начале ХХ века – уже 8 тысяч десятин.

Земельный пай казака. Большая часть земельной площади в станице распределялась между казаками в виде паевого довольствия. Согласно Положению 1835 года земельный пай определялся в 30 десятин. В действительности размеры пая в Донецком Округе никогда не достигали 30 десятин. В разных станицах были неодинаковы. А главное – постоянно сокращались.

Делили землю по жребию. Перераспределялись участки через несколько лет. У каждой станицы были свои правила раздела.

В Гундоровской очередной передел земли был в 1904 г., т.е. спустя 10 лет после предыдущего. В начале 1905 г. землю раздали по хуторам, но удобной для хлебопашества было так мало, что 97 семей заявили о том, что им угрожает голодная смерть.

Чтобы соблюсти справедливость в распределении удобной земли, каждый пай определяли в 10-15 клочков, разбросанных на расстоянии 20 верст. Иной клочок был не более десятины.

Всего в Гундоровской делили землю трижды: в первый раз в 1876 г., вторично – в 1887 г. и, наконец, - в 1904-м. И всякий раз пай уменьшался. Да иначе и не могло быть даже из-за роста населения.

При наделении станицы юртом в 1844 г. в станице насчитывалось 3018 казаков старше 17 лет, имевших право получать пай. По переписи 1873 г. их было уже 5406, а по переписи 1897 г. – 10837. Но юрт станицы оставался прежним.

Такая же картина была в Калитвенской, т.е. чересполосица при дележе паев. В хуторе Верхне-Ясиновском казак получал землю в 7 местах, в Ерохине – в шести, при этом у некоторых хуторов дальние наделы находились за 40 верст от хутора. Хутор Чекунов имел всего полторы десятины удобной земли, да и то в 40 верстах, за хутором Юровым. В самой станице Калитвенской казак получал землю в семи местах.

Неудивительно, что далеко не все казаки сами отрабатывал землю. В Калитвенской 512 казаков сдавали паи в аренду (всего домохозяев числилось 3142). В Гундоровской в аренду свою землю отдавали станичникам побогаче и крестьянам 562 домохозяина.

В 1913 г. Ростовская газета «Утро юга» писала, что наиболее малоземельной является станица Каменская, где размер пая был менее 7 десятин. В среднем по Округу на земельный пай приходилось по 9 десятин удобной земли.

Хлебопашество.Известно, что первоначально в казачьих городках запрещалось пахать землю, дабы это не отвлекало казака от его воинских обязанностей. Хлеб на Дон привозили вместе с царским жалованьем.

Первыми стали нарушать запрет пришедшие с Украины или с Воронежской земли беглые крестьяне, привычные к земледелию и не привычные к походам «за зипунами». Но уже в конце ХУП столетия донцы стали хлебопашцами. Широкое распространение земледелие получило в Донецком, Хоперском, Усть-Медведицком округах.

Хлеб сеяли большей частью яровой, озимого мало. Преобладали пшеница, рожь, овес, просо, горох, гречиха.

Сев был делом ответственным. В это время нельзя было давать взаймы даже мерки зерна. Иначе – переведутся твои семена. Чтобы быть с урожаем, по краям пашни зарывал куски хлебного каравая.

Перед тем, как начать сев, вся семья усаживалась на поле. Доставали из мешка хлебины, выпеченные в виде крестов, и съедали: для того, чтобы с хлебом быть!

Яровые сеяли в марте-апреле, озимые – в сентябре-октябре. Важным продуктом считалось просо. Его посевы были особенно обширны. Кукурузу сеяли мало. Ячмень шел на корм птице и свиньям.

Опасались колдунов. Пойдет на поле, возьмет в горсть стебли пшеницы, переложит в правую сторону, а закрутит в левую и, - быть беде.

При уборке урожая с давних времен существовала взаимопомощь. Приходили родственники, соседи подсоблять. После трудового дня – угощение.

Сообща велась борьба врагами землепашца, особенно – с сусликами. Ставили ловушки. В складчину нанимали охотников-суслятников.

Когда урожай созревал, здесь на поле утрамбовывали ток. Обмолот снопов, бывало, производили и ночью. Для освещения жгли солому.

Сельхозорудия отличались примитивностью. Для пахоты применяли тяжелый и неудобный малороссийский плуг. Запрягали в него 3-5 пар волов. Плугом часто работали женщины. Заволакивали землю деревянными боронами.

Убирали хлеб преимущественно косами, реже – серпами. Для молотьбы использовали цеп, каменный каток.

Однако к концу Х1Х века все шире стали внедрять более усовершенствованные сельхозорудия: веялки, жатки, сортировки, молотилки.

Довольно часто случались неурожаи. В 1830 г. был голод в Луганской. В Мигулинской неурожайными были 1863 и 1876 годы, в Еланской – 1836, 1848, 1864 и 1878 гг. В Вешенской – 1834 1883, в Усть-Белокалитвенской – 1848, 1849 и 1886 гг.

Чтобы способствовать повышению урожайности, вводить агрокультуру были созданы в Каменской, Вешенской, Казанской, Еланской, Милютинской и других станицах Округа, а также в хуторе Шумилинском и Ефремово-Степановской слободе сельскохозяйственные общества.

Вообще существовал веками сложившийся цикл сельскохозяйственных работ, начинавшийся ранней весной. Как только сошел с полей снег – все в поле. Одно за другим следовали: пахота, боронование, посевы. Все это заканчивалось до Пасхи.

Две недели праздновали.

После этого - на огороды. Засеваются помидоры, капуста, огурцы, картофель. Затем отрывают и «привязывают» виноград, расчищают фруктовые сады.

Пашут и засевают бахчи.

Есть заботы и далее. Выведение утят и гусят. Надо отогнать на свое место народившихся поросят и телят. И все это до глубокой осени остается без присмотра.

Далее – сенокос. Нужно заготовить много сена для рабочего скота, корм для лошадей. Все члены семьи в работе, даже дети. Начиная с сенокоса каждый хозяин нанимал несколько косарей. По окончании косовицы – молотьба хлеба.

Но вот все работы закончены. Хозяева и рабочие идут в церковь отслужить благодарственный молебен. Затем следует парадный обед с выпивкой. На другой день – расчет. Договариваются на следующий год. На дорогу работникам выдается щедро провизии.

Власти предпринимали меры к совершенствованию сельского хозяйства. К1914 г. во всех округах имелись окружные агрономы. В Донецком округе окружным агрономом был Сергей Николаевич Греков. А кроме того имелись три участковых агронома – Ф.И. Михо, Н.В. Пятычкин и И.Р. Каргин.

Скотоводство. Донские казаки животноводством занялись значительно раньше, чем земледелием. Его зарождение было связано с военными походами, из которых казаки возвращались с гуртами скота, табунами лошадей. Постепенно сами стали заниматься разведением скота.

Особое значение в хозяйстве имел рабочий скот – волы, коровы, рабочие лошади. Кормился скот летом на пастбищах, зимой в базах. Каждая станица имела обширные пастбища.

Разводили калмыцкую, венгерскую, украинскую породы крупного рогатого скота.

Однако из-за усиливавшегося малоземелья степное скотоводство к началу ХХ века стало приходить в упадок. В Донецком Округе поголовье рогатого скота сократилось в четыре раза. Но не везде. В станице Гундоровской в 1873 г. было 20064 голов скота, а в 1907 г. – 23775. Правда, при этом совсем не имели скота 301 хозяин.

Скотоводство испытывало в Донецком Округе, как и во всей области, немало лишений. От бескормицы и эпизоотий падеж скота происходил в 1812-1813, 1848-1849, 1855-1856 г.г. Большой урон скоту нанесла суровая зима 1848-1849 гг., совпавшая со свирепствовавшей на Дону чумой.

Особое внимание уделялось выращиванию строевых лошадей и для себя и на продажу. Каждая станица содержала конский табун, для выпаса которого имелся земельный табунный отвод. Выращивали лошадей английской, арабской, текинской пород.

В Калитвенской отвод был в двух местах: у речки Лихой 3199 десятин, а левой стороне Сев. Донца – 1871 десятина. Всего – 5070 десятин.

На содержание станичного коневодства уходили тысячи рублей, и это, естественно, вызывало недовольство каждого станичного общества.

Выгодным считалось разведение овец. Уже в ХУШ столетии почти в каждом казачьем хозяйстве имелись овцы, для содержания которых в донецкой степи были благоприятные условия.

Большие отары овец имелись в Вешенской, Мигулинской станицах. Овцы были калмыцкой, валашской, русской пород. Стригли овец в мае – начале июня, после сева яровых, иногда – осенью. Затем отправляли шерсть на шерстомойки Ростова, Таганрога, Мариуполя.

Кроме того, на домашних станках выделывали грубое сукно, войлоки, кушаки. валяные изделия.

Казаки содержали в хозяйствах коз, свиней, домашнюю птицу. Особенно на хуторах.

Казачьи хутора. Развитие скотоводства и земледелия вызвали появление казачьих хуторов. произошло это из-за нехватки земли вблизи станицы для выпаса скота, для хлебопашества. Поэтому, за пределами станицы, казаки стали устраивать зимовники.

Это были временные пристанища для того. чтобы укрыть скот от мороза, непогоды. Зимовник стремились устроить там, где в достатке было подножного корма и поближе к водопою.

Хозяин зимовника сооружал загон для скота из камыша, а рядом шалаши или землянки для людей. А когда занялись земледелием, в зимовниках появились амбары для зерна, помещение для сельхозинвентаря.

Так постепенно зимовники превращались в хутора, куда сперва временно перебиралась семья из станицы, а потом и устраивалась на постоянное жительство. К одной семье подселялись другие…Строили дома, в которых можно было жить весь год.

Хозяин хутора должен был надолго отлучаться для несения воинской службы, В зимовнике или на хуторе помогали вести хозяйство наемные работники.

Обычно это были бежавшие от помещиков с Украины крестьяне-малороссияне или крепостные из центральной России.

Казаки охотно принимали их, несмотря на строжайший запрет царского правительства.

К середине ХVIII века только в Мигулинской скопилось до тысячи беглых крестьян. Рассредоточивались они в хуторах и других донских станицах.

Это явилось одной из основных причин того, что было запрещено заводить хутора.

В войсковой грамоте от 19 февраля 1745 г., посланной в станицы, содержалось требование: все ранее устроенные хутора «сжечь без остатку». Для того, чтобы проконтролировать это, из Черкасска были посланы в станицы старшины: в 1749 г. Янов, в 1751 г. – Петр Михайлов.

Однако, в конце концов, Войсковые власти оказались не в силах препятствовать экономической заинтересованности казаков. Грамотой от 23 декабря 1753 г. по станицам от Качалинской до Казанской разрешалось: «во всех степовых и других отдаленных от станиц местах, где заготовляется на зиму сено, строить теплые землянки, а для скота из жердей замены и сенные лопасы».

Уцелели некоторые, построенные до разрешения зимовники и хутора.

Таким образом, в течение 1730-1760-х гг. были устроены казаками станиц: Каменской – 8, Луганской – 6 хуторов. По несколько хуторов устроили казаки Митякинской и Усть-Белокалитвенской станиц «за неимением близ станицы пахотной земли».

В середине ХУШ века появились казачьи хутора на реках: Калитве – 8, Быстрой – 12, Деркуле – 8, Большой Каменке – 7.

К концу ХУШ века казачий хутор приобрел такой вид: в нем имелось помещение для людей. Обычно это была землянка – круглая яма, покрытая жердями, с кровлей из камыша, с очагом для отопления. Помещение для скота. Для волов и лошадей – базы, представляемые собой открытые загородки из плетня с узкими навесами по сторонам для защиты от непогоды. Для овец – хлев, примыкающее к базу закрытое помещение.

Помещение для хранения запаса сена: лопасы – укрепленные к столбам из жердей площадки для сена. Под лопасами ставили телеги и другие хозяйственные принадлежности.

С развитием хлебопашества стали появляться водяные мельницы, а возле них хутора.

В 1763 г. на Дону была произведена перепись малороссиян, живших в станицах и хуторах. В станице Еланской за разными казаками числилось 49, в Вешенской – 191 (учитывались лишь малороссияне мужского пола). Мигулинские казаки на своих хуторах имели 145 работников, казаки станицы Казанской – 95. По Сев. Донцу в хуторах и у станицы Митякинской проверяющие насчитали 178 наемных работников.

В хуторе с мельницей на речке Деркуле за казаком Иваном Ушаковым числилось 11 работников. За казаком Гундоровской станицы, державшим на речке Каменке хутор с мельницей, Савелием Скороходовым записали 23 малороссиянина.

У казаков станицы Каменской в хуторах жили 145 работников.

Начиная с 1764 г. казаки за каждого нанятого работника ежегодно вносили в казну «семигривенный оклад», т.е. 70 копеек серебром.

Обстоятельное узаконение относительно донских хуторов появилось в Положении 1835 года. В нем указывалось, что заведение хуторов должно производиться только с согласия всего станичного общества, утвержденного письменным приговором на полном сборе. Место для хутора должно быть выбрано в степи, в месте, пригодном – пашенном, сенокосном и пастбищном. При условии заселения одновременно не менее 25 дворов.

После принятия Положения 1835 года количество хуторов быстро увеличивалось.

Каким был типичный казачий хутор в Х1Х веке, читаем в очерке П.Н. Краснова «Казаки». «Хутор казачий разбросился по балке, завив лабиринтом улицы. Хаты, при хатах сараи. На кривых дубовых сохах конюшни, базы для скота, овечьи кошары. Все окружено то каменным, грубо сложенным, то плетеным забором.

По забору цепкая виснет ежевика, облепиха пускает белые пушки семян, торчат из-за забора стройные мальвы. Все в цвету.

Хата обведена глиняным рундуком, по низу покрашена голубой краской. Вокруг дома бежит галерейка. На ней цветы в горшках и кадках: бальзамины, герань, фуксин. За домом садок: вишневый, яблоневый, грушевый.

За плетнем – птичий двор, овцы, коровы, волы на базу, лошади в конюшне – все в один курень сбито, все под хозяйским глазом хозяина-казака и его верной подруги казачки».

Конечно, не каждый казак мог выселиться из станицы, а лишь «достаточные». Переселение было дорогим. У богатого казака на хуторе табун лошадей, гурт быков, отара овец, без счету домашней птицы. На зиму заготавливается до 300 стогов сена

В Донецком округе было немало богатых хуторов В юрте станицы Усть-Белокалитвенской есть хутор, так и называющийся Богатов. В восьми верстах от станицы, на Сев. Донце. В 1914 г. имел 216 дворов, 6380 десятин земли. В нем насчитывалось 729 мужчин и 790 женщин. Имелось хуторское правление с атаманом урядником Л.Назаровым.

В хуторе Бугураеве, раскинувшемся на речке Лихой, в семи верстах от станицы, было 299 дворов, земли 8440 десятин. Мужчин 667, женщин 668. С 1839 г. действовала Петро-Павловская церковь. Атаманом в 1914 г. был казак В.Бугураев.

На реке Калитве лежал хутор Щербо-Нефедовский, имевший 8376 десятин земли. Жили в нем 1033 мужчин и 1039 женщин. Имелись паровая и водяная мельницы, рудник Южно-русского металлического общества.

В 1914 году атаманом был урядник П.Бочаров.

Самым богатым в юрте станицы Луганской считался хутор Верхне-Теплый. В нем было 245 дворов, 4756 десятин земли. Население составляли 816 мужчин и 814 женщин. Имелись паровая и ветряная мельницы, церковь, ссудо-сберегательное товарищество. В 1914 году станичное правление возглавлял урядник Н. Пономарев.

В юрте Казанской станицы самым богатым в 1914 году был хутор Шумилин, через четыре года ставший станицей Верхне-Донского Округа. Дворов было 165, земли 3835 десятин, мужчин – 381, женщин – 380. Имелись церковь и двухклассное приходское училище.

Больше всех имел земли в юрте станицы Калитвенской хутор Гусев, на реке Большой Клитвенец – 6705 десятин. Мужчин в нем было 1072, женщин – 854. С 1880 года действовала Вознесенская церковь. Имелась маслобойка. Атаманом в 1914 году был урядник И. Антипов.

Не бедным был и хутор Груцынов на реке Малый Калитвенец. Дворов было 190, земли 5106 десятин, мужчин – 721, женщин – 556. с 1864 г действовала Николаевская церковь. Имелась паровая мельница.

В 1914 г. атаманом был урядник Г. Груцынов.

У хутора Богданова, что лежал на Сев. Донце земли имелось 4690 десятин. Дворов было 158, мужчин – 505, женщин – 521. Паровая мельница, Николаевская Церковь. Атаман – урядник С. Чуркин.

Несколько богатых хуторов имелось в станице Гундоровской.

У хутора Аникина было 6186 десятин земли. Дворов в нем насчитывалось в 1914 г. 156, мужчин – 529, женщин – 523. с 1879 г. действовала Вознесенская Церковь. Устраивалась ярмарка, имелась вальцовая мельница.

На реке Большая Каменка раскинулся хутор Сорокин, ныне г. Краснодон, Луганской области Земли у него имелось 5138 десятин, дворов было 204, мужчин – 700, женщин – 711. С 1893 г. благовестила Кирило-Мефодиевская церковь. Имелись паровая и водяная мельницы.

На Сев. Донце вырос хутор Михайловский, являвшийся четвертым по счету поселением станицы Гундоровсой. Земли имел 4877 десятин, дворов – 208, мужчин – 652, женщин – 647. Церковь Архангело-Михайловская. Паровая и ветряная мельницы.

В 1914 г. станичным атаманом был казак А. Барыкин.

В юрте станицы Каменской самые обширные земельные угодья имел хутор Скородумовка, лежащий на левом берегу Сев. Донца в трех верстах от станицы. Был он одним из самых ранних хуторов в юрте, вероятно, со второй половины ХУШ века. Сперва называли Поповым. Скородумовкой стал примерно с 1817 г., когда станица начала переселяться на правый берег Донца. В 1838 г. в хуторе был 41 двор.

В 1914 году дворов – 145, земли 4538 десятин, мужчин – 485, женщин 515. Вальцовая и водяная мельницы. Хуторской атаман казак Н. Козин.

В двух верстах от Каменской, на противоположном берегу Донца раскинулась Старая Станица – четвертое, предпоследнее поселение каменцев. В 1838 г. в ней 34 двора.

В 1914 г дворов – 440, земли – 3933 десятин, мужчин – 290, женщин – 239. Вальцовая и ветряная мельницы. В 1914 г. атаман – урядник Т. Аленин.

Одним из старейших в юрте станицы Каменской был хутор Волченский, на речке Малой Каменке, 12 верст от станицы

В 1838 г в нем насчитывалось 47 дворов. Но уже к концу Х1Х века разросся, в нем образовалось две части.

В первой части в 1914 г. дворов было 96, земли – 2257 десятин, мужчин – 335, женщин 345. Водяная и ветряная мельницы. Каменная церковь в честь Пресвятой Богородицы.

Атаман – казак Е. Дорошев.

Во второй части дворов было 106, земли – 3027 десятин, мужчин – 480, женщин 476. Возглавлял хуторское правление урядник Д. Фетисов.

Были в Округе и бедные хутора, хотя было их мало. При балке Липовый Куст в 12 верстах от станицы Казанской в давние времена заселился одноименный с балкой хутор – Липово-Кустовский. В 1914 г. в нем насчитывалось 18 дворов, мужчин – 53, женщин 44, а земли всего 484 десятины.

На реке Теплой в юрте Луганской станицы находился хутор Никишин, имевший земли 340 десятин, дворов 34, мужчин – 113, женщин – 90.

В юрте Гундоровской станицы имелся хутор Кочетков, в котором было 18 дворов, 397 десятин земли, мужчин – 74, женщин – 61.

Интересно происхождение названия хуторов. Многие из них получали название от фамилии казака-первопоселенца. Таковы Астахов, Акатнов, Кудинов, Федорцов и мн. другие

Нередко название хутора находили отражение самые различные особенности местности, на которой они заселялись.

Надо думать в стародавние времена шумели дубравы там, где позже возник хутор Дубовой станицы Усть-Белокалитвенской.

В 37 верстах от станицы Луганской лежал хутор Калиновский у балки Калиновой. В юрте той же станицы у озера Сизого находился хутор Сизый.

Когда-то, у сев. Донца, наверное, росли ореховые рощи. На такую мысль наводит хутор Ореховка, что в 19 верстах от Каменской. В юрте станицы Еланской был хутор Ягодный.

Название хутора Лебяжьего станицы Вешенской свдетельствует о том, что в давние времена там обитали лебеди.

В юртах станиц Казанской, Вешенской были хутора Базки, явно связанные с содержанием скота.

Как и станицы, хутора имели самоуправление: хуторской сбор, атамана, хуторское правление. Там, где имелось меньше 30 дворов, в хуторском сборе участвовали все домохозяева. Если было до 300 дворов - на сбор делегировали до30 выборных.

В выборах участвовали и могли быть избранными казаки не моложе 25 лет.

Собирались на сбор обычно по воскресеньям или в праздничные дни.

Что решал хуторской сбор? распределял между членами хуторского общества земельные паи и угодья на них, разверстывал денежные сборы на станичные повинности, разбирал ходатайства о семейных разделах, избирал атамана.

Другие должностные лица (табунщики, коновалы, смотрители хлебного магазина, лесных и полевых строений, хуторской писарь) либо избирались, либо служили по найму.

Хуторской атаман был подчинен станичному атаману, а ему подчинялись все проживающие на хуторской земле. Атаман созывал хуторской сбор, обеспечивал исполнение его решений.

В малолюдном хуторе не было ни хуторского сбора, ни атамана. Им управлял назначенный станичным атаманом приказный.

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 295 участников
Присоединиться к группе