Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

Подбор актеров

вкл. . Опубликовано в Громкое дело Тихого Дона Просмотров: 5101

Содержание материала

Чтобы неискушенному в киношных делах читателю было понятно, как подбирают актеров, сошлюсь на хорошо известный фильм Григория Александрова «Весна». Именно в этом фильме показана полная опасности и неожиданностей, погонь и уверток работа помощника режиссера фильма по актерскому составу. Он бегает по улицам, засматриваясь на каждую девушку, ища нужный для фильма типаж. Конечно это комедийный фильм, но то, что в реальности помощники режиссера, сам режиссер, его коллеги и знакомые предлагают для прослушивания и просмотра разных людей – это естественный производственный факт. В действительности происходят поиски в театрах, на улице, среди известных и малоизвестных актеров, кого-то даже приглашают из других городов. Но с кем-то не удается договориться, а кто-то сам предлагает свои услуги. Все в действительности так было в подготовительный период по «Тихому Дону» и так бывает поныне на других фильмах.

Вспоминает оператор фильма Майя Максовна Меркель:

«Начинается подбор актеров на главные роли. Для нашего фильма это особенно важная и трудная задача. Необычайная популярность «Тихого Дона», яркие авторские характеристики внешнего облика его героев сделали Григория Мелехова и Аксинью Астахову для многих читателей людьми близкими, почти реальными. Поэтому малейшее несоответствие с шолоховскими описаниями будет тотчас замечено зрителями.

Герасимов хочет, чтобы в фильме участвовало поменьше «звезд» — их появление на экране может вызвать ненужные ассоциации с другими киногероями. Такие же пожелания высказывают и авторы многочисленных писем, которые получает наша группа. «Меня очень беспокоит, — пишет Иван Васильевич Потатуев из Грозненской области, — что образы могут не получиться такими, какими они выглядели в романе и в жизни. Желательно, чтобы роли исполняли малоизвестные артисты, так как если я увижу в роли Григория, например, артистов Дружникова или Кадочникова, то, кроме досады, ничего ощущать не буду».

…Предварительный отбор поручен режиссеру Клавдии Ивановне Николаевич. Конечно, в первую очередь взялись за поиски Григория и Аксиньи. Режиссеры-практиканты Института кинематографии, деятельно помогающие нам, разъехались по стране с заданием побывать в театрах, самодеятельных коллективах и клубах многих городов (Ростов, Одесса, Пятигорск, Баху, Куйбышев). Одновременно в тридцать крупнейших театров послали телеграммы с просьбой помочь найти актеров на основные роли. В поиски включились сотни людей — одни по долгу службы, другие просто из личных симпатий к «Тихому Дону».

Никто не помнит, откуда пошел слух, что в одном из ростовских сел живет женщина, удивительно похожая на шолоховскую Аксинью. Обратились к председателю колхоза этого хутора с просьбой разыскать женщину и сообщить ее адрес. Председатель ответил: «Получив ваше письмо, мы снова перечитали «Тихий Дон». К сожалению, ничем не можем вам помочь, так как ни у нас в колхозе, «и в окрестных хуторах подходящей Аксиньи нет».

С момента начала поисков прошло уже довольно много времени, а «подходящие» Аксинья, Григорий и Дарья все не найдены».

Тамара Макарова все хотела, чтобы Сергей Аполлинариевич обратил внимание на Аллу Ларионову, говорила, что надо взять ее на курс и дать пробу в студенческой постановке «Тихого Дона». А он не хотел, она ему никак не была нужна, не его это был типаж. Но Николая Рыбникова он уже взял. Так тот вошел в аудиторию и попросил:

- Сергей Аполлинариевич, возьмите Ларионову на курс вместо меня.

И благодаря его просьбе Герасимов взял Ларионову. Коля очень любил Аллу. И однажды даже хотел повеситься, его буквально из петли вытащили. Герасимов встретил его в коридоре института и сказал.

- Ты, что рехнулся?! Из-за этой бабы.

Ларионова Герасимову, как женщина не нравилась. А вот к Ноне Мордюковой он очень благоволил. И Мордюкова была абсолютно уверена, что Аксинью будет играть она. И когда Герасимов уже репетировал со студентами, то Рыбников репетировал Кошевого, а Нона - Аксинью. И Герасимов ее очень хвалил.

Однако из тех, кто репетировал в студенческой мастерской Сергея Герасимова и Тамары Макаровой на кинопробы почти никого не пригласили, кроме студентки Зинаиды Кириенко. Это вызвало тихие и громкие обиды. Больше всех обиделась Ноябрина (Нона) Мордюкава, давняя любимица Герасимова еще по фильму «Молодая Гвардия», где она создала яркий, драматический образ советской девушки-патриотки Ульяны Громовой. Актриса, которая сама была казачкой, с полной отдачей репетировала в мастерской роль Аксиньи, и пребывала в полной уверенности, что эта роль непременно будет предложена ей. Но Герасимов ее отверг, нанеся тем актрисе глубокую обиду. Эта обида сохранилась у Мордюковой на долгие годы, даже когда она стала одной из лучших актрис советского кино, и она больше не играла в фильмах бывшего своего мастера-кумира. То ли Герасимов не приглашал, то ли Мордюкова игнорировала его предложения, неизвестно. Но факт остается фактом.

Подбор актеров на любой фильм, а тем более такой сложный и характерный, имеющий детально прописанные образы в первоисточнике – романе «Тихий Дон», дело весьма сложное и тонкое. Об ответственности перед автором романа, перед своим творческим кредо режиссера и говорить не приходится.

Рассказывает бывшая студентка мастерской С.Герасимова Ренита Григорьева:

- Когда мы, его ученики, прошли на «Тихий Дон», то все остальное в нашей жизни отошло на дальний план. Он взял из режиссерской группы Фрунзика Давлатяна, Льва Мирского, Алексея Салтыкова, Виктора Соколова, Мариуса Гедриси и нас, супругов Григорьевых – меня и Юрия. С актерского отделения в картине снимались Зина Кириенко и Валя Хмара. Почти весь режиссерский курс. Были одни мужчины, и только я была женщиной, а меня Герасимов звал Ермолай. Почему, никто не знал, но звал либо Ермошкой, либо Ермолаем. Всем нам директор картины Светозаров подписал удостоверения, где мы значились режиссерами фильма, и нам поручался подбор актеров. И с удостоверениями мы носились по театрам в поисках актеров на роли в фильме. Это давало результаты по актерам второго плана, а вот с главными персонажами были затруднения. Долго не могли найти актера на роль Григория Мелехова. Герасимов даже объявил, что тому, кто найдет исполнителя на эту роль, будет выдана премия.

Когда шли пробы, ежедневно с разными актерами проигрывалась одна и та же сцена. Стояла кровать, и от нее доносилось: «Гриша, колосочек ты мой!» И так день за днем и все без толку. Сергей Бондарчук пробовался. И Герасимов вроде как дрогнул. Но тут многие оказались против, а я произнесла пламенную речь против Бондарчука при всем коллективе. Это мы, студенты, вот так себе что позволяли.

Рассказ жены дополняет Юрий Григорьев:

- Был один интересный момент. Все ж на глазах Герасимова происходит, все крутится, пробы актеров, обсуждения. И вдруг мы заходим в съемочную комнату, и видим, что Герасимов сидит с просиявшим лицом, улыбка чуть ли не до ушей:

- Все! Есть Гришка! Есть Григорий!

- Кто, Сергей Аполлинариевич?

Он называет одного из актеров из Вахтанговского театра, он там прилично играл. Мы просто обалдели, какой из него Григорий.

- Сергей Аполлинариевич, - в один голос кричим с Ренитой, - какой же это Гришка? Это же городской пижон, а не казак от земли.

Сначала он отмахнулся от нас, но ему, кроме нас, почти все это говорили. И он призадумался. И, видимо решил проверить.

Как это случилось, рассказала и Э.Быстрицкая: [1]

- Однажды утром актер, который пробовался на роль Григория Мелехова, я не буду называть его, но это известный актер, вылетел из кабинета Герасимова со словами: «Ну, вот еще, буду я об дерьмо руки марать». Никто не понял, в чем дело. А дело в том, что Сергей Аполлинариевич ему сказал: «Ты руки подготовь, сделай так, чтобы они были похожи на руки работящего человека», — тот возмутился и хлопнул дверью.

Труднейшей задачей, безусловно, был подбор актеров на главные роли: Григория Мелехова, Аксиньи Астаховой, Дарьи и Натальи, отца и матери Мелеховых…да, впрочем, и других актеров на роли второго плана и актерского окружения.

Не будем вдаваться в детали всего кастинга, нет уже в живых тех людей, которые знали все детали этого процесса. Но вот, что касается главных героев, здесь причудливо переплелись правда и вымысел, так что отделить одно от другого просто не представляется возможным. Да это и не надо. За пятьдесят прошедших лет легенды воспринимаются уже, как правда, так пусть же они существуют для будущих поколений в качестве дополнений к тому, что в действительности было или могло быть.

Самые большие проблемы оказались с выбором актера на роль Григория Мелехова. Пробовались десятки претендентов, но ни один не удовлетворял Герасимова. Проблема, как бы, зависала, оттягивая начало съемочного периода. Ведь в картине по пальцам рук можно пересчитать эпизоды, в которых не действовал бы Григорий.

Не решен был и вопрос о том, кто будет играть вторую главную роль фильма - Аксинью.

Лучше всего ситуацию с утверждением описали сами артисты в личной беседе в 1995 году. Это как бы первоисточник, и приведем отдельные части их интервью, поскольку все последующие публикации и рассказы самой Эллины Авраамовны Быстрицкой и родных, уже умершего, Петра Петровича Глебова, являются повторами и вариациями на рассказанную историю. Но к этому содержательному интервью придется делать комментарии, так как некоторые нюансы актеры либо не знали, либо не сказали. А это внесет дополнительные штрихи в столь сложный кинематографический процесс, который сегодня называют заморским словечком – кастинг, а по-русски – подбором и утверждением актеров на роль. Это, как правило, личный контакт будущего исполнителя с режиссером, и контакт предельно эмоциональный, что явно прослеживается в диалоге двух выдающихся советских актеров.

«Корр.: - Сколько артисток пробовалось на роль Аксиньи?

Э. Б.: - Не знаю. Знаю только, что представлено было Шолохову шесть. [2]

Корр.: - А вы как попали в их число?

Э. Б.:- В 1955 году я была в делегации кинематографистов во Франции. Там была Алла Ларионова, уже сыгравшая в фильме «Анна на шее». Она-то мне и рассказала, что задумана экранизация «Тихого Дона». А у меня была тяга к роли Аксиньи, я ее пробовала в институте, когда в Киеве училась. Пробовала сцену встречи с Григорием в подсолнухах. Меня тогда послушал мой педагог и сказал, что это не моя роль, мне ближе «шиллеровские», а такие, «бытовые», мне не сыграть. Меня это задело и завело: если нельзя, то надо доказать и добиться. Дала мне Аллочка телефон Герасимова, и я ему, едва вернулась в Москву, позвонила прямо домой. Говорю: я — актриса Быстрицкая, снималась у Эрмлера в «Неоконченной повести», хочу попробоваться на роль Аксиньи. Герасимов говорит: «Ну, так чего там долго ждать, приезжайте прямо сейчас, у меня тут как раз сидит один Григорий». Я вскочила — в такси — приезжаю. Сидит у Герасимова парень из Орла, горбоносый, курчавый. Герасимов достает томик Шолохова: «Давайте-ка почитаем». И раскрывает, представляете, ту самую сцену в подсолнухах, которую я когда-то пыталась играть в институте. У меня сразу спазм. Чувствую: не могу, хоть убей, не могу. Я стала объяснять, понесла какую-то чушь, что, мол, переполнена сейчас парижскими впечатлениями, не готова, должна перечитать «Тихий Дон» и все продумать, а вот так, сейчас же, с ходу, играть не могу. Я все это говорю, говорю, а у Герасимова глаза остывают, остывают. Так и ушла, не произнеся ни одной шолоховской реплики. Вернулась в Вильнюс. Никому ни слова. Это было в декабре 1955 года. Вдруг в самых первых числах января — звонок. Приглашают в Москву, к Герасимову. И вот я на студии. Первая проба — встреча Аксиньи с Натальей. На роль Натальи уже Зинаида Кириенко определена, твердо. Ученица Герасимова. Ей-то, думаю, легко, она у своего учителя, а я из другого города, да еще родом с Украины. Осторожно выясняю: может, она хоть не казачка? Очередной удар: Кириенко — казачка, правда, не донская, кубанская. И тут у меня в памяти встает сорок третий год... Третий Украинский фронт... Я — в госпитале. Кто я? Медсестра, сиделка, все на свете... Я была очень молоденькая, даже маленькая; кстати, я недавно получила медаль «Сын полка».

П. Г.: - «Дочь полка»?..

Э. Б..: Да, представь себе, они даже шутили: извините, медали «Дочь полка» у нас нет. До ноября 1944 года я работала в госпитале, мы вместе с фронтом двигались на запад, и я дошла до Одессы. Но начиналось все для меня в казачьих станицах. Я помню этих людей, я и сейчас их помню, их манеру разговаривать, их пластическую свободу необыкновенную. Мы, работники госпиталя, квартировали у казаков. Моя хозяйка, станичница, как только начинался обстрел, мигом ныряла под кровать и накрывалась периной. Это единственное, что я в ней не могла понять, потому что мы-то уже давно привыкли к обстрелам и не прятались. Но в остальном это была женщина... ну, как большая птица какая-то — вся просторная... И вот, сидя у Герасимова, я вспомнила ту казачку и стала ее играть. И все: интонация была найдена. Конечно, потом была большая работа с Герасимовым, шлифовка. Но думаю, что на первой же пробе я победила потому, что нашла основу: «Ты женат, ты и боись!»

Корр.: - А кинопробы Шолохов смотрел?

Э. Б.: - Да, и утверждал.

Корр.: - Назовите ваших конкурентов.

П. Г.: - Да не было у нее конкурентов!

Э. Б.: - Петя, зачем ты так говоришь? Когда Шолохов смотрел пробы и должен был утверждать исполнителей, на студии собралось много актеров... Там была толпа таких знаменитостей! И все друг на друга смотрели. Можно себе представить — как. Тяжелая была ситуация. Я не хотела показываться Шолохову без грима. И я убежала. Вечером только мне сообщили, что я утверждена». [3]

Известна и другая версия утверждения Э.Быстрицкой на роль Аксиньи. Ходили слухи, что Быстрицкая у писателя появилась еще до утверждения в роли. Она сама об этом рассказывала. Будто Шолохов позвонил ей из гостиничного номера, и она пришла к нему. А там со вчерашней пьянки накрытый стол с закуской и автор романа «Тихий Дон» не совсем протрезвевший. Тогда она ему сказала:

- Что же вы с собой делаете? Вы такая же громада?

И будто бы ее смелость так понравилась Шолохову, что он заверил - другой Аксиньи ему не нужно.

Рассказывает дочь писателя Михаила Александровича Шолохова - Мария Михайловна.

- Когда Герасимов приехал к нам в Вешенскую и привез фотопробы, то мы все дружно подняли руки за Быстрицкую, она нам очень нравилась в фильме «Неоконченная повесть» в роли врача Елизаветы Максимовны. Мы были просто влюблены в нее. Отец тоже заявил, что Быстрицкая достойна. Хотя раньше все мы и папа считали, что лучше Эммы Цесарской Аксинью никто не сыграет.

О том, что не сам С.Герасимов выбирал Э.Быстрицкую на роль Аксиньи, пишет и Лариса Ягункова, близко знавшая семью Сергея Аполлинариевича Герасимова и Тамары Федоровны Макаровой:

«Красавицу Элину Быстрицкую из множества претендентов выбрал сам Шолохов. Вот уж в ком совершенно невозможно было угадать Аксинью, и Герасимов не в восторге был от этого выбора. «Слоник фарфоровый», — сказал он. И опять-таки рыдала актриса на съемках: «Неприлично всегда быть красивой!» — гремел Герасимов. Он был к ней явно пристрастен. Возмущался ее не знавшими труда руками: «Для меня актриса начинается с рук!» И сколько же белья перестирала она вручную, пока руки не отяжелели, не налились усталостью. Хотя все это были пустяки по сравнению с той гигантской работой, которую проделала эта «милая барышня», чтобы врасти в роль, постичь душу Аксиньи и сыграть бы, врасти в роль, постичь душу Аксиньи достойно шолоховской рекомендации» [4].

Сам же С.Герасимов о назначении Э.Быстрицкой отозвался предельно однозначно: «Наконец, по решению Шолохова (подчеркнуто мной – В.Р.), среди множества кандидатур на роль Аксиньи была утверждена Элина Быстрицкая». [5]

Трудно сегодня сказать, был ли С.Герасимов доволен выбором писателя или у него имелись виды на кого-то еще. Во всяком случае, некоторые грубости он позволял себе в отношении талантливой актрисы. Чем-то это напоминало историю с приемом А.Ларионовой в мастерскую по просьбе Н.Рыбникова. Другие персонажи, другие обстоятельства, и все же…

Герасимов вернулся на студию. Согласие писателя еще не означало формального утверждения на роль, но фактически выбор уже был сделан тогда в Вешенской. Предстояли кинопробы, в которых актриса должна была сыграть несколько эпизодов из будущего фильма. Для кинопроб были разные сцены с разными партнерами и с Григорием. Быстрицкая пробовалась с двумя Григориями. Были пробы с Дарьей, с Натальей, с Пантелеем Прокофьевичем, со Степаном Астаховым.


Элина Авраамовна Быстрицкая

Вернемся, однако, к личной беседе П.Глебова и Э.Быстрицкой

«П. Г.: - Ты, когда в меня влюбилась?

Э. Б.: - Когда увидела на экране вот такого Григория, пожившего. А в качестве юного Гришки — нет, ты мне не показался.

Корр.: - А Герасимов что думал?

Э. Б.: - А Герасимов мне как-то говорит: «Вот я его нарисую...» Смотрю, что же он такое нарисовал. Чуб, фуражка, во-от такой нос и усы. Я подумала: ничего себе способ добывать актера. А как раз идут пробы на роль Калмыкова. Сидят претенденты. Герасимов подходит к оператору и говорит: «Володя, посмотри, во-он он сидит там». Я тоже смотрю и ничего похожего не вижу. Ну, сидит, нос уточкой... Интересно, что же он в нем находит? А он: «Клавдия, поди сюда!» Клавдия Ивановна Николаевич — ассистент — подходит. Показывает на него: кто такой? Та посмотрела в бумагах: «Глебов». Я и фамилии-то такой не слышала. «Гримировать на Григория!» И увели его. Через два часа... Два часа тебя гримировали?

П. Г.: - Все не так было». [6]

И Сергей Аполлинариевич Герасимов тоже считал, что все было не так. Вот как он пишет об обретении актера на роль Григория:

«Само собой разумеется, что, прежде всего, мы начали поиски на Дону — в Ростове, в станицах. Попадались люди, похожие по темпераменту, но совсем не пригодные по внешности, или наоборот. Слитного, цельного образа Григория Мелехова, так скульптурно, точно выписанного Шолоховым, никак не находилось.

И вот, когда мы готовы были уже согласиться на одну в высшей степени приблизительную кандидатуру, случай подсобил нам.

Мы проводили пробную съемку для артиста Игоря Дмитриева, который намечался на роль Евгения Листницкого. Войдя в павильон, я мельком оглядел полутемный блиндаж, где за столом сидели офицеры, и, между прочим, обратил внимание на одного из них, еще совсем не сопоставляя его облик с обликом Григория Мелехова. Но очень сильные глаза заставили приглядеться к актеру повнимательнее. Я ждал, когда он заговорит. И, пожалуй, голос-то как раз и решил дело. Это был артист П. Глебов, зашедший на студию мимоходом, с намерением посниматься в эпизоде [7].

Я попросил ассистентов загримировать его Мелеховым. Это вызвало некоторое недоумение, но так как положение было критическим, и мы пробовали самые различные варианты, то никто не стал возражать. В то время пробы актеров на роль Григория проводились по две-три в день. По-видимому, я и сам не очень-то верил в этот эксперимент, потому что на другой день совершенно забыл об этой своей просьбе.

И вот утром, придя на студию, я вдруг увидел идущего ко мне по коридору... Григория Мелехова. Очевидно, в процессе гримировки и одевания артиста ассистенты, костюмеры, гример все больше убеждались в успехе этой затеи. Они теснились позади Глебова, с откровенным любопытством ожидая, какое впечатление произведет на меня этот новый Мелехов. Впечатление было чрезвычайным. Он был похож необыкновенно на того самого Григория Мелехова, который оживает со страниц романа для каждого мало-мальски пытливого и заинтересованного читателя. Может быть, здесь сыграли роль иллюстрации, которые постепенно, в различных изданиях сложили облик Мелехова, как если бы это был исторический персонаж». [8]

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 295 участников
Присоединиться к группе