Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

Наша марка

вкл. . Опубликовано в Проблески времён Просмотров: 1004

III

Дело оказалось не таким простым, как представлялось в начале. Охотники выслеживали курящих «Нашу марку» всюду. Ходили за ними по пятам, отсиживались в кустах, наблюдая, за офицерами, флиртовавшими с девушками, бегали за железнодорожниками, вертелись на рынке, перебирали мусор в немногочисленных, оставшихся еще с довоенных времен урнах, словом, проявляли недюжинную изобретательность. Они находили мятые и не очень пачки, отрывали от них талоны и по вечерам складывали цифры по нарастающей. Но оказалось, что это не так уж и просто, как представлялось вначале. Талонов приносили много, но вот цифры на многих совпадали, и их приходилось отсеивать. А тут ещё конкуренты с соседних улиц тоже активно принялись за дело. Как они узнали тщательно оберегаемую тайну, никто не знал, но грешили на сундуковскую сестру. Её даже для острастки побили слегка, хотя она божилась, что до сих пор не знает, зачем ребята собирают обрывки папиросных пачек. Ей не поверили, и стали подозрительно относится к любому её появлению около себя, немедленно прогоняя, даже если разговор велся на другую тему. На что она неизменно отвечала одно и тоже: «А я все маме расскажу».

Находить новые номера становилось всё труднее и труднее, и тогда Кулик решил организовать обмен с другими уличными командами. Делая вид, что никто ничего не понимает, представители улиц встречались друг с другом и проводили обмен. Правда эта акция мало что дала, номера все чаще попадались одни и те же.

После нескольких успешных обменов, забравшись на чердак радиоузла, где был обустроен штаб уличной братвы, Кулик со Слоном разложили цифры по порядку и, просчитав их, убедились, что не хватает ещё двадцати четырёх номеров.

– Вот что я думаю, – решительно произнёс Слон, кличка его происходила от имени Славка, хотя сам он был худым и небольшого роста. – Надо пошерстить в Лихой и Глубокой. Там наши соперники наверняка не бывали.

– Ну, ты голова! – хлопнул себя по лбу Кулик. – Как это я не додумался. Едем завтра же. И никому ни слова, даже нашим.

На станции, как всегда, стояли товарняки. Составы с одним паровозом впереди не могли самостоятельно преодолеть пологий, но длинный подъем к югу от Каменской до узловой станции Лихая, поэтому из депо Глубокой, что в двадцати километрах к северу всегда подходил паровоз- толкач. Он цеплялся сзади состава, и таким образом удавалось преодолеть подъем. В военные и послевоенные годы в конце состава в открытом тамбуре на охране и при ручном тормозе всегда дежурил вооруженный охранник. Поэтому надо было не только найти в середине состава вагон с таким же тамбуром, но и незаметно для охранника залезть в него. Впрочем, мальчишкам это всегда удавалось, как и в это утро.

Состав несколько раз вздрогнул, от чего металлическая судорога с грохотом передалась по вагонам, и сдвинулся, медленно набирая ход. Станица быстро осталась позади, и состав окунулся в донецкие степи, полные разнотравьем, но уже пожухлым от нещадного солнца на незащищенном деревьями просторе. Кое- где ещё виднелись неубранные остовы сгоревших во время войны машин и военной техники, но ребят это уже не интересовало. Насмотрелись.

Миновали разъезд Северский Донец, приветственно помахав стоящей с зелёным флажком дежурной. Она улыбнулась в ответ. Состав потащился дальше, чтобы через пару километров набрать ход. Тогда и отсоединился толкач сзади, возвращаясь в Каменскую за очередным товарняком.

– Знаешь, – сказал Слон, – после освобождения станицы на этих землях выделяли семьям погибших огороды. И наш был здесь. Осенью мама привезла урожай домой, и мы два вечера лущили кукурузные початки и подсолнухи, да перебирали фасоль и горох. А мелкие арбузы мама засолила в бочке. А ещё у нас стояли две другие бочки, одна с капустой, и бочка с помидорами и огурцами. Ещё были большие тыквы. В этом году огород нам дали в другом месте.

– Где?

– Над Донцом, ниже по течению.

– И у нас там огород.

Состав втягивался на станцию, пробираясь сквозь густую рельсовую сеть пока не остановился на запасных путях.

Ребята сошли на землю и отправились в поселок. Полдня бродили по его улицам, нашли несколько номеров, но только один был новым. Усталые и голодные потому, что прихваченный с собой хлеб съели ещё в поезде, они решили вернуться. Как раз отходил в нужном направлении груженый углем состав. Только на трех платформах лежали хорошо привязанные большие рулоны металла, и только на одной был тамбур. Но там уже сидел какой- то дед с мешками. Запрыгнув к нему, ребята поздоровались. Дед ответил, и с опаской пододвинув к себе оба мешка. Поезд между тем набрал ход, перестукивая на стрелках и забирая в сторону от путей на Каменскую.

– Дедушка, – тревожно спросил Кулик, – куда состав идет?

– На Сталинград.

– Слон, что будем делать?

– Прыгать. Не ехать же нам на Репную, ещё неизвестно остановится он там. Если нет, то аж до Белой Калитвы придется ехать.

– Это точно, – подтвердил дед. – Пока состав идёт не полным ходом лучше прыгать. А знаете, как это делать?

– Как?

– Спускайтесь на нижнюю подножку и держитесь за поручень, но лицом по ходу. Когда увидите, что впереди нет столба или других препятствий, прыгайте против хода поезда.

– Как это?

– Отталкивайтесь назад, но едва коснётесь земли, вас понесёт по ходу поезда. Старайтесь бежать в сторону от него.

–Ты понял? – спросил Кулик.

– Вроде.

– Тогда прыгай.

Слон проделал всё, как рекомендовал дед и едва успел перебрать ногами, чуть не свалившись под откос. Остановился и стал ловить момент прыжка Кулика, но тот, почему- то, с ним затягивал. И уже мимо Слона прогромыхали последние вагоны, когда он увидел, как кубарем слетел в кусты его товарищ, и побежал на помощь. Немного поцарапанный, но целый и невредимый, тот встретил Слона смущённо.

– Плохо получилось, – оправдывался Кулик. – Я, понимаешь, никак не мог выбрать место для прыжка, а потом сиганул вперед. Вот ноги не справились со скоростью.

– Ерунда, – махнул рукой Слон. – Главное – цел.

– Да, – согласился его товарищ.

Назад топали с полчаса, и только побродив вдоль товарных составов и точно выяснив у сцепщиков, куда тот или иной направляется, забрались в тамбур. Товарняк через десять минут отправился, а уже через полчаса приятели шли от Каменского вокзала на свою улицу.

Каково же было удивление, когда они увидели, что мальчишки их улицы играют с соседскими настоящим кожаным футбольным мячом. А судьёй бегает Юрка Лозовой по кличке Шульберт. Так его прозвали, когда он, приехав из Москвы, куда ездил с отцом, стал хвастаться, что ходил на концерт композитора Шульберта. Хотя по радио неоднократно передавали музыку этого композитора и почти все знали, что фамилия у него Шуберт.

Увидев Кулика и Слона, ребята бросили игру. Шульберт тут же схватил в руки мяч и держал его словно готовую взорваться мину.

– Откуда мяч? – спросил Кулик.

– Мне отец из Москвы привёз, – чуть заикаясь, ответил тот. – Возьмите меня в команду, и мяч будет общим.

– Возьмем, пацаны? – крикнул Слон.

– Возьмем! – одним возгласом откликнулись мальчишки.

Шульберт на радостях чуть подбросил мяч и ударил по нему ногой. Мяч описал невероятную дугу и угодил в окно тетки Дуськи. Та выскочила из дама, держа в руках казалось бы потерянный мяч, но вместо ожидаемого разноса ударила ногой по мячу. Он попал прямо в ворота команды соседской улицы, хотя там и стоял, разинув рот, их вратарь.

– Г- о- о- о- л! – закричала тётка Дуська.

– Го- о- о- л! – завопили игроки нашей улицы.

Кулик побежал за ворота, нашел забившейся в палисадник мяч и торжественно установил его в центра игрового поля.

Что же касается «Нашей марки», то никто больше её не собирал. Да и не существовало обещания Ростовской табачной фабрики «Дукат» насчёт кожаного мяча и футбольной формы.

Но ведь главное сильно хотеть и тогда желаемое сбудется! В семейных трусах и даже босиком гонять настоящий футбольный мяч было высшим ребячьим блаженством.



[1] Чувяки – мягкий шитый башмак.

[2] Играть в квача (донск.) – играть в прятки.

Вячеслав Родионов

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 097 участников
Присоединиться к группе