Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

Клуб кавалеров

вкл. . Опубликовано в Ментальная терапия Просмотров: 2246

Содержание материала

– Что ты имеешь в виду? – поднял брови Конармейкин.

– Рыбкой речной угостим. По дороге сюда я встретил рыбака, так он сказывал, что карасей развелось много. Вот только достать их трудновато, в ил прячутся.

– Тоже мне проблема, – хмыкнул Конармейкин. – В бункере запас аммонала. Так рванём, все караси будут наши.

Невооружённым глазом видно было, что хозяин дачи долго не находил применения оставшейся от прежней горной службы взрывчатки и искренне обрадовался возможности от неё избавиться. Генералы дружно поддержали идею и не потому, что очень карасями увлеклись, а просто изза возможности устроить настоящий взрыв. Адреналинчику в кровь добавить, как сказал Долбин.

Весь имевшийся в наличии аммонал подтащили к реке и Ужов, обмотав его детонирующим шнуром, на резиновой лодке завез на середину и сбросил в воду. Конец же шнура на берегу уверенно держал в своих руках Конармейкин. Дождавшись, когда все их светлости укрылись в безопасных местах, он привёл устройство в действие. Взрыв слился с неожиданным громовым ударом надвигающейся грозы и получился впечатляющим. Река на расстоянии десяти метров сначала вздыбилась, а потом вода полетела за прибрежный лесок, рассыпаясь на крупные и мелки струи и капли. Перед изумленными клубникамиподрывниками на некоторое мгновение обнажилось дно, словно река разорвалась пополам, но потом поток снова его скрыл, но ещё некоторое время шальн ые волны бились о берега. Рыбы нигде не было видно.

Их светлости в растерянности смотрели друг на друга, теперь окончательно не понимая смысла относительности всего в мире, ведь до этого они твёрдо были уверены, что если в реке убудет, то прибыть обязательно должно было к ним. Ан, нет! Относительность оказалась загадочно относительной. Карасей так и не увидели, и никто не смог объяснить, куда же они подевались. Хотя дело было проще пареной репы.

Едущий на встречу с ними посланец Великой княгини в момент невероятного раската грома втянул голову в плечи, а водитель от неожиданности нажал на тормоз. Поскольку скорость машины была невелика, она остановилась, не причинив им вреда. И в этот момент по её крыше и капоту стали раздаваться увесистые шлепки. От изумления у посланца и его водителя глаза чуть не вылезли из орбит – на капот вместе с каплями дождя буквально сыпались караси.

– Майн гот! – воскликнул посланец, имевший, как и все члены российской императорской фамилии, германские корни. – Какая сказочно богатая страна! Евреям с их манной небесной такое даже и не снилось. А ещё говорят, что без труда не вытащишь рыбку из пруда.

И вдруг стал истово молиться и бормотать евангельские предания от Луки о чудесной рыбной ловле.

Шофёр посланника, придя в себя, выскочил из машины и стал собирать разбросанных вокруг карасей, засовывая их в карманы, за пазуху и в форменную водительскую фуражку. Но карасей было много, так что водителю пришлось изрядно попотеть. Сложив небесные дары в багажник, перемазанный рыбной слизью он, наконец, сел за руль.

– Майн гот! – снова воскликнул посланец, заткнув нос. – От вас дурно пахнет.

– Зато я ушицы вам сварю, когда вернёмся, – как бы не согласился, в душе ликующий от фантастической рыбалки, водитель.

Посланец ничего не ответил, только побрызгал освежителем воздуха вокруг себя, от чего теперь уже водитель сморщил нос.

К конармейкиной даче озадаченный посланник и расстроенные рыбакиподрывники прибыли одновременно. Так что встречи с хлебомсолью не случилось, что заставило посланника погрустнеть. Ведь согласно библейским преданиям Господь посылал праведникам не только рыбу, но и хлеба. Впрочем, обильный и роскошный стол в гостиной быстро развеял его грусть.

III

К праздничному столу казачьи чины вышли во всём блеске мундиров, увешанных многочисленными орденами и медалями, происхождение которых не всякий дотошный исследователь смог бы определить. В клубе существовала традиция обязательно отмечать очередную награду членов узкого штабного круга, и даже столь малое число, входящих в него персон давало возможность встречаться за столом почти каждый месяц, то один, то другой отхватывали гденибудь очередную награду. Между генералкавалерами велась непримиримая борьба за увеличение количества орденов и медалей. При разгуле демократии в стране их изготовляли и продавали все, кому не лень, в бесчисленных общественных академиях, фондах, союзах и уж естественно во всех официально существующих реестровых и общественных казачьих войсках, отдельных казачьих округах и даже независимых станицах. Наиболее продвинутым в этом вопросе кавалерампоисковикам удавалось заполучить ордена, медали и звёзды Героев Советского Союза и Героев Социалистического труда канувшего в лету большевистского государства, а вот теперь и бывшей Российской империи на новом её этапе забугорного существования. Но как все не старались переиграть в этом почётном деле генерала армии Конармейкина, так никто и не смог. Наградную его алчность переиграть было невозможно.

Официальная встреча с предста вителем Великой княгини началась быстро. Прежде, чем сесть за стол, Генерал-кавалеры выстроились перед посланником, и каждому он прикрепил на муаровой ленте «Георгия» с профилем претендента на российский престол. Заготовленный на случай гимн «Боже, царя храни!» сопровождал каждого, а когда последним награждался Ужов, музыка почемуто не включилась, снова его расстроив. В завершение процедуры посланник запустил руки в кейс крокодиловой кожи и, вытащив кучу привезённых наград, бросил их на стол.

– Достойных определите сами, – вытер он руки о белоснежный батистовый платок. – Теперь можно и откушать.

Участники быстро расселись по заранее определённым местам. Первый тост на правах хозяина произнёс генерал армии Конармейкин.

– Ваши светлости, от лица всех казачьих кавалеров, а имя нам легион, хочу предложить тост за доброту и справедливость тех, кто не забывает награждать нас орденами и медалями, дает нам звания и заносит наши имена в скрижали истории. Особое почтение хочу высказать российскоимператорскому дому в изгнании за то, что чтит нас и рассчитывает на нас при монаршем восстановлении. Ведь казаки уже остановили одну смуту!

– Почти как генерал Лебедь, любивший останавливать войны, – неожиданно встрял в тост Постенкин.

– Курица не птица, Лебедь не казак, – отрезал Конармейкин и продолжил. – Мы поднимаем эти хрустальные сосуды за здоровье Великой княгини, наследника и ваше, господин генерал. Честь и хвала императорскому дому за то, что заботится в нашем лице о многострадальной нашей родине! Многие лета!

– Любо! – в унисон крикнули кавалеры и опрокинули в свои недра рюмки с коньяком.

Обед разгорался, произносились тосты, гости с завидной скоростью поглощали закуски, наконец, все захмелели и исполнили несколько песен, особый восторг посланника вызвала – «Любо, братцы, Любо!» Он даже со второго куплета подпевал вместе со всеми. Потом попросил наполнить бокалы и сказал тост:

– Мы вернёмся, обязательно придём! И наград с собой, конечно, принесём, – слеза скатилась по гладко выбритой его щеке как с ледяной горки.

Ужов тоже пустил слезу, остальные мужественно восприняли обещание и молча выпили

Императорский в изгнании генерал коньяк выпил небольшими глотками и заел его по уже укоренившейся, от последнего российского императора традиции, лимоном.

– А вы, ваше сиятельство, не пробовали лимон с солью, а не с сахаром? – учтиво спросил его Долбин.

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 295 участников
Присоединиться к группе