Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

Рулетка

вкл. . Опубликовано в Ментальная терапия Просмотров: 1622

Содержание материала

(экскюзив) 5

I

Над полуденным городом плыл июльский зной, изнурительный и непреодолимый. Обыватели в такой час либо прятались с кондиционерами и вентиляторами на работе и дома, либо наслаждались парными водами Дона на пляжах его левого берега. В такую погоду рачительный хозяин даже собак старался не выгонять на прогулку, а бездомные собаки просто не знали, куда деть себя и свои вывалившиеся из пасти языки. Городские вороны тоже предпочитали отдыхать в тени, а воробьи принимали дармовой душ под струями городских фонтанчиков, окроплявших поникшую траву в скверах и парках города. Лишь машины, не смотря ни на что, мотались по улицам, добавляя оцепеневшему воздуху дополнительного тепла и газов, что превращало его во въедливый смог. Словом, город поджаривался, как в гриле, со всех сторон обдаваемый горячим воздухом и газами.

Казаки в форме сидели за столиком летнего кафе в тени бульвара и боролись с потом, который не удавалось заглушить ни пивом, ни прохладным соком, ни газированной водой. И чем больше они принимали охлаждённых напитков, тем настырнее становился пот, стремившийся в самые сокровенные уголки разомлевших тел. Получалось, что за явным преимуществом борьбу выигрывал омерзительный пот, не оставляя казакам ни малейшего шанса хотя бы на ничью.

Ожидание затягивалось. Прошло уже сорок минут, но атамана тех и этих окрестностей Трататуева не было, что утомляло не меньше пота. Ещё утром казаки договорились о встрече, прибыли к назначенному времени и месту и вынуждены томиться, теряя остатки самоуважения и самообладания. Говорить уже не хотелось, и они сидели клёклые6 , понурив головы. И вовсе не от жары и беспробудного ожидания, а от того, что срывался замысел, которым хотелось поделиться с могущественным атаманом. Замысел был нехитрым, и требовал незначительной суммы для осуществления. Но достать деньги в обедневшей станице было не у кого, и они, прослышав, что атаман богат и знатен, надеялись, что казаков он не забыл окончательно и может оказать помощь и поддержку. Люди сказывали, что есть у атамана особняк трехэтажный в Ростове, машину крутую он имеет, деньгами сорит. Неужто на благое дело не даст?

– Ты посмотри, – обратился маслаковатый, лет пятидесяти, казак к своему более молодому товарищу. – Ворона так и вертится около нас. Дать ей пива, что ли?

– Где? – не поворачивая головы, спросил тот.

– Дык сзади тебя стоит. Клюв разинула и крылья распластала.

– Далась она, – не изменил позы молодой казак.

– Жалко. Существо ить.

– Вот и пущай существует.

– Каррр! – раздалось над затихшим сквером.

– Смотри, зараза какая, всё понимает, – не выдержал молодой казак и обернулся.

Чёрная ворона нагло смотрела на него, и было такое ощущение, что она всё поняла и готова отстоять свою честь и достоинство.

– Кыш!

Ворона не взлетела – ещё чего! Она щелкнула клювом и, не торопясь, отошла к другому столу, за которым никто не сидел. Казаки снова окунулись в беспросветную борьбу с потом.

– Молодые люди, может, чего покрепче желаете? – спросила похожая на раскалённую печь официантка. – Говорят, что клин клином вышибают.

– Каррр! – вместо казаков отозвалась ворона, снова оказавшись рядом со столиком.

– Ей вот и налей, – незлобиво отв етил старший казак.

– Кыш! – махнула официантка полотенцем.

Ворона важно отошла в сторонку. Официантка не менее важно проследовала под навес буфета. Казаки отхлебнули потеплевшего яблочного сока и снова погрузились в муторное ожидание.
Прошёл час от его начала, как вдруг завизжали тормоза, и прямо перед кафе остановился большой черный «Джип». Казаки вздрогнули, вскочили и уставились на него.

Из машины никто не вышел, и они уже решили, что это вовсе не атаман приехал, а ктото из местных крутых, но дверь вдруг открылась. Сначала высунулись голые волосатые ноги в сандалиях, а потом и весь хозяин «Джипа». Это был крупный телом, слегка одетый человек. Можно даже сказать почти раздетый, из одежды на нём были трусы и майка. На голове красовалась кепкабейсболка козырьком назад, на мясистом носу гнездились темные очки, тяжёлая золотая цепь веригами висела на шее. А не большом пальце левой руки красовался перстень с иссинячёрным камнем. Вот и всё. Но казаки узнали атамана, виденного ранее на казачьих парадах и смотрах.

Заблокировав дверь машины, Трататуев направился к казакам. Те стояли в растерянности, не зная отдавать ли честь атаману в таком экзотическом виде или проигнорировать его бесформенный облик. Пока размышляли над странным видом, он подошел к столику.

– Здорово дневали! – произнёс Трататуев.

– Каррр! – вместо казаков крикнула оголтелая ворона.

– О, как! Кыш!

Атаман махнул ногой на ворону, от чего сандалия соскочила и улетела прямо в буфет. Оттуда раздался раскалённый крик. То ли от него, то ли от неожиданного атаманского демарша ворона взлетела на ближнюю ветку. Тут же появилась ушибленная официантка, держа на подносе атаманскую сандалию.

– Не извольте беспокоиться, – подобострастно склонилась она, – возвращаю вашу собственность.

– Откуда ты меня знаешь?

– Кто ж вас не знает? Ваш вид сразу обо всём говорит, – смиренно ответила официантка.

– О, как. Тогда надень и принеси соку, – распорядился атаман.

Официантка исчезла. Казаки стояли в растерянности.

– Садитесь, – приказал атаман.

Они молча повиновались. Словно изпод земли появилась с пакетом сока официантка и, налив его в высокий стакан, поставила перед атаманом. Как и подобает большому человеку, он большими глотками его выпил и платком, извлечённым откудато из трусов, вытер сразу же выступивший пот.

– Зачем вытащили на свет Божий? – поочерёдно посмотрел он на казаков.

– Ваше высокоблагородие, – начал старший по возрасту казак, – мы станичники...

– Знаю. Что дальше?

– Мысля есть, открыть в станице кадетские классы. Но нужны небольшие деньги для ремонта, – осторожно продолжил старший по возрасту казак.

– Есть идея – так есть икея! – словно невпопад воскликнул атаман и, не дав ничего сообразить собеседникам, добавил. – Не ко мне, я не валух 7. Это в реестр, они деньги от государства получают. А мои те и эти окрестности жлобятся и ни цента не выделяют. Про власти я вообще молчу.

– Но…, – хотел возразить молодой и неопытный в общении с атаманами казак.

– Никаких «но»! – отрезал Трататуев. – Нечего по пустякам занятых людей беспокоить. Официант ка! Сколько с меня?
Он встал, извлек откудато из трусов сотенную бумажку и поднял над головой. В этот момент ворона слетела с ветки и, вырвав из его рук ассигнацию, снова на ветку взлетела. Ошарашенный атаман, не обратив никакого внимания на подошедшую официантку, возбуждённо крикнул вороне.

– О, как! Верни, не то зашибу!

Ворона засунула денежку в щель коры и, нагнув голову, тоже, но спокойно, крикнула:

– Каррр!


В ответ атаман запустил в неё сандалией. Но не попал, а только запутал её в ветках дерева. Ворона щёлкнула клювом, схватила ассигнацию и улетела.

– Вы не беспокойтесь, – на одной ноте занудила официантка. – Найдём лестницу и достанем.

– Некогда мне, – возразил атаман и, сняв вторую сандалию, бросил официантке. – В оплату за сок. Развели тут базарвокзал.
Деньги вороньё всякое ворует. Тьфу!

Под недоумённые взгляды казаков он на цыпочках переместился по горячему асфальту к машине. Взревел мощный мотор, и «Джип» рванул с места, как норовистый конь.

II

На следующее утро Трататуев проснулся в дурном настроении. Нет, сандалий не было жалко, да и сотенной тоже. Мелочь. Занимался новый, жарой разъедаемый, день, а надо было проворачивать какието муторные дела. Бррр! Он взял пульт и включил телевизор, жена недовольно пробурчала и натянула на себя одеяло. Не желая обострения супружеских отношений изза дурацкого телевизора в спальне, он встал и спустился в гостиную. Там стоял не менее дурацкий, но большой домашний кинотеатр. Налив соку, сел перед экраном в надежде услышать вдохновляющие метеосводки о похолодании в Ростове и области. Но в результате услышал, что похолодание наступает в Москве, где ожидаются проливные дожди и ураганные ветры.

– О, как!

Сначала он впал в глубокую задумчивость, а потом резко встал и направился к телефону.

– Аэропорт?

На другом конце провода согласились.

– Сегодня есть билеты на Москву?

– Сколько? – поинтересовались от туда.

– Пятнадцать тысяч, – неожиданно брякнул Трататуев, привыкший действовать исключительно в своих интересах.

– Чегочего?! – не поняли виртуальные собеседники.

– Чего чегочего? Забронируйте один билет, – придал строгости голосу атаман и положил трубку.

Быстро прошёл в кабинет, открыл встроенный сейф и, отсчитав от толстенной пачки американских стодолларовых купюр пятнадцать кусков, быстро оделся и вышел. На улице поймал частника и приказал немедленно и быстро доставить его в аэропорт, согласившись заплатить тысячу деревянных.

Самолёт оторвался от бетонки и взял курс на Москву. По сотовому атаман заказал такси в столице и распорядился встретить себя по прилёту. После этого, даже не обратив внимания на очень симпатичную девушку, сидевшую рядом, предался сладостным предвкушениям.

Атаман во всём был подвержен азарту, хоть в делах, хоть в личной жизни. Но особое место в его душе занимал азарт игрока, и даже не карточного, всякие там очко или буру он не любил, а рулеточного. Его завораживало вертящееся колесо и мелькание ярких цифр в черных и красных гнёздах, в которые стремился шальной шарик удачи, пушенный умелой рукой кр упье. Он готов был платить и платить за те ощущения, которые испытывал в эти волшебные мгновения, никаких денег жалко не было. Однако тайную страсть Трататуев умело скрывал, никогда не играя в Ростове. Лишь в минуты неожиданного пожара в душе срывался с насиженного места и уезжал в столицу, где и утолял всепоглощающую страсть. Бывало – выигрывал, но бывало – проигрывал. Причём, общий выигрыш не превышал общего проигрыша, что не только не волновало, наоборот возбуждало жажду реванша. Но это так, для оправдания самого себя. Вообще же целью была сама игра и тот кайф, что удавалось поймать без всяких наркотиков и алкоголя. Нравственно атаман был устойчив.

Он посмотрел на девушку, в глаза бросился необычного буроваточёрного цвета кулон на её тонкой шее. Девушка улыбнулась, сверкнув черными глазами.

– У вас необычное украшение, – сказал Трататуев, непроизвольно выставив свою руку с перстнем.

– У вас тоже, – мягким вкрадчивым голосом ответила девушка.

– Я даже не знаю, что это за камень, – повертел атаман рукой.

– Это лабрадор с синеватой изерацией, – со значением пояснила девушка. – Несёт в себе сакральную память о гипербореях.

– Кто это?

– Таинственный народ, живший далеко на севере в эллинскую эпоху. Камень усиливает склонность к видениям и мистическим откровениям. Носить его опасно, так как его действия могут проявиться в эксцентрических поступках владельца.

– О, как!
Было интересно, но не очень понятно, обычно атаман не брал в голову подобную чепуху. Он решил перевести внимание девушки и спросил о кулоне.

– У меня тоже необычный камень, – она сняла кулон и протянула спутнику.

Пока Трататуев рассматривал его, девушка вкрадчивым голосом поясняла:

– Это кровавик. Камень особой цены. Вообще он буроваточерного цвета, но после полировки приобретает цвет свернувшийся вороньей крови. Посмотрите, с металлическим отливом.

– О, как.

– У этого камня репутация вызывающего жертвоприношения и он используется в магических обрядах.

– Вы ювелир?

– В какомто смысле. Скорее – ясновидящая.

– А что меня ожидает?

– Извините, не могу об этом говорить, где попало. Едем ко мне, там всё расскажу.

– О, как! – атаман почувствовал холодок, исходивший от девушки. – Ни в коем случае.

– Хозяин – барин, – вдруг резко сказала собеседница и вырвала из его рук кулон.

Трататуев тут же подавил шевельнувшуюся шалую мысль и, неучтиво отвернувшись к иллюминатору, предался дрёме. Он умел отгонять от себя любые мысли и преуспел в этом.


Самолёт коснулся бетонки, прервав сладкую его дрёму. На трап атаман вышел в числе последних, избежав дополнительных искушений. Но когда ожидал автобуса, взглянул всётаки на нечаянную попутчицу, стоявшую чуть в сторонке от общей группы пассажиров. От увиденного даже вздрогнул. Рядом с ней на асфальте сидела чёрная ворона и пристально смотрела в его сторону. Впрочем, все это могло и показаться, порой впечатлительному атаману.

III

В казино Трататуева встретили очень любезно. Здоровенные амбал ы при входе расплылись в улыбке, напоминавшей крокодилью, а менеджер змеёй извился, пока шли к игорному залу. Атаман внутренне ощущал знакомое сладостное возбуждение перед получением взамен денег разноцветных жетонов для игры. Пятнадцать баксовых кусков через лёгкую одежду жгли тело, их надо было немедленно пустить в дело. В игровом зале было малолюдно, у рулеточных столов стояли от двух до пяти человек, и это несколько обескураживало. Атаману хотелось не просто играть, а играть на публику. Он почемуто был уверен, что именно сегодня фортуна повернётся к нему своим прекрасным лицом.

Видимо менеджер почувствовал легкое разочарование клиента и сказал:
– Вы же против казино будете играть. Можно один на один сыграть.

– О как, – поднял брови атаман. – Лучше я пойду за стол, где больше народу, хоть там и меньше кислороду.

– У нас кондиционеры, кислороду всем хватает, – сквозь голубое подобострастие менеджера проглянула его природная тупость.

Трататуев опустил брови и, ничего более не сказав, отправился менять баксы на пластмассу. Получив фишки, пошёл сначала к буфету, где выпил баварского пива и лишь затем оказался у игорного стола. Лицом похожий на дулю, крупье кивком головы приветствовал его, а игроки даже не среагировали на новенького. Но атаман по давней привычке знать, кто с флангов, окинул их проникающим взглядом, успев молниеносно отметить, кто есть кто. Слева оглоблей торчала рыжеволосая, носатая дама, в ярко красном декольтированном платье. По оголённым её плечам были рассыпаны пигментные пятна, в просторечье называвшиеся веснушками. Фишек у дамы лежало немного. За ней виднелся кнехтообразный, с лысой головой, господин, перед которым высилась стопка фишек. Он видимо выигрывал. Дальше едва различались два желторотика, проигрывающие родительские деньги. Перед ними фишек почти не было, зато красовались бокалы с пивом. Справа, словно угроза, вцепившись руками в край стола, деревенел шкафообразный бизнесменбандит, а может, наоборот, что в сущности одно и то же, за спиной которого стояла его «шестёрка», держа в руках поднос с бутылкой забугорного коньяка и грудой фишек. Чуть поменьше груда лежала на столе и рядом стояла наполненная коньяком рюмка. Маячущую за бизнесменом женщину атаман разглядеть не успел.

– Делайте ваши ставки, – выдал команду крупье.

Игроки повиновались и напряглись. Трататуев не успел подумать и положил на тринадцать черное несколько фишек. Крупье запустил рулетку в действие. «Не повезёт», – решил атаман, без напряжения наблюдая вращение рулеточного колеса и стремительный бег шарика. Он даже вздохнул, прощаясь с уплывающими баксами, как вдруг шарик легко скользнул в черную ячейку с цифрой тринадцать.

– Ах! – одновременно вырвалось у всех игроков.

– О, как! – от нечаянной радости воскликнул Трататуев.

Лысый «кнехт» двумя руками стал лохматить голову, словно там были заросли. Жёлторотики сразу отошли от стола, шкафообразный бизнесмен одним глотком хватанул коньяка. Стоявшая за ним женщина никак не проявилась. Крупье пододвинул к атаману горку разномастных фишек. Пока сгребал их, рыжая дама упёрла одну. Атаман заметил нечестный манёвр, но решил шума не поднимать.

– Делайте ваши ставки, – повторил команду крупье.

Все быстро разбросали фишки по ячейкам с цифрами. Трататуев опять не успел подумать и поставил на тоже самое. Шарик, прокрутившись по желобу, снова принёс ему победу. Сгребая выигрыш, он краем глаз отметил, что толстяк сильно хлопнул себя по лысине, а рыжая бестия уперла у него уже две фишки. Схватить её за руку атаман не успел и опять решил шума не поднимать. Зато шум поднял бизнесмен, заоравший на свою «шестёрку», заме шкавшуюся с наполнением рюмки коньяком. Атаману почему–то стало жалко бессловесное животное, понуро выслушивавшее угрозы в свой адрес.

– Делайте ваши ставки, – распорядился крупье.

Не успел Трататуев набрать в ладони фишек, как все поставили на тринадцатое чёрное. «Мы пойдём другим путём, – подумал он. – «На шесть красное».

И поставил, как решил. Шарик завертелся, напрягая игроков, атаман впервые за игру тоже напрягся.

– Выиграл шесть красное, – торжественно провозгласил крупье, выждав мгновение пока вздохи других игроков не затихли.

Сгребая выигрыш, Трататуев успел заметить, что рыжая дама тащит у него фишки, и схватил её за волосатую руку.

– Мерзавец! – заорала дама. – Насильник! Спасите!

От неожиданности он отпустил пленённую руку, а к нему подскочили вышибалы и, схватив за плечи, повернули к себе. Не тут то было! Атаман вывернулся и хотел ударить нападавших, но послышался грозный окрик, и те ретировались. Кто крикнул, он не увидел, но, повернувшись к столу, обнаружил, что часть выигранных фишек все же перекочевала к рыжей воровке. Она ехидно усмехалась.

– Так дальше не пойдёт, – заявил он, сгребая фишки.

Бизнесмен, разочарованный троекратным выигрышем залётного игрока, развернулся и ударил свою шестерку в ухо, от чего тот едва не выронил поднос. Бизнесмен схватил бутылку и прямо из горла принялся лакать коньяк. Толстяк от отчаяния ногтями двух рук процарапал на лысине кожу, которая стала кровоточить, превратив своего владельца в персонаж из американских фильмов ужаса.

– Вы правы, здесь играть нельзя!

Атаман услышал медоточивый голос и обернулся. Перед ним стояла молодая, стройная и очень красивая женщина. Её чёрные глаза излучали невидимые, но целенаправленные флюиды, от которых в груди атамана чтото ёкнуло, даже можно сказать накатило. Чемто она была похожа на его спутницу по самолёту, но голос был другой.

– Мы переедем в иное казино, – уверенно сделала она предложение, от которого нельзя было отказаться

– Хорошо, – согласился он, не сознавая даже почему. – Но у меня нет здесь машины.

– Какие проблемы! У меня есть, – загадочно улыбнулась броская красавица.

Рассовав по карманам полученные в кассе большие баксы, Трататуев почемуто на ватных ногах проследовал за красавицей на улицу и сел в черный «Мерседес» на заднее сиденье.

– Хотите выпить? – обернулась очаровашка.

– Пожалуй, – согласился атаман.

– Перед вами бар, налейте себе чегонибудь.


Он открыл искусно устроенный бар, достал хрустальный графин и, понюхав его содержимое, налил виски в хрустальный стакан. Огненная вода приятно обдала теплом.

– Куда едем? – расслабился он.

– Есть достойное казино, меня там все знают. Это в центре.

– О, как.

Она вела машину легко и уверенно. Однако уже скоро они попали в пробку и остановились. Трататуев почувствовал, что его стало клонить ко сну.

– Пока пробка я вздремну. Разбудите?

– Не сомневайтесь.

Тут же сознание атаман отключилось, и почти сразу в машину села с крючковатым носом тётка.

– Порядок? – спросила она.

– Полный, – ответила красавица.

– Он что ни будь понял?

– Нет.

Пробка неожиданно быстро рассосалась и машина со странными пассажирами быстро доехала до Кузьминского лесопарка.

IV

Сознание вернулось к Трататуеву, и он увидел над собой кроны могучих деревьев. «Куда это меня занесло?», – потёр он виски гудящей пароходным гудком головы. Руками ощупал то, на чём лежал. Трава. Значит он на земле, а не на небесах. Приподнялся и осторожно стал поворачивать голову. Никого вокруг не было. Только чёрная ворона, открыв клюв, пристально смотрела на него.

– Кыш!

Потерянным голосом попытался он крикнуть, но получился какойто птичий клёкот. Ворона же несколько раз щелкнула клювом. И тут атаман вдруг понял, что она сказала: «Надо было ещё два раза поставить на шестёрку».

– Почему, – он попытался крикнуть, но с тем же результатом.

Ворона опять несколько раз щёлкнула клювом, и атаман понял, что ему было сказано. «Тайна выигрыша в сочетании трёх шестёрок. Посчитай сумму чисел на рулеточном колесе и всё поймёшь». Он взял валявшуюся рядом палку и на земле стал складывать все цифры рулетки, которые хорошо помнил. К его несказанному удивлению сумма всех чисел составила 666. Атаман громко ахнул. Ворона взмахнула крыльями и улетела.

Оставшись один, Трататуев ощупал карманы, в них не было ни цента. Тогда поднялся и побрёл сквозь замусоренный лес. Предстояло добраться домой в личный атаманский дворец.

До самой поздней осени на просторах России можно было видеть бредущего по лесным тропам и степным просёлкам облохматившегося человека, который, прося подаяния, наотрез отказывался от денег и брал только хлеб. Сколь чёрствым бы он не был.
_________________________________________

5 Трансформация памфлета в столь необычный жанр продиктована как его основным фигурантом, так и желанием автора выпендриться на забугорный манер.
6 Клёклый – увялый, завядший.
7 Валух – оскоплённый баран.

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 295 участников
Присоединиться к группе