Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

Закон есть закон

вкл. . Опубликовано в Ментальная терапия Просмотров: 2001

(правовой памфлет)

I

Июньская жара не была столь уж жгучей, как это почти всегда случается в июле, но сморила, и станичный атаман, войсковой старшина Коловёртов заснул прямо за рабочим столом. Что уж там снилось или ничего такого, никому ведомо не было. А рассказывать сны атаман не любил, поэтому его считали человеком с крепкой психикой, даже, несмотря на некоторые странности.

Он очень боготворил хористок станичного ансамбля, особенно красавиц Галочку и Светочку, привлекательных в казачьих нарядах, и строго оберегал их от чужого дурного влияния. Свое влияние он справедливо считал только благотворным. Правды ради следует сказать, что без нарядов обе были ещё более привлекательны, и тут станичному атаману приходилось бдить особенно строго. Но разве ж за всем усмотришь!

Однажды ему донесли, что станичный ловелас Крендель, какого-то там темного происхождения, стал подкатывать то к Галочке, то к Светочке. Осерчавший Коловёртов подстерег того в коридоре районного Дома культуры и надел ему на голову предусмотрительно захваченное ведро с помоями, сразу же спрятавшись за колонной. Драки не состоялось ещё и потому, что помои залепили глаза Кренделю, и он, даже сняв ведро, врага не увидел. Хотя с размаху и заехал прямо в глаз некстати проходившему мимо участковому милиционеру. За это и загрязнение помоями дома культуры хулиган был арестован и получил пятнадцать суток по решению местного судьи Шершеля, тоже засматривавшегося на Галочку и Светочку.

Но если атаман умилялся над своими пассиями, то со станичниками был строг и где-то даже справедлив. Но это мнение разделяли далеко не все, а всех то и было в реестровом казачьем обществе около двух десятков. Причем, большая часть носили офицерские звания от подхорунжего до войскового старшины. Рядовыми казаками быть никто не хотел, поэтому ими назначалась только зеленая молодежь, но и её был «мизер».

Но как когда-то всё хорошо начиналось, всколыхнулось казачество, все вспомнили о своих корнях, кинулись возрождать традиции, форму пошили, на парады и пикеты собирались чуть ли не ежемесячно, приказы всякие писали, даже коё-кого выпороли на майдане, соблюдая дедовские обычаи. Казаков тогда собиралась много, и все надеялись на благосклонность власти. Но время шло, она ничего кроме разных там обещаний не делала. Потом казаков раскололи, президент Ельцин издал указ о «реестре», и одни казаки ушли в повседневные заботы, перестав верить во что-либо, другие остались общественными казаками, но тоже без какой-либо пользы для себя и для казачества.

Так что около станичного атамана крутилась незначительная часть казаков, но и им ничего казачьего не приходилось делать, так только лясы точить. Совсем узкая группа вошла в станичную дружину и получала малые деньги, практически ничего не делая. Так и текло станичное время в надеждах на то, что войсковые атаманы все-таки добьются от власти закона о казачестве, но его всё не было и не было. А как жить без закона? Такое в голове верноподданных казаков никак не укладывалось…

– Свершилось! – крикнул вбежавший в кабинет атамана есаул Раскарякин, командир станичной казачьей дружины.

– Чего орешь? – не въехал, встрепенувшись со сна, атаман.

– Победа! Наша большая победа!

– Никак премию в дружину прислали?

– Больше! Мы победили, и теперь будем нести государственную службу! Всюду нести, как правду в массы!

– Иди ты!

– Можем хоть в армии по контракту, хоть во внутренних войсках порядок в стране поддерживать, хоть погранцами быть! Я бросаю опостылевшую станицу и пойду охранником в областную тюрьму, теперь они не откажут.

– Что ты несешь? – Коловёртов поднялся и вышел из-за стола. – Какая тюрьма, какой порядок?

– Только что в новостях передали, что Дума приняла «Закон о государственной службе казачества». Мы теперь в законе!

– Областные думальщики постарались?

– Бери выше. Государственная дума.

Коловёртов сел. Такого он не ожидал. Никто из ка заков закона не видел и не читал, даже не слышал, что он есть. И вдруг…

– Вот что, есаул, бери коня, тьфу, машину и мотай в областной центр к реестровому командованию…, – но закончить фразу не успел.

Зазвонил телефон, и трубку пришлось снять. Слушая говорившего на другом конце провода, атаман кивал головой, а в конце растянулся в сладостной улыбке.

– Все будет исполнено, господин войсковой атаман, в лучшем виде. Сегодня же к вам выезжает есаул Раскарякин. Ему все и передайте.

Положив трубку на рычаг, Коловёртов встал и подошел к замершему в ожидании есаулу.

– Свершилось, ты прав. Войсковым правлением нам приказано в экспериментальном порядке внедрить закон в жизнь и потом поделиться этом опытом со всеми. Так что скачи в областной центр без промедления.

– Сегодня никак не могу, – замялся Раскарякин, – К теще надо идти. День рождения у неё.

– Тёща – дело святое, – согласился станичный атаман. – А знаешь анекдот о смешанных чувствах?

– Не.

– Это когда тёща в твоей новенькой машине летит в пропасть.

Наступила неловкая пауза. Раскарякин в недоумении уставился на атамана, тот в ещё большем недоумении на него.

– Но у нас в степи пропастей нет, – вымолвил есаул. – А потом тёща водить машину не умеет.

Поняв, что «пуля» мимо пролетела, Коловёртов вздохнул.

– Ладно. Передай тёще привет. Иди.

– Будет исполнено!

Раскарякин щелкнул каблуками сапог, козырнул и вышел из станичного правления. Коловёртов сел за стол и принялся писать приказ о введении в юрте станицы Федерального закона «О государственной службе».

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 097 участников
Присоединиться к группе