Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

Думы казаков нетрадиционной ориентациии

вкл. . Опубликовано в Ментальная терапия Просмотров: 1904

(эпистолярный памфлет)

I

По случаю удачного нетрадиционного межнационального контакта казачий атаман выкатил бочонок водки и, уходя, приказал адъютанту собрать на застолье дюже достойных и особо приближенных. Сам же с начальником штаба и двумя сопровождающими отбыл на день рождения выдающегося, но не традиционного для России, религиозного деятеля. По его личному приглашению.

Адъютант в случаях намечавшегося застолья был чрезвычайно деловит и расторопен. К шести вечера в подвале одного из покосившихся домов позапрошлого столетия, где обычно проводились правления казаков нетрадиционной ориентации, собрались с десяток офицеров и молодой урядник для обслуживания застолья. Все расселись за шатким с оголенной столешницей столом, на которой стоял бочонок, тарелки с квашеной капустой, солеными огурцами и помидорами, нарезанным сыром и колбасой. Селедка с луком издавала щекочущий души запах, а копченая курица, к которой находчивый урядник приладил две отрезанные птичьи головы, символизировала неистребимое стремление казаков к несению государственной службы. Правда, нести пока ничего не удавалось.

Сообщение адъютанта о нетрадиционном межнациональном контакте их атамана на высшем уровне, внесло в души казаков необыкновенную пылкость. Чтобы несколько её остудить адъютант дал команду шандарахнуть по шалабану 22 водки. Быстро выпили, закусили квашеной капустой и, отдышавшись, предложили есаулу Бревнову, в прошлом священнослужителю, а ныне попу-растриге, прочитать вслух необычный для казачьего уха текст 23 .

Есаул встал во главе заполненного закусками и выпивкой стола и хорошо поставленным хоральным голосом продекламировал:

– «Атаман генерал-лейтенант И.А. Кононов, начальник штаба полковник Ю.В.Подисов и генерал-майор И.М.Потравный в Московской хоральной синагоге вручили главному раввину Шаевичу Адольфу Соломоновичу высший казачий орден «За Любовь и Верность Отечеству» (I степени)…»

– Какое отечество имеется в виду? – выставился на расстригу неожиданно быстро осоловевший урядник, обслуживавший нерегламентированное собрание. – Наше или ихнее?

– А какое наше? – откинул назад пышные, как у батьки Махно, волосы войсковой старшина в зачуханном кителе усопшей советской армии.

– Какое надо, то и наше, – прервал начавшуюся, было, дискуссию адъютант. – Читай дальше, есаул.

– «Представители объединения казаков мест нетрадиционного проживания поздравили Адольфа Шаевича с днем рождения и отметили выдающуюся роль главного раввина в деле возрождения еврейского народа…»

– Значит отечество наше – Израиль? – потряс махновскими волосами войсковой старшина. – Говорят, там уже есть казачьи станицы. Это же тоже места казачества нетрадиционной ориентации. Выходит, наши люди.

– А давайте туда все и махнём, – встрепенулся молодцеватый полковник. – Все переедем из России. И мы, и евреи.

- Помолчи, Свистоплясов, твои фантазии умным людям невдомек,- остановил его адъютант. – Дай народу дослушать текст до конца. Каждое слово ухо ласкает. Читай, Бревнов. И чтоб никто не прерывал, иначе не нальём.

Утановилась зыбкая тишина.

– «Казаки подчеркнули, что, пройдя путь большого творческого поиска, Адольф Шаевич обрёл широкую известность как человек,
способствующий духовному и культурному возрождению своего народа…»

– Не нужно мне водки, – вдруг необдуманно заявил урядник. – Я хочу знать, почему только своего народа? Если так, то зачем ему казачий орден?

– Ты, урядник, туп как валенок, – взъерепенился адъютант. – Более угнетённого народав мире нет, а в России… тем более. Для казаков дума даже закон специальный издала. Ты понимаешь, что никакому другому народу такой закон не подарили? Вот и шевели мозгами, если они у тебя есть. Мы теперь в законе, а бедные евреи даже помыслить об этом не могут. Им словно новую черту оседлости прочертили. Защищать их надо. Читай дальше, есаул.

– «…как человек, чей вклад в укрепление и развитие добрых межконфессиональных и межнациональных отношений трудно переоценить».

– Не понимаю, – вынимая из зубов, застрявшую там капусту, прошепелявил урядник.

– Встать! – рявкнул адъютант. – Сотник Стебанутый 24 выпроводите смутьяна, а мы подумаем на правлении, сколько плетей ему назначить за противодействие нетрадиционной политики атамана.

– Плевать я хотел на ваше правление, – урядник бросил тарелку с квашеной капустой на стол, и она раскололась. – Я больше сюда не приду.

Тонко нарезанная капуста рассыпалась по столешнице, подозрительно напоминая собой лапшу.

Урядника выпроводили при общем волнении. Пришлось адъютанту позволить всем принять по сто грамм. Казаки почти сразу размякли, а есаул продолжил чтение.

– «Главный раввин выразил искреннюю благодарность казакам за столь высокую награду и выразил надежду на продолжение добрых и дружественных отношений между всеми российскими народами во имя Государства Российского».

– Значит отечество и их, и наше, все же здесь! – утвердился махновского вида войсковой старшина. – Палестинцев нам не надо. Хватает чеченов. А вот евреям надо отдать в вечное пользование все земли Еврейской автономной республики.

– Чего её отдавать, она и так им принадлежит, – пробурчал член Совета стариков, седой и усатый полковник. – А вот закона на них нет.

– Точно нет, – согласились казаки.

– Есть предложение …

– Погоди, Свистоплясов, – поднял руку адъютант. – Надо выпить за здоровье Адольфа и нашего атамана.

– Я за фюрера пить не буду, у меня отец был красным казаком, – вдруг взвизгнул член совета стариков.

– Какой фюрер?! – ахнул адъютант.

– А кто ж ещё? Разве главный раввин и фюрер не одно и тоже? – не унимался старик. – Вождь, одним словом. И с одним именем, к тому же. Может, тот Адольф в этого перевоплотился, такое бывает, сказывали умные люди.

– Ты, батя, брось чурканчики 25 вытворять, – пригрозил адъютант. – Вот доложу атаману, мало не покажется.

– Как смеешь ты старика поучать?! – резво вскочил член совета стариков. – Забыл казачьи традиции?

– Какие традиции? Мы казаки нетрадиционной ориентации, – отпарировал адъютант. – Сядь на место или покинь подвал.

– Нет, – воспротивились господа офицеры. – У нас братство, и никого выгонять не позволим.

Член совета стариков, пробурчав что-то под нос, сел. Адъютант махнул рукой и распорядился налить. Выпили молча. Закусывали молча. Потом снова выпили, но только за здоровье атамана. Пока жевали, адъютант предложил написать в Думу письмо с требованием издать, аналогичный казачьему, закон о государственной службе евреев. Все согласились. Выбрали писаря, сдвинули в сторону квашеную капусту, нашли лист бумаги, ручку и скучковались вокруг. Диктовать собрался адъютант, но только открыл рот и сразу застыл. Все в ожидании уставились на него.

– Как называется должность главы думы? – растерянно осмотрел всех адъютант.

После принятия водки, собравшихся поразила лёгкая амнезия, все забыли, как она называется. Начисто забыли.

– Как будем обращаться к руководителю думы? – без тени смущения спросил адъютант.

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 295 участников
Присоединиться к группе