Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

Вместо предисловия

вкл. . Опубликовано в Казачий присуд Просмотров: 1272

«Всколыхнулся, взволновался,
православный Тихий Дон
...»

(из гимна Донских казаков)

«Казачий присуд» – социальный роман, его ценность в том, что автор сумел отразить социальное и политическое напряжение тех лет через судьбы героев и их действия. Авторские размышления во многом публицистичны, но это, пожалуй, не столько недостаток, сколько достоинство романа. Время было такое – накаленное и взрывоопасное. В романе хорошо выписаны характеры. Многоплановость хорошо сочленена, отступления, описания природы ярки и сочны. Повороты сюжета неожиданны и увлекательны. Герои вымышленные и реальные органически встроены в ткань повествования. Столько страстей и столкновений на постсоветском пространстве, сколько разных персонажей проходя перед читателем и отрицательных, и положительных. Хотя было бы неправильно так их разводить по разные стороны, в романе больше полутонов, чем резких контрастов. Даже политическая канва в романе скорее похожа на то, что, возможно, происходило в действительности. Хотя роман есть роман, и принимать всё написанное как абсолютную правду не следует.

Многие о донских событиях что-то знают, чего-то не знают, о чем-то слышали, что-то прошло мимо них. В романе много событий, о которых не все знают, и автору важно было её показать. Но автор не идет за событиями. Книга синтезирует их, автор подает их не в строгой хронологии, а в художественной логике развития.

- Вячеслав Родионов сумел в художественной форме зафиксировать, что происходило в течение трех лет на Дону и в России через призму казачьих судеб, столкновение характеров, межнациональных распрей и даже войн.

- Донцы не отсиживались по куреням, они приходили на помощь братьям-терцам, стремились обезопасить свою землю от горского натиска, сражались в окопах и на полях Приднестровской республики. Погибали, подвергались издевательствам, будучи плененными. Но никто не покорился, никто не отказался от казачества, никто не убежал с передовой. Казачий девиз тех лет: не сломлен, значит - не побежден! Но искренность простых казаков, их самоотверженность предавались и в Приднестровье, и в Москве. Собственные же атаманы в лучшем случае не замечали этого, а в худшем - оказывались неспособными и бессильными перед организованным натиском разных антиказачьих сил.

- Вся энергия пробуждавшегося Дона, все надежды и чаяния тех, кто приезжал на многочисленные круги и участвовал в парадах и пикетах, сгорела в топке «возрожденческого паровоза», который так и остался «стоять на запасном пути». И вовсе не потому, что не хватало кочегаров или угля, а потому, что никто не взялся восстановить пути, по которым этот локомотив мог бы выйти из исторического тупика. Рядовое казачество поняло это и после бесславного мартовского 1993 года пикета в Ростове стало опять впадать в летаргию, в которой благополучно пребывает до сих пор.

Значение романа «Казачий присуд» не в семейных страстях и не в любовных или детективных коллизиях, хотя они держат внимание читателя, а в осознании той, по сути трагической, ситуации, в которую донское казачество себя ввергло, пытаясь, с одной стороны, бороться за самостоятельность как народа, а с другой – просясь на государственную службу, бесконечно убеждая власти России в своей нужности, в то время, как разными проходимцами захватывалась донская земля, опустошались хутора и станицы.

- Книга написана с целью повлиять на сложившееся стереотипное представление об «успехах» возрождения донского казачества в первые годы движения. Она порой жесткая для кого-то, как наждак продирает душу, прочищая её. Недаром роман заканчивается словами хуторского атамана: «Мы были равнодушны к Богу, мы забыли его, и он оставил казаков без своего попечительства. Сегодня хуторской храм стоит на ветрах, ободранный снаружи и внутри… Так похожий на наши ободранные души».

- Книга ориентирована на современного читателя, она адресована тем, кто в действительности начнет возрождение донского казачества, и будет в своих действиях последователен и логичен, оставаясь свободным и независимым от тех обещаний и призывов, которыми щедро осыпали донцов их атаманы в начале 1990-х годов прошлого века.

Дмитрий Быстров

ж. «Казаки», 2004, № 9-10, С.46

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 295 участников
Присоединиться к группе