Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Статьи по вопросам казачества

Как Филипп Кузьмич Миронов боролся с русской имперской властью на Дону и что из этого вышло

вкл. . Опубликовано в Казачество Просмотров: 1249

Как пишут советские историки, по возвращению Миронова с русско-японско войны, в станице Усть-Медведицкой его единомышленниками и единоверцами ему была организована встреча со всеми полагающими почестями героя. Однако само слово "организовать" предполагает наличие организаторов. Всем нам ещё памятны встречи с любимыми членами партии и правительства и мы знаем как эти сердечные встречи организовывались. Мы ещё не забыли последний 100 тыс. митинг-встречу с "всеми любимым и обожаемым В.В. Путиным" и много слышали и читали в интернете о том, как, за сколько, и с помощью кого люди попали и на этот митинг. Поэтому очень интересно было бы узнать кто выступает в качестве организаторов встречи Миронова, а так же кто его встречал. Может быть революционно настроенная донская молодёжь: гимназисты и студенты? Возможно. Но их в станице немного. А может быть местные жители? Тогда интересно, сколько стоил каждый встречающий? А может старообрядцы казаки и донские крестьяне? Маловероятно. Они заняты хлеборобскими делами. А может быт единоверцы донские молокане и примкнувшие к ним хлысты и духоборы? Очень может быть, так как молокан не производили в офицеры, то возвращение Миронова с войны в чине подъесаула вызывало у них гордость за своего единоверца, который смог дослужиться до чина подъесаула и был награждён четырьмя орденами. Но при этом возникает вопрос. Что же Филипп Кузьмич совершил такое, чтобы его чествовать как героя? Разве он вернулся георгиевским кавалером?

Нет. Миронов не получил на войне ни одного георгиевского креста. Возможно его геройство состояло в том, что он спас от петли большевика- боевика в Уфе? Вот это возможно! Кроме того следует обратить внимание на то, что Усть - Медведицкий округ беден путями сообщения. Только одна железная дорога Москва-Царицын проходит через слободу Михайловку и перерезает северную часть округа на 95 верст. Эшелоны с казаками с русско-японской войны по-видимому прибывали в на станцию Себряково (слобода Михайловка), а затем уже казаки самостоятельно добирались до своих станиц и хуторов. Расстояние между станицей Усть-Медведицкой и слободой Михайловкой около 95 вёрст, поэтому знать точно время прибытия Миронова в станицу встречающим не представлялось возможным. Кроме того такая массовая встреча требовала определённых финансовых затрат. Уж не на своё офицерское жалование организовал свою встречу с жителями Усть-Медведицкой станицы и окрестных хуторов Миронов. Конечно нет! Тогда возникает вопрос. Кто оплатил все расходы? Ответ один. Деньги на организацию встречи угощения и оказания почестей Миронову собрали его единоверцы, которые, как известно, имели самые тесные связи с масонами.

После возвращения на Дон в 1906г. Миронов тут же использовал приобретённый в ходе русско-японской войны опыт агитационной работы в казачестве. Он оказывается в центре движения казаков, которые не хотели нести полицейскую службу в ходе разгоревшейся первой русской. 18 июня 1906г. казаки решительно отказались нести внутреннюю службу, угрозами вынудили присутствовавшего на сборе атамана удалиться из собрания и подписали приговор, заключавший в себе ходатайство перед бывшей Государственной Думой о роспуске мобилизованных полков.

Из донесения и.о. Донского областного жандармского управления в департамент полиции о волнениях среди казаков льготных полков в Таганрогском и Усть-Медведицком округах. 6 июля 1906 года. Секретно[1].

«...18 июня 1906 г. в станице Усть-Медведицкой собрался общественный сход, на котором было постановлено: в случае мобилизации не пускать на службу казаков 2-й и 3-й очередей, так как их заставляют нести не действительную службу, а охранять имущество помещиков. Вместе с тем в Петербург была командирована депутация из подъесаула Миронова и казака Коновалова ходатайствовать о роспуске по домам полков 2-й и 3-й очередей...»

Тот же самый сход принял наказ казаков Усть-Медведицкого округа донским депутатам Государственной думы, в котором ни много ни мало, в частности, выдвигалось категорическое требование об отставке «…правительства, залившего кровью страну. Изъятия казачьих земель у чиновников и помещиков и наделения этой землей крестьян.» По поручению окружного схода казаков Усть - Медведицкого округа Миронов везет принятое решение (наказ) в первую Государственную Думу, в котором подчеркивалось: «Для общего блага России не мобилизация казаков нужна, а необходимо накормить голодных крестьян и оградить рабочих законом от гнета и произвола фабрикантов и заводчиков». однако предоставим слово Фёдору Крюкову ..."Что же это вы делаете, господа агитаторы? – почти плачущим, немножко придавленным голосом воскликнул генерал, взявши доктора за локоть и направляясь в общественный сад, где в обеденную пору дня не могло быть лишних людей. – Что вы со мной делаете, господа? К чему этот наказ? К чему эти слова разные?.. Тьссс... фу-ты! «На гранях государства мы готовы служить...» Еще бы посмели отказаться!.. «Но быть угнетателями родной страны...» Х-хо-ты!.. «Считаем для себя позором и требуем освободить нас от этой службы». Фу-ты, ну-ты! Ска-жите, пожалуйста! Требуем... Кто это – «мы»? Кучка агитаторов?.. «Мы готовы»... Об этом вас не спросят, готовы или нет?.. Тоже... называются конституционалисты"......Если наши же донские члены Госдумы сделали предложение, – продолжал генерал мерным, тяжким, обличающим тоном, – чтобы спустить со службы мобилизованные полки, то, по-моему, они приняли на себя слишком смелую отвагу и решились внушить донцам забыть присягу!.. Не думайте, братцы, иметь покушение на свою родину! Не поддавайтесь разным анархистам и смутьянам, которые так ловко умеют прельстить ораторством и повертывать по-своему!.. Это выйдет глупо... И вышло уже глупо!.. Они публично говорили, что не следует второй и третьей очереди идти внутрь России, а следует только охранять ее от внешнего врага и границы... Но почему они умалчивают о том, что внутренний враг нарушает спокойствие России и приводит ее к разорению?....Но он просто не мог заставить себя вообразить, что та толпа, в которой он привык видеть одну почтительно-робкую, проворно-гибкую податливость, охотную, стихийно-текучую, почти автоматическую покорность, – способна возражать и выражать что-то вроде протеста. Протест требует сознательности, планомерной рассчитанности... Но что такое станичный сбор, как не табун быков, пригодных лишь для ярма? Никто в этой куче не видит дальше спины и затылка своего соседа и способен идти только туда, куда движется эта спина, и сам будет толкать ее в этом направлении. Но чтобы из этого табуна раздался дерзкий, осуждающий звук, когда говорит начальник? Никогда! Он был уверен, что надумавшего раскрыть рот протестанта немедленно взяли бы за шиворот его же соседи и в похвальном усердии немедленно представили бы для расправы...[2].

Здесь Миронов изо всех сил стремится достигнуть только одной цели. Настроить казаков против законной власти и использовать их в борьбе с ней. Этим самым он выполняет поставленную масонами задачу о разложении войск и использовании их в борьбе с законной Российской властью. Именно в это время он надел на себя личину радетеля за казачество, хотя по большому счёту на казачество ему было наплевать.[3] И когда коммунисты в 1919г. стали поголовно истреблять всё казачье население, то Миронов в отличие от Махно, не повернул оружие против изуверов коммунистов , а ограничился только рыданиями в прокламациях и листовках, а так же длинными жалобными письмами главному пахану коммунистов Ульянову, со слёзными мольбами прекратить истребление казачества[4].

Главное управление казачьих войск. 13 августа 1906 г. № 268 [5]

«По поступившим в Министерство внутренних дел сведениям подвергнутый задержанию за участие 18 июня с. г. в незаконном собрании в станице Усть-Медведицкой Войска Донского подъесаул Миронов, будучи освобожден из-под ареста по распоряжению наказного войскового атамана, 14 минувшего июля вернулся в означенную станицу и, встреченный толпой местных жителей, обратился к ним с речью, в которой благодарил за свое освобождение, указывал на необходимость скорейшего созыва Государственной думы и выражал готовность снять с себя мундир и ордена, лишь бы иметь возможность стоять за народ. По окончании речи толпа проводила Миронова с пением революционных песен...»

Из справки департамента полиции:

«...В станице Усть-Медведицкой также беспрепятственно устраивались митинги, на которых произносились речи революционного содержания. В качестве ораторов выступали студент Агеев, подъесаул Миронов, сотник Сдобнов и дьякон Бурыкин, продолжающие и ныне вести преступную агитацию среди населения. Результатом этого явились крупные беспорядки, выразившиеся между прочим в том, что на происходившем, по распоряжению военного начальства, станичном сходе (сборе) 18 июня казаки решительно отказались нести внутреннюю службу, угрозами вынудили присутствовавшего на сборе атамана удалиться из собрания и подписали приговор, заключавший в себе ходатайство перед бывшей Государственной думой о роспуске .мобилизованных полков. В той же станице 9 июля повторились беспорядки, ближайшей причиной которых послужило распоряжение Наказного Атамана об аресте упомянутых агитаторов. Станичные казаки, устроив в тот же день общественный сход, вызвали к себе Окружного атамана и потребовали от него освобождения арестованных. Генерал-майор Филинков, не имея возможности достигнуть успокоения казаков путем увещевания и опасаясь насильственных действий с их стороны, обратился по телеграфу к Наказному Атаману с просьбой о разрешении удовлетворить требования казаков... Незаконные сборища в станице Усть-Медведицкой благодаря бездействию Окружного атамана не прекратились и впоследствии. Командированный туда по распоряжению Наказного Атамана полковник Попов с сотней казаков не произвел ареста главных руководителей противоправительственного движения, к числу которых принадлежат упомянутые выше Агеев, Миронов, Сдобное и Бурыкин. Результатом преступной деятельности этих, а равно и других оставшихся на свободе агитаторов явились в конце июля беспорядки в слободе Михайловке Усть-Медведицкого округа. 20 августа в станице Усть-Медведицкой, в присутствии станичного атамана Синютина и всего станичного правления, состоялся митинг... Ораторы призывали к неповиновению местным властям и правительству...»

Тут-то всё и началось. Сектанты казаки исповедавшие «народные религии» из общины «духовных христиан» - христоверов, духоборов, молокан, молокан донского толка, , студентов, прыгунов, хлыстов и духовных скопцов а так же доморощенных демократических донских интеллигентов восприняли арест Миронова как оскорбление. Арестовать их героя! Вот тут и проявилась их взаимопомощь. Своих не выдавать! Тут же собрался очередной сход, и казаки потребовали освобождения заключенных. Станичный Атаман отказался выполнить их требования. Тогда сектанты казаки схватили самого атамана и как заложника посадили в тюрьму. - 9 июля 1906г. в Усть - Медведицкой станице повторились беспорядки, ближайшей причиной которых послужило распоряжение Наказного Атамана об аресте упомянутых агитаторов. Станичные казаки, устроив в тот же день общественный сход, вызвали к себе Окружного атамана и потребовали от него освобождения арестованных. Генерал-майор Филинков, не имея возможности достигнуть успокоения казаков путем увещевания и опасаясь насильственных действий с их стороны, обратился по телеграфу к Наказному Атаману с просьбой о разрешении удовлетворить требования казаков. Атаман Войска Донского Одоевский?Маслов, пытаясь втихомолку замять этот принеприятнейший инцидент, дал указание – освободить подъесаула Миронова, дьякона Бурыкина и одного из лидеров Всероссийского крестьянского Союза, уроженца станицы Клетской Павла Михайловича Агеева. Многотысячная толпа ринулась к станичной тюрьме, прорвалась во внутренний двор, открыла камеру и на руках пронесла их по станице к зданию правления окружного атамана. Здесь состоялся антиправительственный митинг... Была музыка и песни. Незаконные сборища в станице Усть - Медведицкой благодаря бездействию Окружного атамана не прекратились и впоследствии. Командированный туда по распоряжению Наказного Атамана полковник Попов с сотней казаков не произвел ареста главных руководителей противоправительственного движения, к числу которых принадлежат упомянутые выше Агеев, Миронов, Сдобное и Бурыкин. Поведение полковника совершенно не понятно с военной точки зрения Чего он испугался? Ведь у него была сотня казаков. Такое поведение становится понятным если кто-то очень сановитый из окружения Наказного Атамана, донской масон, или связанный с Петербургскими масонами, намекнул ему, что делать этого не стоит

Однако несмотря на арест и скандальное освобождение Филипп Кузьмич всё равно едет в Петербург и везёт наказ. При этом Миронов преследует в первую очередь свои личные цели. В первую Государственную Думу от Области Войска Донского в апреле 1906 был избран депутатом его знакомый Фёдор Крюков, рожак станицы Глазуновской, с которым Миронов некогда учился в Усть - Медведицкой мужской гимназии. Некоторые из исследователей считают, что Крюков был одним из учредителей партии 'народных социалистов' (ЭНЕСОВ). Миронов использует депутатство и положение Крюкова для завязывания знакомств среди масонских верхов и среди богатейших людей России и старообрядцев, таких как Гучковым, Рябушинским, Саввой Т. Морозовым, ,Д.В. Солдатенковыми, Шибаевым, Третьяковым, Н.А Бугровым,Прянишкиниковым, Сироткиным и др. , которые уже в то время ставят своей целью отстранение Государя Императора от власти и создание масонско- старообрядческого Временного Правительства. В своём выступлении в Государственной думе Миронов не только блещет красноречием, но и позиционирует себя непримиримым противником императорской власти, чем заслуживает уважение депутатов и оказывается замеченным в определённых властных кругах борющихся за власть. По возвращению из Петербурга Миронов был арестован в казачьей столице - в Новочеркасске. .Арестованного Филиппа Козьмича Миронова освободили из Новочеркасской тюрьмы, вот только неизвестно почему. После своего освобождения из тюрьмы он отправился в родную станицу Усть - Медведнцкую. Думал, что, изгнанного и опозоренного, его никто не то что не будет встречать, станут даже обходить ту улицу, по которой он пойдет к своему куреню. Видно, плохо он знал своих земля ков — за два километра от станицы встретили казаки разжалованного подъесаула и на руках донесли до площади, где состоялся митинг. Полыхали красные флаги, звучали революционные песни[6]

Через 72 дня после открытия 1-ой Думы царь распускает её, заявив при этом , что она разжигает страсти в народе.После роспуска Государем Императором Николаем II Государственной думы депутат Фёдор Крюков подписал Выборгское воззвание (см. воспоминания К. «9 – 11 июля 1906 г.» в книге «Выборгский процесс», СПб, 1908).Затем более года он занимался на Дону пропагандистской работой в рядах трудовой народно - социалистической партии, членом организационного комитета которой являлся. 20 августа1906г. либеральный народник Крюков вместе с Ф.К.Мироновым организует на нижней площади в станице Усть-Медведицкой митинг с целью агитации против существующей власти. За агитационные выступления против власти Крюкову и Миронову было запрещено проживание в пределах Области Войска Донского[7]. Казаки ст. Глазуновской неоднократно отправляли прошение войсковому наказному атаману о снятии позорного запрета. Но тщетно. В сентябре 1906г.Крюков привлекался вместе с подъесаулом Ф.К. Мироновым (усть-медведицкой полицией к суду за «произнесение речи преступного содержания», но был оправдан мировым судьей (см. Б.п., Станица Усть-Медведицкая, «Донская жизнь», 1906,)

Судебная палата, обратилась к военному министру Редигеру, прося его позволения отдать под суд подъесаула Миронова Филиппа Козьмича.Однако масонское лобби в думе надавила и судебная палата ограничилось более «мягкими», то есть успокоительными мерами. Распоряжением Главного управления казачьих войск Генерального штаба от 30 сентября 1906 года за № 22182 подъесаул Миронов был не был отдан под суд, а всего лишен офицерского чина, пожизненного дворянства и отчислен из казачьих войск в запас. Всё это было обставлено как уступка требованиям казаков.

Из письма Главного управления казачьих войск[8]

«30 сентября 1906 г. № 22182,

С.-Петербург, на № 16482

По делу о противоправительственной деятельности состоящего на льготе в комплекте Донских казачьих полков подъесаула Миронова. Секретно.

Войсковому Наказному Атаману Войска Донского По докладу Военному Министру дела о противоправительственной деятельности состоящего на льготе, в комплекте Донских казачьих войск-полков, подъесаула Миронова, — Его превосходительство приказал, что ввиду подобной деятельности сего обер-офицера едва ли допустимо дальнейшее нахождение его в комплекте Донских казачьих полков, из коего он может попасть на службу в один из действующих полков и в последнем оказать вредное влияние на нижних чинов, — изволил приказать сообщить Вашему сиятельству, что подъесаула Миронова следует представить к увольнению в административном порядке, в том случае, если по окончании о нем судебного дела подтвердится его антиправительственная деятельность. О таковом приказании Военного Министра имею честь уведомить Ваше сиятельство.

Начальник Главного управления генерал-лейтенант Щербаков-Неродович.

Начальник отделения Генерального штаба: полковник Крюгер

29 октября 1906 г. был подписан Высочайший приказ, которым объявлялась "высочайшая благодарность всем чинам казачьих частей, несших службу внутри империи и отпущенных ныне на льготу, за их отличную, неутомимую и самоотверженную службу". А тем временем казаки в разных краях России несли ощутимые потери в борьбе с революционным террором.Так в Полтаве 4 ноября 1906 г четырьмя револьверными выстрелами революционерами был убит начальник 9-й пехотной дивизии генерал-майор Пётр Васильевич Полковников, из донских казаков станицы Кривянской. 17 января 1907 г в Санкт-Петербурге был убит подъесаул 28 Донского казачьего полка Дмитрий Белоглазов. Только в 1906г. из лейб-гвардии Казачьего полка было исключено с формулировкой "за смертию" восемь нижних чинов, а, кроме того, из обоих донских казачьих гвардейских полков - Атаманского и Казачьего выбыло по болезни (вызванной удачным попаданием булыжника, метко брошенного из подворотни по проезжавшему казачьему разъезду) около восьмидесяти человек. Потери, не уступающие тем, что несли казачьи полки, воевавшие с японцами. Были потери и другого свойства. Так приказом по 1-й Гвардейской кавалерийской дивизии № 146 от 29.12.1906 г. лишены звания нестроевого старшего разряда "за несоответствующее этому званию поведения" Виктор Ковалёв, Кременской станицы, и Георгий Кременсков, станицы Старо-Григорьевской, оба 1902 г. переписи. Приказом по 1-й Гвардейской кавалерийской дивизии №12 от 5.02.1907 г. звания урядника был лишён, "как несоответствующий таковому, трубач л.-гв. Ааманского Е.И.В.Г.Наследника Цесаревича полка Михаил Горбачёв, переписи 1898, станицы Ново-Александровской".31 октября 1905 г. в Одессе толпа евреев, уничтожая государственные эмблемы, захватила Думу и провозгласила «Дунайско-Черноморскую республику» во главе с евреем Пергаментом. Предлагалось «очистить» земли Дона и Кубани от казаков и передать еврейским поселенцам.

А вот отношение власти к Филиппу Кузьмичу разительно отличается от отношения власти к Фёдору Крюкову. После подписания Ф. Крюковым в г.Выборге. в гостинице "Бельведер" «Выборгского воззвания»[9], он отбыл 3-х месячное тюремное заключение в столичной тюрьме Кресты. Осужден был по ст.129, ч.1, п.п.51 и 3 Уголовного Уложения. В 1907г. за участие в революционных волнениях Крюков административно выслан за пределы Области Войска Донского на несколько лет. Ему было запрещен заниматься преподаванием. Выручил друг детства металлург-ученый Николай Пудович Асеев, устроив его помошником библиотекаря в горном институте. Тем не менее Федор Дмитриевич регулярно, два-три раза в году приезжал в свой "угол" ст. Глазуновскую. Крюков всегда сохранял активный интерес к станичной жизни, непосредственно участвовал в ней, реально помогая землякам в разрешении возникавших трудностей. А вот его так называемый друг и соратник по партии Филипп Кузьмич вопреки запрещению о проживании в пределах Области войска Донского не только не был выслан, но он не подвергался ни каким гонениям. После возвращения в Усть - Медведицкую станицу - Миронов, надев офицерский мундир, который он имел право носить только до 30 сентября 1906г., взялся развозить воду. Однако развозил воду он не долго Наоборот пошёл в гору. Именно с тех пор он больше уже не только не арестовывался за политическую деятельность , но и стал продвигаться по гражданской службе. Уже в 1907г его пристроили смотрителем рыбных ловен. .Возникает вопрос почему? А потому наверное, что Филипп Кузьмич в отличии от православного Крюкова сектант, а следовательно находится под негласным покровительством масонов. а так же пользуется "думскими завязачками", сделанныими им ещё в 1 государственной Думе. Да и кроме того наверное Филипп Кузьмич сливал заинтересованным лицам информацию как о Фёдоре Крюкове так и партии энесов,.и их связей на Дону. В 1910 г., во время волнений собранных на лагерные сборы казаков Хоперского, Усть-Медведицкого и Верхне-Донского округов он получил повышение. Его вызвали в Новочеркасск и назначили начальником земельного стола областного управления. Под прикрытием своих духовников масонов Миронов не прекращает свою политическую деятельность, но при этом он и не арестовывается. Так он публично выступает против некоторых вековых традиций казачества, но это ему сходит с рук. В частности, он за продажу общинной земли приезжим. То есть он за разрушение замкнутости казачьего сословия. Торговля же землёй, способствовала развитию капитализма в Области Войска Донского и могла привести к расколу казачества, упадку сельского хозяйства, и к спекуляции плодородными землями. В 1912 г. Миронов пытаясь, решить проблему земельных паёв с мировоззренческих позиций донских молокан, разрабатывает и передаёт по инстанции проект перераспределения земельных паёв казаков за счет помещичьих земель и владений коннозаводчиков. Однако этот проект не получает поддержки. Но Филипп Кузьмич не унывает и на этом не останавливается. Он твёрдо знает. Борьба за власть на Дону и в Российской Империи ещё впереди!

Сергей Гончаров


[1] Евгений Лосев " Миронов" Жизнь замечательных людей., Молодая гвардия, 1991.

[2] Федор Крюков Шквал «Русское Богатство», 1909, № 11–12

[3] Федор Крюков" В гостях у товарища Миронова" (рассказ подхорунжего Бориса Зеленкова)«Донские ведомости», 1919: № 11. 13/26 янв. С. 4–5; № 16. 19 янв. (1 фев.). С. 3–4

[5] Евгений Лосев " Миронов" Жизнь замечательных людей., Молодая гвардия, 1991.

[6] Евгений Лосев " Миронов" Жизнь замечательных людей., Молодая гвардия, 1991.

[7] Великий русский писатель Федор Крюков - страницы жизни писателя (биография) http://www.liveinternet.ru/users/3286205/post178474373/

[8] Евгений Лосев " Миронов" Жизнь замечательных людей., Молодая гвардия, 1991.

[9] Дело о Выборгском воззвании. Стенографич. отчет о заседаниях Особого присутствия С.-Петербургской судебной палаты 12-18 дек. 1907 г., СПВ, 1908;

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 295 участников
Присоединиться к группе