Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Статьи по вопросам казачества

Дорога на хутор Акимовский

вкл. . Опубликовано в Казачество Просмотров: 4187

Приведу такой пример, уже из маминых воспоминаний. Её тётка Елизавета Михайловна всю жизнь дружила со своей дальней родственницей и соперницей в учёбе Зинаидой (в крещении – Зиновией) Ермольевой. Сначала – в гимназии, а затем – в московском мединституте (женских высших курсах). Институт Елизавете пришлось бросить и помогать матери, а подруга окончила и стала медицинским светилом – изобретательницей советского пенициллина. И вот, уже после Великой Отечественной войны, мама и бабушка лечатся в санатории в Сочи, где работает зав. рентгеновским кабинетом тётя Лиза. Туда же, и её подруга Зинаида Виссарионовна, всесоюзно известная профессор-микробиолог, привезла свою совершенно дряхлую мать. К этой старушке в кресле-качалке подвели и представили маму и та изрекла: «Так это ты Мишаткиного сына дочь?!». Степень родства здесь такая: согласно генеалогической схеме С. Корягина, приведённой на С.16 (вып. №58 «Антоновы и другие») дед этой женщины (Александра Гавриловна, 1867 г.р.) – Иван Афанасьевич – приходился троюродным братом Василию Ерофеевичу. Таким образом «Мишатка», будучи почти ей ровесником, являлся как бы племянником.

Пора, вероятно, для лучшего понимания читателем внутриродовых отношений новогригорьевских Антоновых, обрисовать их «древо». У Прохора Васильевича было шестеро детей: четыре сына и две дочери. От троих его сыновей (Конона, Иова и Прокофия) берут начало три офицерских (и, со временем – дворянских) рода, которые в следующих поколениях также ветвились. Отмечу, что «Алфавит донских казачьих родов», СПб. 2001, составленный С.Н. Борисенко и А.А.Шумковым знает в Новогригорьевской только два рода, - Прокофьевичей и Коновичей, но это неверно.

Иовичи по мужской линии прекратилась в третьем поколении. У Конона было два сына, Потап и Афанасий; от первого ветка также завершилась внуком Ильёй, зато от четырёх сыновей второго продолжалась и ветвилась до революции, дав к этому времени восемнадцать человек. Таким образом, к 1914 г., если верить упрощённой схеме Сергея Корягина, абсолютное большинство новогригорьевских Антоновых составляли потомки Афанасия Кононовича.

Среди антоновской «родовы» встречалось, впрочем, как и повсюду на Дону, немало достойных, храбрых офицеров. По их послужным спискам можно изучать отечественную военную историю. Упомяну предельно кратко лишь самых выдающихся.

Иов Прохорович. р.ок. 1775. В службе с 15.9.1794. В полку полковника М. Орлова с 10.5.1796 по 1797 – в Персии и Грузии (поход В. Зубова? Ю.С.). Урядником в полку полковника Бузина с 15.5.1798. В Литовской губернии – 1798 – 1803. Произведён в хорунжие 10.10.1799. В полку полковника Андриянова 2-го с 12.7.1805. Участник войны с французами в 1805. В 1806-1807 гг. в Подольской и Волынской губерниях – кордонная служба по границам с Турцией и Австрией. С 1808 г. в Молдавской армии, в действительных сражениях: Измаил, Исакчи. Сотником с 9 декабря 1808 г. В 1810 г. в сражениях при Гирсово, Базарджик, - за отличие в деле 22 мая награждён Золотым знаком (Военого ордена? Ю.С.) – Плевно, Ловчи, Балканы. За Ловчи 31.01.1811г. награждён орденом Св. Анны 3-й степени. Затем – по границе с Турцией. Произведён в есаулы 16 марта 1812 г. Участник Французской кампании 1812 – 1814 гг.. в действительных сражениях: Борисов, Лимздорф, Мариенверден, Люнебург – за отличие 2 марта 1813 г. (при взятии города) и истребление корпуса генерала Морана награждён орденом Св. Владимира с бантом. Пруссия, Саксония, Ораниенбаум.

Жена – дочь штаб-офицера Ефимия Семёновна. Отставка войсковым старшиной 11.3.1823.

Потап Кононович, из дворян, р.ок. 1790 г. В службе казаком в Атаманском полку с 25.1.1809 г. Участник Французской кампании 1812 – 1814 гг. В действительных сражениях: Мир, Романов, Смоленск, Полоцк, Бородино, Можайск, Смоленск. Вильно – за отличие урядником с 9 июня 1813 г.; Бауцен, Дрезден,, Теплице, Альтенбург, Лейпциг, Франкфурт, Санс. Немур – за отличие награждён Знаком отличия Военного ордена; Сезанн – за отличие произведён в хорунжие 25.2.1814 г. В полку Бегидова с 17.11.1828 г.: участник Русско-Турецкой войны 1828 – 1829 гг. В действительных сражениях: Журжи; за отличие при Щегарцах награждён орденом Св. Анны 4-й степени; Турно -23.9.1828 г. – ранен пулей в щёку навылет. Произведён в есаулы 11.3.1829 г. В 1829 – 1831 гг. – по Дунаю; в боях с турками; за отличие награждён Св.Анны 3-й ст. с бантом. В полку №11 с 13.8.1834 г.: в Отдельном Кавказском корпусе по р. Аракс, кордонная служба по границам с Персией и Турцией. Войсковым старшиной с 22.10.1837 г. В полку №37 Ежова с 18.5.1840. Имущество родовое – дом во2-м Донском округе. Жена – дочь казака Прасковья Аврамовна. Награждён орденом Св. Владимира 4-й ст., отставка за ранами полковником с мундиром с 1848 г.

Кондрат Ивлиевич, из дворян р.ок. 1814 г. В службе казаком с 1.1.1832. Урядником – с 16.2.1832 г. В полку №3 Быхалова 1-го с 29.9.1835 г. по 18.1.1840 г.: Грузия. В полку №3 Авилова с 25.5.1842 г. Крым. Переведён в полк №20 Шрамкова (затем Бакланова), в котором состоял с 15.12.1845 г. по 13.8.1850 г.: кавказская линия, в действительных сражениях. Произведён в хорунжие 11.3.1846 г. (33 лет отроду). Сотником с 29.4.1851 г. В полку №18 Абакумова с 15.5.1851 г. по 5.7.1852 г. Кавказская линия, в боях. В полку №56 Золотарёва с 27.4.1854 г. В полку №61 Жирова (затем графа Орлова-Денисова) с 1.7.1854 по 30.9 1856 г. по берегам Азовского моря, Крым, в действительных сражениях с англо-французами. Евпатория – за отличие награждён орденом Св.Анны 4-й ст. В полку №9 Ежова с 14.5.1858 г. по 30.4.1861 г. Польша.

Жена – дочь священнослужителя Бурыкина Александра Васильевна. Имущество приобретённое в Усть-Медведицком округе – 1 душа и 2 дома.

Иван Афанасьевич, из дворян, р. Ок. 1809 г. В службе казаком с 1.1.1828 г., В полку №57 Буюрова с 23.5.1831 г. по 17.7.1835 г.: в Новороссийской и Киевской губерниях. В Учебном полку с 6.5.1839 г. по 1.5.1841 г. Урядником с 6.12.1839 г. В полку №51 Катасонова с 17.6.1841 г. по 6.4.1846 г.: Финляндия. В полку №48 Грекова с 9.4.1848 г. по 20.10.1852 г.: Бессарабия; участник Венгерской кампании 1849 г., в действительных сражениях; за отличие при г. Германштадте произведён в хорунжие 14.5.1849 (лет отроду). Награждён серебряной медалью в память Венгерского похода 1849. Сотником – с 19.3.1854 г. В полку №11 Хритонова с 21.7.1854 г. по 12.6.1856 г.: Имеретия. Награждён бронзовой медалью в память Восточной войны 1853-1856 гг. В полку №30 Недорубовского с 3.8.1859: Кавказ. Произведён в есаулы 19.6.1860 г. Жена – дочь казака Гардеева Мария Васильевна.

Михаил Михайлович, из дворян, р. 1829 В службе казаком с 1.1.1848 г. В полку №39 с 9.5.1853 г. Участник Восточной войны 1853 – 1856 г., в боях. Урядником с 30.8.1854. В Севастополе с 13.9.1854 г. по 28.8.1855 г. За отличие в делах при защите Севастополя произведён в хорунжие 23.12.1854 г. Медали за Севастополь и в память Восточной войны. Состоял в полку №53 по 27.9.1856 г. В полку №16 с 18.8.1858 г. по 22.9.1961 г. Серебряная медаль «За покорение Чечни и Дагестана». Сотником с 13.6.1860 г. в полку №14 с 26.8.1862 г. по 30.11.1866. Награждён крестом «За службу на Кавказе». Произведён в есаулы 4.1.1870 г. В полку №3 с 9.6.1880 по 18.10.1883 г. Награждён орденом Св. Владимира 4-й ст. с бантом «За 25 лет безупречной службы» - 22 сентября 1881 г.

Жена – дочь урядника Попова Анна Васильевна. Имущество потомственное – 200 десятин земли.

Гавриил Иванович, из дворян, р. 1845 г. В службе – с 1.1.1864 г. В полку №2 с 29.5.1869 г. по 15.9.1871 г. Урядником – с 30.8.1870 г. В полку №24 (ныне №4) с 16.5.1872 г. по 30.7.1879 г. Юнкером с 31.8.1872 г. Окончил Виленское пехотное юнкерское училище по 2 разряду. Произведён в хорунжие 8.10.1874 г., в сотники – 9.8.1877 г. Участник Русско-Турецкой войны. В действительных сражениях: Плевна, Горный Дубняк, Дольний Дубняк; за отличия в делах награждён орденами Св. Анны 4-й ст., - 21.6.1878 г. и Св. Станислава 3-й ст. с мечами и бантом – 20.9.1879 г. В полку № 15 с 4.5.1883 г. В Офицерской кавалерийской школе с 25.2.1884 г. по 4.10.1885 г. Произведён в подъесаулы 24.10.1885 г. Состоял в полку №15 по 4.10.1886 г. Есаулом с 24.9.1889. В полку №5 с 6.2.1892 г. Награждён орденом Св. Анны 3-й ст.

Жена – дочь урядника Алимова Татьяна Ерофеевна. Отставка с чином войскового старшины и мундиром 19.4.1900.

Виссарион Иванович, из дворян, р. 181843 г. В службе казаком 1.1.1862 г. В Учебном полку с 1.5.1865 г. Урядником с 27.3.1866 г. В полку №61 с 10.6.1867 г. Юнкером Новочеркасского казачьего юнкерского училища с 22.10.1869 г. Произведён в хорунжие 6.10.1871 г. В полку №17 с 19.12.1871 г. Заведующий оружейной мастерской 4 военного отдела с 20.3.1875 г. Произведён в есаулы 30.11.1881 г. Заседателем Усть-Медведицкого окружного полицейского управления с 1.8.1885 г. Заседателем управления окружного атамана Донецкого округа с 1.10.1887 г. Приставом Ростово-Нахичеванской городской полиции с 1.1.1888 г. Награждён орденами Св. Станислава 3 ст. – 6.5.1890 г. и Св. Анны 3 ст. – 6.5.1894 г.

Жена – дочь хорунжего Козловцева Мавра Михайловна, дети: Евдокия 1864 г., Агафья, Анна -1867 г. Имущество за женой потомственное – 120 десятин земли.

У Прокофия Прохоровича, как уже упоминалось выше, было трое сыновей. На схеме Корягина – почему-то двое – Ерофей и Алексей (от неуказанного Дометия, возможно, не осталось детей). Потомство георгиевского кавалера, хорунжего Алексея, служившего в Грузии и Польше, участника Русско-Персидской и Русско-Турецкой войн, по мужской линии прекратилось внуком Василием 1855 г.р. От урядника Ерофея родился упомянутый выше мой прапрадед Василий, у которого были дети: Иван 1853, Пётр 1855, Анна и Василий 1863, указанные в последнем послужном списке отца, а также не указанный младший – Михаил, что подтверждает письмо Надежды Михайловны. По этой причине С. Корягин, встретив немало свидетельств о Михаиле Васильевиче, лишь предположил, что он может быть сыном новогригорьевского Василия Ерофеевича.

Об этой, самой близкой родне Михаила Васильевича почти нет информации. Известно, что старший брат Иван умер и оставил хозяйство на Акимовском Михаилу, а также, по схеме С. Корягина, что у него был сын Василий 1891 г.р. Из этого же источника известно, что Иван Васильевич окончил Виленское пехотное юнкерское училище по второму разряду, награждён серебряной медалью в честь коронации Александра III. Службу начал в 22 полку, ещё рядовым, в 1872 г. С 1875 г. – юнкер (в полку). В хорунжие произведён 16 .4.1878 г. Службу первоначально проходил в полку №3. В сотники произведён в 1880, есаулом стал в 1889. С февраля 1894 – в №4-м, Платовском полку (как и младший брат). В 1899 стал станичным атаманом. Жена – дочь полковника Голубинцева Надежда Алексеевна. Вышел в отставку с чином войскового старшины в 1906 г.

Другой брат прадеда – Пётр, умер бездетным, двадцати девяти лет отроду. Он также окончил Виленское пехотное училище. Участник Русско-турецкой войны, на которую попал ещё портупей-юнкером, неоднократно отличался в боях. Награждён орденами: Св. Анны четвёртой степени (анненский темляк), Станислава третьей, серебряной медалью в память войны и румынским железным крестом за переход Дуная. Хорунжий с 15.11.1878. Сотник с декабря 1880. Служил во всё том же, «семейном» четвёртом полку. Умер 5 мая 1885 г. Не отсюда ли – рассказы о георгиевском кавалерстве в годы Русско-Турецкой войны.

О детях Анны и Василия и племянника Василия, о их судьбах неизвестно пока ничего. Впрочем, в разысканиях Карягина относительно седьмого поколения Антоновых (конец XIX– начало XXвв.) встречаются два Василия – неизвестно, какой станицы. Один – просто Василий – из юнкеров Новочеркасского училища произведён в прапорщики 1.2.1915 г.(т.е. примерно 1894 -1895 г.р. Ю.С.). Служил в 4-м Донском отдельном казачьем батальоне. С 13.2.16 г. – хорунжим, с 2.ноября т.г. – сотником. За отличия в боях награждён Анной 3 ст. с мечами и бантом. Другой – как раз Василий Иванович, но1890 г.р., окончил Новочеркасское же училище хорунжим с 1.9. 1917 г. Служил у белых, на август 1920 г. состоял в офицерском резерве, из коего исключён в отставку по болезни сотником. Этот мог и не эвакуироваться; в таком случае, он скорее всего погиб с приходом красных.

Там же, на С.37., содержится интересная информация об оказавшихся в эмиграции дочерях Михаила Васильевича: «…Зинаида, Лидия… - во ВСЮР (сёстрами милосердия? Ю.С.) Эвакуированы в декабре 1919 г. – марте 1920 г. На май 1920 г. в Югославии. На 16 июля 1920 г. – в Донском Мариинском институте в Югославии (Волков ГАРФ,ф.5982, д.177,179. Списки эмигрантов)».

Старая фотография сохранила облик моей прабабушки Евгении Николаевны, урождённой Плетнёвой, рядом с внушительным мужем, в окружении сыновей и дочерей – подрастающих и совсем маленьких. Нет лишь точной даты на переснятом фото. Поскольку дети ещё не все «в сборе», т.е. не родились трое последних (ещё одна девочка – близнец Васи умерла), можно предположить, что это примерно 1907-8 гг.

Какой она была после смерти мужа? В 1992 г. встреченная нами в Чернополянском дедушкина ровесница, Мария Матвеевна Воронкова, ныне покойная, вспоминала: «Жили Антоновы в зелёном домике с голубыми ставнями. Ходила она (Евгения Николаевна) всегда в длинном чёрном платье, бегусенькая такая, к нам за нардеком заходила. Дочки её у нас в школе учительницами были».

О роде прабабушки тоже следует сказать. Хотя бы кратко. Плетнёвы были таким же офицерским родом донских дворян. Как и архивные дела о дворянстве Антоновых, дела о дворянстве Плетнёвых хранится в фонде Департамента Герольдии в ЦГИА (ф.1343, опись 27, дела 3401-3403). Гнездо их – соседняя Старогригорьевская. Дворянство получили (именно эта ветвь – на десять лет позже – в 1850 году) по заслугам прадеда такого же ветерана наполеоновских войн и кавалера российских орденов. В роду было двое войсковых старшин, все остальные представители – обер-офицеры. Все служили – в Царстве польском, Грузии, стерегли границы «у содержания кордонов», на Кавказской линии, сражались в войнах с турками и поляками. Одного офицера из этого рода упоминает Адриан Карпович Денисов в конце восемнадцатого века в своих мемуарах. Сотник Плетнёв награждён орденом за первую войну с Наполеоном. Хорунжий Плетнёв погиб в 1812 г и увековечен на мраморной плите в храме Христа Спасителя. Так же как и у Антоновых, этот род уходит в восемнадцатый век и теряется в нём, не оставляя каких-либо преданий. Принципиальная разница лишь в том, что дворян Плетнёвых в России несравненно больше, чем на Дону (всего два рода), а Антоновы – все донские дворяне (9 родов – соответственно – дел о дворянстве) и лишь единственное исключение – один род дворян Псковской губернии (по данным фонда б. Департамента Герольдии Ю.С.).

Пожалуй, наиболее выдающимся из Плетнёвых стал брат Евгении Николаевны Александр 1876 года рождения. Окончив Донской кадетский корпус и Константиновское артиллерийское училище, он послужил в донских батареях, а затем поступил в Александровскую военно-юридическую академию. По окончании её служил воспитателем в родном корпусе, а с двенадцатого года – преподавал правоведение и историю в Новочеркасском казачьем юнкерском училище. Сведений о его участии в Мировой войне нет, зато, благодаря изысканиям профессора А. В. Венкова известно, что в Гражданскую войну он служил в штабе Донского войскового атамана и даже возглавлял военно-судную часть Войскового штаба, став на этой должности полковником. По сведениям Надежды Михайловны – депутат Войскового Круга. Последний раз упоминается в Болгарии, в 1933 г., в качестве старшего группы Атаманского военного училища. Однако, по словам троюродного брата автора, внука Зинаиды Михайловны Антоновой Сергея Иванова, Александр Николаевич благополучно дожил в Болгарии до конца пятидесятых годов.

Колоритной фигурой был и их отец – титулярный советник Николай Петрович, женатый на крещёной калмычке Надежде, в честь которой назвали потом одну из дочерей Евгении Николаевны. В 1860 году он поступил на только что открытое педагогическое отделение Донской войсковой гимназии. Через год его окончил со званием учителя станичных училищ и стал одним из первых четырнадцати профессиональных педагогов в донской глубинке, возглавив Усть-Медведицкое приходское станичное училище. В том же году получил чин урядника, а через восемь лет – «за усердие» - первый классный чин губернского регистратора. Перебравшись в Новогригорьевскую, Николай Петрович, в конце концов, дослужился до своего «потолка» - чина титулярного советника (равного капитану). Пребывая в этом высоком звании и, надо полагать, сознании своей исключительности (не офицерам чета, коих в любой станице по нескольку), он отказал соискателю руки его дочери –хорунжему Антонову. Однако это не остановило молодых людей. Сей счастливый брак всё же состоялся – «убёгом». Столь дерзкое нарушение родительской воли повлекло полный разрыв отношений молодых с отцом жены. Лишь после смерти зятя Николай Петрович начал помогать семье дочери.

В заключение приведу, как приложение, упомянутое выше письмо дедушкиной сестры тёти Нади, поскольку оно, главным образом посвящено Плетнёвым и их «Платовской легенде». Написано оно в 92 году, в ответ на вопросы моего дяди Владимира Дмитриевича Моисеева. Письмо, помимо множества интересных подробностей содержит ошибки, сознательные искажения и умолчания. Сохраняю его без редактирования, исключая места, содержащие события уже описанные в данном тексте, с точностью до буквы. Очевидные ошибки и места, требующие примечаний обозначаю звёздочками (*).

«Вера Плетнёва – это родная дочь брата моей мамы Евгении Николаевны Плетнёвой – Александра Николаевича Плетнёва. Он был членом Войскового круга области Войска Донского. Был он в звании генерала*, окончил Военноюридическую академию. Он был нам родной дядя по маме. Жил он в Новочеркасске с дочерью Верой и с Лидией Ивановной Дроновой, наследницей знаменитого конзавода лошадей донской породы. Жена его, мать Веры, умерла от туберкулёза в Ялте, где она жила несколько последних лет. Вера, (совсем маленькая) жила с отцом и Лидией Ивановной. Были мы с Верой ровесницами и дядя Саша попросил маму прислать меня к ней. Было нам лет по семь. Лиза привезла меня к нему. Это уже после смерти папы. Вскоре началась гражданская война. Перед этим дядя Саша устроил меня в Донской институт. В начале гражданской войны Новочеркасск переходил из рук в руки и после второго раза Александр Николаевич уехал в Чехословакию* и очень скоро там умер*.

Вера Плетнёва – наша двоюродная сестра осталась в Новочеркасске с Лидией Ивановной и доживала со своей дочерью, и давно уже умерла тоже в Новочеркасске, никуда не выезжая. Я уже сказала, перед событиями дядя Саша поместил меня в Донской институт, как раньше назывался Институт благородных девиц, где уже учились две мои старших сестры Зина и Лида. Их потом увезли во Францию** а меня к маме на Акимовский хутор на Дону. Я сильно тосковала по маме. Дома с мамой были т. Таня, Вася и Лёня, потом приехала Лиза. И вот я долго с удивлением вспоминала, что дядя Саша каждую субботу приходил в институт и брал нас к себе на воскресенье, а меня, такую маленькую, в день поступления подвёл к институту, остановился, в аллее, дал мне в руки какие-то бумаги, показал на дверь и сказал: «теперь иди туда сама и отдай эти бумаги».

В дверь эту заходили очень нарядные люди с девочками. Я была очень застенчива и не решалась спросить его, почему он со мной не идёт. А теперь Ефим (муж Ю.С.) объясняет мне – потому что там были две моих старших сестры и меня могли не взять. Я пошла, швейцар, также, как и другим, открыл вторую дверь

Я подала бумаги даме, что сидела за столом. Она посмотрела их и передала другой. Переговорили о чём-то, подозвали пепеньеру** (институтка, сдающая на аттестат зрелости), что-то сказали ей также по-французски. Она взяла меня за руку, отвела к таким же девочкам, как и я. Классная дама отвела к нас, где нас переодели в форму (тёмнозелёное платье, длинное, камлотовое с белыми рукавами, подвязанными к нему белым фартуком и белой пелериной с красными бантами). Пепеньера эта Зоя Ежова, отличница, красавица, потом мой шеф. Судьба этой Зои сложилась в высшей степени трагично, как и её подруги Вари Крузенштерн, тоже пепеньеры. Училась я там отлично, потому и была как бы прикреплена к ним.

Дома оставалась т. Таня. В Донской устроить четвёртую, наверно, было уже невозможно, и, как рассказывала потом Ваша мама, т.е. Лиза, дядя Саша обратился в Смольный на основании разрешения учить детей по льготе за М.И. Платова по линии Плетнёвых, известного по войне 1812 г., того самого атамана, командира и графа (потом и основателя Новочеркасска), за которого благодарное отечество дало право учить на казённый счёт всех его потомков. Смольный сразу же принял тётю Таню. Потом он был эвакуирован из Петрограда в Новочеркасск. Я видела смолянок на прогулке по Новочеркасску в воскресенье. Вела их начальница, говорили, что это знатная княгиня. Но вид у неё был очень простой женщины, в платке, просто одетой. * В Королевство сербов, хорватов и словенцев (Югославию) Ю.С.

* Правильно – пепиньерка (от франц. Pepiniere- питомник. В.Д. Моисеев )

Она шла впереди. А когда Новочеркасск опять был перед событиями событиями,Донской институт увезли во Францию, а княгиня категорически отказалась уезжать сама и ни за что не дала детей. Смольный остался в России*(?! Ю.С). Дядя Саша с удовольствием рассказывал, что девочки в Смольном (м.б. из Смольного Ю.С.?) стали упрекать Таню, что она не княжна, не графиня, на что Таня, очень гордо и резко ответила: «Это мой дедушка граф Платов этот дом построил. Вы в моём доме, а не я в Вашем!». Княгиня была в восторге, как сказал дядя Саша**.

О том, на каком собрании была Лиза в Войсковом Кругу и кто её туда проводил, я ничего не знаю. А если у неё был пропуск, как ты говоришь и интересуешься, кто его достал, то, думаю, что, конечно, дядя Саша.

Дядя Саша… …был человеком обеспеченным. Надо думать, что и он, и Лидия Ив. Дронова были люди обеспеченные. Помню, когда первый раз в Новочеркасск вошли красные, к ним в дом (я тогда была у них) вошли человек 8 солдат, просто мужчин, их дядя Саша и Лидия Ивановна хорошо приняли, угощали, все были спокойные, любезные, а потом вышли из-за стола, походили по комнатам, постучали по стенам, и в руках у них оказалось много золотых вещей и рублей. Потом они шеренгой прошли по саду, штыками пробовали землю и так же вынимали зарытые предметы и ушли будто доброжелательно. Это было при первом их занятии города. Во второй раз они вели себя совсем иначе и тогда после этого многие уехали за границу. Что делал папа после его отчисления из полка**, чем содержал такую большую семью? Жить ему разрешили на хуторе Акимовском на левом берегу Дона, поблизости от станиц Клетской (во время последней войны ужасное направление), Перекопской, Кременской. Железная дорога – станция Арчада – хутор Фролов, большое торговое село в 40 километрах. На Акимовском папе досталось наследство от старшего брата: маленький домик – 2 комнаты, летняя кухня, погреб, сарай, конюшня, 20 – 25 ульев, амшаникдля них. В хуторе 13 дворов. Пески!! Какие пески вверху, внизу лес и Дон.

 

_________________________________________________________________

**Хотите верьте, какзаки, хотите – нет, но это автор не придумал. Так написала покойная Надежда Михайловна, и то же повторял мой дед, и с тем же убеждением уехала за границу Катина и Сергеева бабушка Зинаида Михайловна. И что мне с этой неразрешимой загадкой делать? Может, кого из донских историков она заинтересует(Ю.С.).

**Послужной список М.В. Антонова не содержит упоминаний о каком-то экстраординарном отчислении(Ю.С.)

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 295 участников
Присоединиться к группе