Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Статьи по вопросам казачества

Дорога на хутор Акимовский

вкл. . Опубликовано в Казачество Просмотров: 4110

Детей в семье Антоновых родилось много, даже и по тем временам: Пётр – 5 февраля 1895, Елизавета – 2 сентября 1896, Владимир – 22 мая 1898, Павел – 22 января 1901, Зинаида – 22 декабря 1902, Лидия – 25 марта 1905, Надежда – 2 ноября 1906, Татьяна 12 января 1909, Василий 31 декабря 1910, Алексей – 10 сентября 1912. Кроме того, в книге С. Корягина упомянут неизвестный автору Николай, родившийся 23 ноября 1899 г., по-видимому, умерший в младенчестве. Ещё одна девочка, близнец Василия, родилась мёртвой.

Все выжившие дети росли в заботе и ласке, всем родители постарались дать образование, однако, со слов троюродного брата Сергея Иванова – внука Зинаиды Михайловны, известно, что старших своих сыновей атаман воспитывал сурово. К примеру, плавать их учил весьма рискованным образом: сажал в лодку, вывозил на реку и бросал, как котят, в воду – плывите! Мальчики получали воинское воспитание, уже подросткам отец каждому покупал шашку и охотничье оружие.

В 1913 Михаил Васильевич оставил свой пост, поменяв его на должность эконома войсковых богоугодных заведений. Шаг вполне объяснимый, если учесть, что в столице Войска в это время учились сыновья Владимир и Павел – в кадетском корпусе и дочери Зинаида и Лидия – в Донском институте и Мариинской гимназии, туда же предстояло поступать и младшим. В этой, сугубо мирной, должности и застала его война.

По мобилизации прибыл есаул Антонов на станцию Михайловка, где формировался второочередной 32-й Донской казачий полк. Как старший из есаулов он принял первую сотню и отправился во главе первого эшелона полка на фронт под Люблин, куда и прибыл через три дня. Провоевал прадед менее трёх недель, оказавшись одним из первых погибших в своей части. Его раненая лошадь, как свидетельствует полковой Журнал боевых действий, была направлена на лечение в Новоград-Волынский конский госпиталь, после чего возвратилась в полк к новому хозяину, а седло, облитое запёкшейся кровью, вместе с другими личными вещами было с посыльным казаком доставлено вдове.

Останься Михаил Васильевич в живых и не приходится сомневаться, что в скором времени он, будучи старшим среди командиров сотен, занял бы место заместителя командира полка, а к 17-му году и командира. Думается, что в этом случае едва ли Филиппу Кузьмичу Миронову, прибывшему в этот самый 32-й полк в 16-м году, удалось бы захватить в нём власть, как это случилось в действительности.

Наверное, это благо, что прадед, как вскоре и самый старший из его сыновей – Пётр погиб в бою за Отечество (в ноябре 1914 г.) и не дожил до братоубийственной Гражданской. Ведь очевидно, на чьей стороне он оказался бы, а так дедушка всегда и не без гордости, мог упоминать о нём в своих автобиографиях. В противном случае - это имело бы для семьи самые пагубные последствия. Не участвовал в Гражданской и следующий по старшинству брат Володя, окончивший в 1916 году ускоренный курс Николаевского кавалерийского училища прапорщиком и пожелавший служить, как и Паша, всё в том же роковом 32 полку. Он, уже хорунжим, застрелился летом 17-го вместе с товарищем, после того, как его приказы перестали выполнять пошедшие за Мироновым казаки. По словам дедушки, стрелялись они вместе - на счёт «три». Владимир выжил после первой попытки, так как выстрел произошёл в фазе сжатия сердца, и пуля лишь порвала сердечную сумку. Выйдя из госпиталя, Володя стрелялся повторно – уже насмерть.

Кстати, из первой сотни после революции в родные места вернулись всего четверо казаков, начинавших войну под командованием Михаила Васильевича. Четверо из ста сорока! Геноцид это или нет? Пусть спорят, кому интересно, но, очевидно, что это - запедельный надлом народа, и привычное слово - «трагедия» - кажется рядом с таким фактом слишком бледным.

Из тех четверых земляков - трое нередко помогали осиротевшей семье командира, а четвёртый со временем превратился во врага-злопыхателя. Не мало тогда было во власти людей такого сорта, для которых недавняя возможность в условиях революционного беззакония по произволу вершить суд и расправу казалась звёздным часом. Ревкомы и комбеды были уже отменены, но ревкомовцы и комбедовцы в исполкомах остались. Так и говорили: «А если бы Михал Василич остался жив и пришёл с полком на Дон - это был бы второй Голубинцев!».

Как и мой дед у своего отца, так и тот у своего был поздним ребёнком, и сиротой он оказался малолетним, да к тому же и круглым. Из письма дедушкиной сестры Надежды Михайловны известно, что овдовев, его мать Федосья поехала хлопотать за сына «с прошением на коронацию царя» (может быть, Александра III? Ю.С.), но в дороге погибла при каком-то бедствии в числе многих (авария на железной дороге? Ю.С.). Михаила, оставшегося без матери и отца, не вернувшегося с последней турецкой войны, отдали на мельницу, чтобы эти люди вырастили его. Здесь он едва овладел грамотой. С ним воспитывался ещё один сирота. Затем мельнику (скорее родственникам Ю.С.) удалось устроить офицерского сироту в Ярославскую военную прогимназию. Это учебное заведение отличалось тем, что в него собирали самых слабо подготовленных. Вероятно, сознание недостаточности своего образования и заставляло потом Михаила Васильевича покупать всё новые книги и внимательно относиться к образованию своих детей.

Рассказав выше о трагическом и славном завершении службы прадеда, есть, думаю, необходимость упомянуть и о том, как она проходила до Мировой войны; какой была повседневная жизнь обычного обер-офицера «комплекта донских казачьих полков», при условии, что он не стремился сделать карьеру и не оставался в полку сверх положенного времени (что позволялось и даже приветствовалось), а отправлялся домой «на льготу» через каждые два с половиной года.

Итак, послужной список есаула М.В. Антонова, раздел XI «Прохождение службы».

Зачислен в 12-й Донской казачий полк – 24.8.1884

По окончании Ярославской военной прогимназии определён в Новочеркасское казачье юнкерское училище. Прибыл в училище 27.8.84 г.

Переведён в младший класс – 30.6.85

Произведён в полковые урядники – 2.9.85 г.

По окончании курса в училище выпущен подхорунжим по 2-му разряду – 5.7.87

Прибыл в полк 25.9.87 г.

Произведён в хорунжие – 14.2.88 г.

Уволен на льготу на Дон – 1.10.91 г.

Произведён в сотники – 21.10.92 г.

Назначен на должность состоящего в качестве помощника смотрителя склада военного имущества в 4-м звене – 16.5.1893 г.

Прибыл к месту назначения – 6.6.93 г.

Командирован в 4 Донской казачий полк – 18 – 27.2.94 г.

Назначен инспектором по учёту лошадей Щучинского уезда – 15.4.95 г.

Произведён в подъесаулы – 15.4.95 г.

В полку по ---------------------- 4.10.96 г.

Прикомандирован к Ростовской местной команде – 14.12.96 г.

Станичным атаманом Старогригорьевской станицы – с 9.6.97 по 9.2.900

Зачислен в 4-й Донской казачий полк – 12.2.900 г. с назначением на должность инспектора по учёту лошадей Щучинского уезда.

Награждён призом за стрельбу в 74 р. – 23.6.02 г.

В том же 1902 г. отмечены служебная командировка без указания места, участие в офицерской конной поездке (маршевая подготовка офицеров с решением тактических задач и ознакомлением с ТВД Ю.С.), назначение членом комиссии офицерского заёмного капитала.

Уволен на льготу – 6.10.02

Станичным атаманом Старогригорьевской станицы – 21.3.03 г.

Произведён в есаулы – 15.4.04 г.

Зачислен в 15 Донской казачий полк – 3 -16.1.05 г.

Командирован на укомплектование мобилизуемой 29-й отдельной сотни – 5.11.1905 г.

Командиром 29-й отдельной сотни - 19.11.05

Членом полкового суда – 6.7.06- по 10.1.07 г.

Сдал сотню – 8.9.07 г.

Уволен на льготу по демобилизации полка – 8.9.07 г.

Высочайше повелено время командования сотней в этом году засчитать в срок 2-х летнего непрерывного командования сотней на право производства в штаб-офицеры (Предписание Г.У.К.В. от 16.3.06 г. за №5741).

Наряжен в 15 Дон. каз.полк и командирован 11.1.08 г., прибыл – 14.1.08

Командиром 3-й сотни – 6.6.08 г.

Сдал сотню – 25.7.09 г.

Уволен на льготу в составе сменной команды – 1.8.09 г.

По выбору общества станичным атаманом Кременской станицы – 27.11.10 г.

По пошению уволен от должности – 19.7.12 г.

Исполняющим дела эконома Новочеркасских богоугодных заведений – 15.1.13 г.

Предоставлено право ношения светло-бронзовой медали в память 300-летия Дома Романовых – 21.2.13 г.

По случаю мобилизации назначен в 32-й Донской казачий полк 18.7.1914 г.

К этому осталось добавить одну историю, дошедшую в пересказе Надежды Михайловны. В ней видны явные ошибки и неточности, привнесённые, возможно, идеологическими мотивами недавней эпохи, но ядро, скорее всего, соответствует истине. Согласно письма Надежды Михайловны, в период службы у прадеда вышел конфликт с командиром полка – «князем» Рыковским: столкновение произошло из-за рядового казака – того сироты, что воспитывался на той же мельнице и был Михаилу Васильевичу, как брат родной. Пойдя на службу, он оказался в том же полку и был назначен денщиком к командиру части.

Инцидент произошёл в бане, когда денщик помогал командиру натянуть сапог и, вероятно, сделал больно Рыковскому. Тот ударил рядового так, что выбил зуб. Находившийся рядом Михаил Васильевич в ответ дал пощёчину своему командиру. Это преступление не получило огласки, поскольку вместе с ними был сын «князя» - студент, ставший на сторону молодого офицера и поклявшийся в случае последствий для Антонова рассказать всем о том, как всё это было. Тем не менее, будто бы, Михаила Васильевича отставили от службы и потому жил он бедно, а во время войны Рыковский отомстил своему обидчику, «подставив» его в той роковой атаке, за что позже казаки ему тоже отомстили - застрелили.

Надежде Михайловне в год смерти отца было восемь лет, конечно же, многое она не поняла или напутала из собственных впечатлений от рассказов о разных случаях. При проверке по памятным книжкам Области Войска Донского Рыковский оказался действительно командиром 15 полка, но, конечно, не князем, а обычным полковником. Приведённый выше послужной список есаула М.В. Антонова не отразил никакой «отставки», а лишь периодические выходы на льготу. Хроническая бедность была постоянной спутницей всех вообще русских обер-офицеров, живущих на одно жалованье, а в особенности – казачьих на льготе с половинным окладом. В 1914 г., т.е. много лет спустя, если учесть, что инцидент произошёл, когда его младшим участникам было по 21-22 года, Рыковский уже никак не мог «отомстить». Здесь другое.

Дедушке в детстве рассказывал очевидец – отцов полчанин, что командир сотни, шедшей во втором эшелоне атаки, «выдавший» первую сотню тем, что не поддержал её дальнейшее движение и считавшийся виновником гибели Михаила Васильевича, был вскоре наказан. Во время германской артподготовки он укрывался за деревом, в которое попал снаряд. Что же до убийства командира полка, то это, возможно, отголосок рассказов о 1917 г. и приходе к власти в этой части Ф.К. Миронова.

Думаю, что случай, сам по себе, вполне мог произойти, при существовавших тогда взаимоотношениях в офицерской среде, особенно казачьей (хорунжий и полковник вместе моются в бане), но раздувать скандал Рыковскому было невыгодно – офицер оскорблённый действием продолжать службу не мог, а дуэль при данных обстоятельствах была невозможна.

Произойти это могло лишь в промежутке с 1889 по октябрь 1891г., - в первый «выход» Михаила Васильевича на службу в 15-й полк и только после того, как туда прибыл его «сводный брат», достигший призывного возраста 21 год, т.е. в 1889 (при условии, что были они одногодки). На льготе прадед был без задержки произведён в следующий чин, однако послужной список оговаривает, что строевую службу в 1894 г. он продолжил уже в 4-м Войскового атамана графа М.И. Платова полку.

«…И память их в род и род»

«Достойны ль мы своих наследий…»
И.А. Бунин

О прапрадеде пока известно совсем мало. В фонде 330 (Казачий отдел Главного Штаба), в описи 56, в деле 25 сохранился его послужной список на период службы в 22 Донском казачьем полку.

Василий Ерофеевич службу начал рядовым казаком в 78-м полку, на Кавказе, с 8 июня 1855 г. и по 26 октября 1859 г. В урядники произведён уже 6 декабря 1855 г. В 1858 году был награждён медалью за покорение Чечни и Дагестана, а затем отпущен на льготу, но в 1863 году призван вновь на усмирение Польши. Участие в этой войне принесло ему ещё одну медаль. Кроме того он был награждён медалью в память о войне 1853-1856 гг. Офицерский чин он получил уже в 1867 г. В 1871 г. стал сотником. С 1874 г. – командовал сотней.

Из формулярного списка известно также, что он женат на обер-офицерской дочери Федосье и имеет детей: Ивана 1853, Петра – 1855, Василия – 1863 и Анну 1860.* Командир полка полковник Г.Ф. Чернозубов, подписывая послужной список, посчитал своего командира 5–ой сотни достойным получения очередного чина и награждения знаком за беспорочную службу.

В Государственном архиве Ростовской области также сохранились сведения о Василии Ерофеевичае. «Донская газета» от 9 февраля 1875 г. Есаул Василий Антонов уволен от службы по домашним обстоятельствам с мундиром. Там же ф. 344, оп.1666. д. 1866. Есаул В.Е. Антонов с 15 апреля 1877 зачислен в Донской №24 полк. 20 августа 1877 г. В полковом рапорте отмечен как командующий 5 сотней (на марше через г. Фокшаны) - ГАРО ф.344, оп.1, д.4220. л.321 об.; 12 ноября 1877 г в г. Ловча – есаул В.Е. Антонов – субалтерн офицер 3-й сотни - ГАРО ф.344, оп.1, д.1866; февраль – август 1878 г. – командир 2-й сотни – ГАРО ф.344, оп.1, д.2082. Василий Ерофеевич принял участие в войне с Турцией на Балканах. Известно, что полк его не принимал активного участия в боевых действиях, но оказался в тяжелейших природных условиях, в горах, зимой 2 сотня охраняла малодоступный Злотницкий перевал. С войны он не вернулся. В кн. Корягина на с.27., по- видимому, о нём, сообщается: «Василий Антонов, есаул полка №24; исключён из списка умершим 15 декабря 1878 г. (Выс. приказы)». Прапрадед, как и многие тысячи наших воинов, умер уже после войны от эпидемии тифа, оставаясь в Болгарии, хотя в письме Надежды Михайловны утверждается, что он погиб.

____________________________________________________________

* В этот послужной список не внесли родившегося последним Михаила, что стало камнем преткновения для С. Корягина, в своей книге так и не определившегося, к каким именно Антоновым отнести прадеда и его детей. Есть, однако, письмо Надежды Михайловны, с упоминанием своего деда – Василия Ерофеевича и прадеда – Ерофея («Ивановича»?), «убитых в разных войнах».

Данных о службе прапрапрадеда Ерофея Прокофьевича в моём распоряжении пока нет. Известно лишь, что на момент присвоения семейству прав российского дворянства являлся он урядником. «Алфавитные списки дворянской родословной книги до 1894 года». ГАРО ф.410, оп.1, д.609: «Сотника Прокофия Прохоровича Антонова сыновья Ерофей, Алексей и Доментий и внуки: 1) дети Ерофея – Пётр, Василий и Фёдор и 2) дети Алексея- Тимофей и Семён признаны в дворянском достоинстве 9 октября 1840 г. определением Войскового дворянского депутатского собрания, отправленным в Герольдию Правительствующего Сената 11 октября 1840 г. и утверждённым её указом 11 января 1845 г. л.9». Из того же Дела о дворянстве рода Антоновых (ЦГИА ф.1343, оп.16.д.2211) явствует, что Ерофей рождения 12 декабря 1798 г., был женат в 1814 г. 11 января на дочери хорунжего девице Прасковье Васильевне Барышниковой.

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 097 участников
Присоединиться к группе