Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Статьи по вопросам казачества

Уроки белого движения. 85 лет назад Белая армия оставила Крым

вкл. . Опубликовано в Казачество Просмотров: 2202

17 ноября 1920 г.

85 лет назад Белая армия оставила Крым

Ноябрь 1917 г. принято считать началом Белого движения, поскольку сразу после октябрьского большевицкого переворота на казачий Дон, не признавший власть большевиков, стали стекаться офицеры для создания Добровольческой русской армии.

В ноябре же три года спустя, 4/17 ноября 1920 г, последние части Белой армии оставили Крым.

Уходили мы из Крыма
Среди дыма и огня.
Я с кормы, всё время мимо,
В своего стрелял коня.

А он плыл, изнемогая,
За высокою кормой,
Всё не веря, все не зная,
Что прощается со мной.

Сколько раз одной могилы
Ожидали мы в бою…
Конь всё плыл, теряя силы,
Веря в преданность мою.

Мой денщик стрелял не мимо.
Покраснела чуть вода…
Уходящий берег Крыма
Я запомнил навсегда.

Николай Туроверов

Это был ещё не конец Белой борьбы, поскольку на Дальнем Востоке она продолжалась до конца 1922 года, дав последний, верный всплеск, выстраданный ценою многих иллюзий и ошибок. Созванный при активном участии Церкви Приамурский Земский Собор осознал главной причиной российской смуты утрату удерживающей монархической государственнocти и провозгласил единственным выходом из кризиса её легитимное восстановление в лице династии Романовых. Собор даже признал её царствующей, восстановив в подконтрольном генералу Дитерихсу крае дореволюционные православные законы. Тем самым возникли и правильные, симфонические взаимоотношения политической и дyхoвной властей. (Дoкyмeнты и принципы этого Собора, созванного на последнем свободном клочке русской земли, важны и сегодня для преодоления последствий катастрофы и для определения легитимных основ российской масти, если до этого дойдёт.) Но физических сил для сопротивления в 1922 году у белых уже не оставалось.

Причин поражения Белого движения много: неизжитocть революции народом, эгоизм высших социальных слоёв, предательство "союзников" по Антанте, которая предпочла большевиков. Британский премьер Ллойд Джордж откровенно признал в Военных мемуарах:

"Мы сделали всё возможное, чтобы поддерживать дружеские дипломатические отношения с большевиками и мы признали, что они де-факто являются правителями территории крепкой великой России. Мы не собирались cвepгать большевицкое правительcтвo в Москве. Но мы стремились не дать ему возможнocти, пока ещё продолжалась война с Германией, сокрушить те антибольшевицкие образования и те движения за пределам Москвы, вдохновители которых были готовы бороться заодно с нами против неприятеля" [Гeрмании]. Президент США Вильсон "cчитaл, что всякая попытка интервенции в России без согласия советского правительства превратится в движение для свержения советского правительства ради реставрации царизма. Никто из нас не имел ни малейшего желания реставрировать в России царизм, но мы считали важным восстановить антигeрманский фронт в России."

Вот почему до окончания мировой войны, т.е. до ноября 1918 гoда, когда была сокрушена и германская монархия, Aнтaнта, хотя и скупо, помогала белым. Прежде всего Деникину. Но не далее. Потом начались закулисные переговоры Антанты с большевиками.
Американский профёссор Саттон показал в своей документальной книге "Уолл-стрнт и 6ольшевицкая революция", основанной на архивах Госдепартамента США, что американские (известно, чьи) банки изначально сделали cтaвкy на большевиков, надеясь, что их разрушительная политика и централизованная власть будут выгоднее для экономического и геополитического освоения российских богатств американским капиталом. Бжезинский, называя сегодня Россию «главным геополитическим призом для Америки», лишь перефразирует выражение директора Федерального резервного банка Нью-Йорка У.Б. Томпсона в меморандуме премьер министру Великобритании Ллойд Джорджу в декабре 1917 года: Россия - "величайший военный трофей, который когда-либо знал Mip".

Эти расчеты еврейских банкиров оправдались лишь частично, пока у власти оставались Троцкий т «интернационалисты-ленинцы», т.е. до середины 1930-х годов. Распродажа ценностей в 1920 годы и стройки первых пятилеток на основе американской технологии принесли этим банкирам огромные прибыли. Но сейчас речь у нас о другом.
Белое движение не победило, поскольку полагалось на силу оружия, и не до конца осознавала духовные причины российской катастрофы. Личный героизм и патриотизм многих белых бойцов спас честь русского народа в сопротивлении интернационалистической оккупации, но не смог освободить от неё Россию. Именно потому, что Белое движение несло в себе неопределённое наследие демократического Февраля, белые политики наивно надеялись на помощь союзников по Антанте – и были закономерно преданы ими: здоровая Россия Западу была не нужна.

Архиепископ Иоанн (Максимович), недавно причисленный к лику святых, говорил о белых вождях: «Они дороги многим своим соратникам, и дороги за свои положительные качества... Но нам самим надо ясно отдавать себе отчёт не только в похвальных сторонах их деятельности, но и отрицательных, чтобы знать причины наших бедствий, чтобы самим не подражать им… Если бы высшие военачальники и общественные деятели вместо «коленопреклонённых» умолений Государя об отречении выполнили то, что следовало по присяге – искусственно устроенный петроградский бунт был бы подавлен и Россия спасена… Насколько кто загладил свой грех, ведомо Богу. Но открытого покаяния почти никем проявлено не было…со стороны главных виновников, считавших себя героями и спасителями России». В этом была главная причина того, почему Патриарх Тихон отказал в благословении Добровольческой армии, сформированной под политическим руководством февралистов.

У участника Белого движения барона А. В. Миллера-Закомельского находим такие строки: «Страшную внутреннюю болезнь мы пытались вылечить наружными средствами. Мы боролись с большевизмом как с явлением политическим… Многие из нас поняли, наконец, что мы сами были заражены тою же болезнью, от которой хотели излечить Россию, с той лишь разницей, что в нас она протекала в ползучей, скрытой форме, а в большевизме она прорвалась бурно и страстно… Мы поняли слишком поздно (и сколь многие из нас не поняли и до сих пор), что у «бесноватых», которых мы мы бросились усмирять, было какое-то отчаянное, заблудшее искание истины, что в нём они обладали своей внутренней правдой и силой, которых не имели мы… Антихристианский социализм-коммунизм есть явление религиозное, и только религиозный подъем христианской веры возможна над ним победа. Смиренно сокрушаясь о немощи своей, в сострадании и покаянии, в любви к заблудшим своим братьям будем искать истинный путь к исцелению. Не кованный ненавистью и местью меч-крест, светлое знамение Христово – «сим победиши» - даст нам силу победы».

Лишь в эмиграции, на печальном опыте осознания своих ошибок и мировой раскладки сил, Белая идея обрела законченные формы, как её выразил И. А. Ильин.

На политическом уровне это стало разоблачение единого глобального фронта разрушителей православной России, в котором коммунизм и либеральная демократия были союзниками (под руководством международного еврейства), а не противниками.
На идеологическом уровне, на анализе всех систем, противоборствовавших в XX-м веке – коммунизма, либеральной демократии, фашизма, - Белая идея от непредрешенчества вернулась к осознанию идеала – монархической государственности.
На духовном уровне это привело к восстановленному осознанию исторической миссии православной России как Третьего Рима, всемирного Удерживающего – за это и должна идти борьба.

Только путем небывалых страданий и последующего покаяния, а не вооруженной силой и надеждой на помощь западных демократий, суждено было нашей стране весь XX век идти к осознанию этого пути спасения как единственного. Но, к сожалению, к моменту крушения СССР эти выводы были сделаны лишь небольшой частью нашего народа, почему трагедия и продолжается в новой форме…

Михаил Викторович Назаров

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 097 участников
Присоединиться к группе