Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Статьи по этнологии

Из истории концертного исполнения народной музыки в Москве конца XIX - начала XX веков

вкл. . Опубликовано в Этнология Просмотров: 6766

М.Е.Пятницкий в составе МЭК появляется прежде всего как исполнитель. Пробуя свои силы в самых разных амплуа (так, например, он выступал и сольно, как носитель традиции с записью песен на фонограф, и в свойственном "этнографическим концертам" стиле под аккомпанемент фортепиано), Митрофан Ефимович постепенно вырабатывает собственную исполнительскую манеру.

Стремление показать на сцене элементы импровизационности и коллективности, присущие в той или иной мере большинству жанров деревенского музицирования, подтолкнуло его к созданию в начале ХХ века полупрофессионального Ансамбля народной песни. В состав его вошли помимо организатора певец-бандурист В.К.Шевченко, Р.Кондра, оперные певцы П.Козловская-Яковлева и М.Охримович-Шевченко. Однако, несмотря на успех, сопутствовавший выступлениям этого ансамбля, вскоре стало ясно, что его концертная манера уже не соответствовала возросшим требованиям к точности передачи этнографического материала. Это понимал и М.Е.Пятницкий, постоянно искавший новые приемы художественной выразительности. Неоднократные поездки в деревню, изучение и разучивание песен, их запись сперва на слух, а потом, начиная с 1910 года и фонографом - все это свидетельствует о стремлении решить проблему адекватности, аутентичности исполнения.

Пристальное изучение манеры народных певцов подтолкнуло М.Е.Пятницкого к показу не только репертуара, но и их самих на столичной сцене. Интерес московской публики к концертам-лекциям, где звучали записи на фонографе, к выступлениям сказителей позволяли надеяться на успех у аудитории живых носителей народной традиции.

"Крестьянский концерт", состоявшийся в Москве 17 февраля 1911 года, превзошел все ожидания. Произведя сенсацию в культурной жизни столицы, вызвав горячие отклики в периодической печати, он явился "зрелищем", на котором были показаны не только песни, но и хороводы, и деревенская пляска. Воспроизведение обрядов дополнялось соответствующей обстановкой: "Эстрада Малой залы Дворянского собрания для этого случая была превращена декорациями в избу. Женщины пели в оригинальных старинных нарядах, которые на местах стали уже редкостью и для концерта собраны были в различных селах"49), - писал Ю.Энгель в "Русских ведомостях". Преодоление условностей концертной эстрады, отказ от услуг профессиональных артистов разумеется привели к некоторой потере вокальности, выученности и порой даже ухудшению качества звука. Однако, недостаток мастерства, исполнительской школы на концертах М.Е.Пятницкого с лихвой возмещался живостью и естественностью звучания. В выступлениях крестьян подкупали "не столько вокальный звук, сколько живое выявление свободно раскрывшейся души песни, безыскусственная, порой аляповатая, но порой удивительно тонкая художественность как в передаче отдельных певцов, так и в своеобразном контрапунктическом ансамбле"50).

Внешне концерты М.Е.Пятницкого как будто бы передавали подлинную деревенскую атмосферу, в которой издавна существовала песня. На деле, однако, в них осуществлялся синтез многих культурных достижений и явлений, подчас не имеющих прямого отношения к концертному исполнительству. Одним из моментов, без которого проведение подобных концертов было вообще невозможным, стало переосмысление значения песни самими исполнителями. Из незатейливого деревенского развлечения народная музыка становится театральным сценическим действом, приносящим успех и известность.

Поиски М.Е.Пятницким новых артистов, ознакомление с различными региональными традициями привели к тому, что крестьяне на первых выступлениях пели небольшими группами земляков свой родной репертуар. Были представлены песни самых разных жанров: свадебные, лирические, плясовые, былина про Илью Муромца, исполнявшаяся, "вопреки обыкновению, хором а не соло"51), исторические песни, духовные стихи, а также плачи. "Песни, исполняемые крестьянами, очень интересны и по словам, и по напевам; среди них есть прямо жемчужины"52),- писал Ю.Энгель.

Жанровое и стилистическое разнообразие в первых концертах вело за собой постоянное, от песни к песне, изменение тембров, свойственное народному исполнительству. "Например, в грустной "Полосе" те же самые певицы, которые перед этим "голосили", давали звук сдержанный, мягкий"53). Включение в концерт игр, плясок, а также музыкальных инструментов (скрипок, гуслей) придавало разнообразие. Центром второго отделения стала "живая цельная картина увлекательного исполнения "Звонов" или "Не будите меня, молоду", столько же дававшая уху, сколько глазу"54).

Крестьянское пение внесло живую струю в концерты, создавая необходимый колорит. Тем не менее, подлинное народное звучание, перенесенное на эстраду, начинает подчиняться условностям сцены. Требования постоянного обновления репертуара, разнообразия программ концертов, необходимость представлять народные обряды в сжатом, сокращенном виде и другие ограничения приводили уже с самых первых крестьянских выступлений к неизбежным искажениям подлинного фольклорного материала.

Такие искажения появлялись еще со времени первых записей фонографом, когда "среди страшной сутолоки [...] слушать диковинную машину собиралась вся деревня"55). Как отмечала Е.Линева, фонограф, поющий "человеческим голосом", вообще производил "сильное впечатление"56). Он, кроме того, явился своего рода "организатором пространства", сначала "набирая песню", а потом ее "выпущая"57). С его помощью появилась возможность тиражирования народной музыки, что очень быстро поняли исполнители. "Наши песни сейчас по телеграфу напечатают и везде разошлют"58),- объявляла собравшимся в деревенской избе исполнительница еще в конце XIX века.

При организации своих концертов, М.Е.Пятницкий применял форму "деревенских спевок" с использованием фонографа. "Вырядившись в свои праздничные одежды, крестьянские женщины и девушки с большим художественным увлечением пели на фонограф одну за другой песни. С чисто детским удивлением и восторгом слушали они, как диковинная машина вслед за ними воспроизводила их собственные голоса и знакомые слова"59), - писал С.Раецкий о первых фонографических опытах М.Е.Пятницкого, начавшихся с 1910 года.

Конечно использование фонографа давало возможность обогатить и расширить репертуар хора за счет заимствования песен из других местностей. Однако, метод разучивания песен с фонограммы, когда крестьяне "расшифровывали" песню своими голосами, не опуская никаких деталей, хотя и позволял добиться слитности отдельных групп певцов, но одновременно способствовал нивелированию местной исполнительской манеры.

Отношение к собирателю в деревне почти как к странствующему артисту, незаурядность, событийность приезда ученого из столицы так или иначе придавали процессу пения новое небывалое настроение. М.Е.Пятницкий, по свидетельству современников, прикладывал много энергии для организации "крестьянских концертов". "При помощи одной 70-летней старухи Аринушки, сохранившей удивительную свежесть голоса и представлявшей живую вокальную старинную энциклопедию", он "заражал крестьян интересом к полузабытым песням, заставляя припоминать их, устраивал хоры, подбирая в хороводах необходимые голоса"60).

Попытки представить пение, как эстрадное действо, вместе со стремлением расширить исполнительский состав привели к тому, что на место отдельных групп, каждой со своим стилем, приходит единая, ровная "среднерусская" манера исполнения. Некоторая искусственность первых выступлений крестьян М.Е.Пятницкого была подмечена еще современниками. О присутствии в записях из "глухих отдаленных мест" несравненно более "ярких по музыкальной оригинальности образцов" в сравнении "с песнями центральных губерний"61), исполненных в Литературно-художественном кружке, писал

А.Кастальский. Потерю силы впечатления от плачей, исполненных на концерте, в сравнении с записями на фонографе отмечает Ю.Энгель, характеризуя их, как представление: "Одна женщина причитывала с плачем, другая утешала, потом они переменились ролями и по окончании улыбались, хотя перед этим как-будто по настоящему плакали" 62).

Постепенно на концертах начинают все больше использоваться инсценировки: "За околицей", "У колодца", "В избе" и другие. Это были "почти [курсив наш, С.Д.] живые картинки быта, в которых песня предстает перед слушателем не в оторванном от действительности, отвлеченном виде, а в связи с той реальной атмосферой, одним из элементов которой она является"63)

Нетрудно заметить, судя по отдельным высказываниям наиболее чутких музыкальных критиков, что даже в "крестьянских концертах" М.Е.Пятницкого, отличавшихся полнотой передачи народной традиции, проблема ее адекватного воспроизведения на сцене оставалась не до конца решенной. Создание искаженного театрального пространства с нарисованными и меняющимися во время спектакля декорациями, опора на достижения профессионального искусства в организации народных спектаклей, элементы актерской игры - все это свидетельствует о серьезности и сложности в решении поставленной задачи аутентичности исполнения, и до настоящего времени представляющей значительную проблему.

Думается, что качества, свойственные хору М.Е.Пятницкого позднего периода, такие, как отказ от диалектных и музыкально-этнографических особенностей, смена тематики и репертуара за счет авторских песен и произведений массовых жанров были в скрытом виде заложены еще со времени первых "крестьянских концертов". Так или иначе, но воссоздание подлинной песни на сцене, даже при использовании принципа "перенесения ее вместе с исполнителями", оказывается таким же сложным процессом, как и ее собирание, запись и обработка.

Не только выступления М.Е.Пятницкого с их непростым сочетанием "естественного пения крестьян" и обще-культурных профессиональных достижений, но и все остальные просветительские мероприятия МЭК несли на себе печать эпохи. Это отразилось, в частности, в том, что зрелищное искусство оказывается неразрывно связанным с другими сторонами общественной и культурной жизни. Подобно "Всероссийской выставки" в Нижнем Новгороде, здесь использовался весь комплекс достижений того времени, от эстетических и научных воззрений, профессионального исполнительства, художественных приемов в оформлении декораций, риторических форм временной организации вплоть до последних технических достижений.

Естественность и реалистичность как принципы были изначально присущи всем попыткам исполнения народной песни рассматриваемого нами периода. Благодаря этим установкам, еще с конца предыдущего столетия на московской сцене появляются сказители, становятся достоянием широкой публики первые экспедиционные записи, экзотические музыкальные инструменты. Вместе с тем, правдивость отражения средствами искусства всей глубины пласта народного творчества оказывается непосильной для того времени задачей. Наиболее чутким критикам пришлось признать, что даже лучшие записи фонографом не отражали полностью впечатления от крестьянского пения, не говоря уже об его исполнении со сцены.

Поиск новых средств, таких как использование "реалистических записей" тюремных и каторжных песен В.Н.Гартевельдом, попытки воспроизведения фольклора силами простого народна из фабричных, а впоследствии переселенческих и крестьянских кругов не избавляли от некоторой потери народного характера. Балансирование между народничеством и изысканностью приводили зачастую к насаждению мещанского вкуса, свойственного в равной степени городу и деревне.

Проблемы музыкального исполнительства таким образом оказались связанными с фольклористикой, методами собирательской и научной работы, задачами сохранения традиции. И только во второй половине ХХ века, при частичном решении сложного комплекса задач, исполнение фольклора постепенно избавляется от излишней внешней декоративности, прямолинейности, приобретает большую строгость, простоту и изысканность. Все это становится возможным лишь с постановкой и решением вопросов региональности, историко-возрастной стилистики и ряда других, что обусловило бережное и аккуратное отношение собирателей не только к материалу, но и к личности народного певца, которого теперь ориентируют преимущественно на свой родной репертуар.

И все же, глубокое изучение фольклора в наше время стало возможным лишь благодаря основам, заложенным еще в дореволюционное время, той первоначальной "всеохватности" - широкого и вместе с тем фрагментарного исследования традиции; благодаря тем ученым, в руках которых просветительская и концертная деятельность приобретает научное направление. Их опыт в области зрелищного воссоздания фольклора на сцене, многочисленные достижения и просчеты заложили надежный фундамент для современного народного исполнительства.

Д.В.Смирнов

Наш канал на YouTube:

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа Facebook · 1 097 участников
Присоединиться к группе